Определение Верховного Суда РФ от 12.08.2010 № КАС10-352

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 12.05.2010, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующими пунктов 39, 41 Правил признания лица инвалидом, утв. Постановлением Правительства РФ от 20.02.2006 № 95>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 12 августа 2010 г. № КАС10-352

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Манохиной Г.В.,

членов коллегии Харланова А.В., Горшкова В.В.,

при секретаре К.,

с участием прокурора Масаловой Л.Ф.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Б. о признании частично недействующими пунктов 39, 41 Правил признания лица инвалидом, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г. № 95

по кассационной жалобе Б. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2010 г., которым в удовлетворении заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Манохиной Г.В., объяснения представителя Правительства Российской Федерации С., возражавшей против доводов кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей кассационную жалобу необоснованной, Кассационная коллегия

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г. № 95 утверждены Правила признания лица инвалидом (далее — Правила).

Нормативный правовой акт опубликован в «Собрании законодательства Российской Федерации» № 9, 27 февраля 2006 г., «Российской газете» № 40, 28 февраля 2006 г.

Пунктом 39 Правил предусмотрено, что переосвидетельствование инвалидов I группы проводится 1 раз в 2 года, инвалидов II и III групп — 1 раз в год, а детей-инвалидов — 1 раз в течение срока, на который ребенку установлена категория «ребенок-инвалид».

Переосвидетельствование гражданина, инвалидность которому установлена без указания срока переосвидетельствования, может проводиться по его личному заявлению (заявлению его законного представителя) либо по направлению организации, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, в связи с изменением состояния здоровья либо при осуществлении главным бюро, Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми соответственно бюро, главным бюро.

В соответствии с пунктом 41 Правил переосвидетельствование инвалида ранее установленного срока проводится по его личному заявлению (заявлению его законного представителя), либо по направлению организации, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, в связи с изменением состояния здоровья, либо при осуществлении главным бюро, Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми соответственно бюро, главным бюро.

Б. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующими пунктов 39 и 41 Правил в части, предусматривающей переосвидетельствование гражданина без его согласия при осуществлении главным бюро, Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми соответственно бюро, главным бюро. Указал, что учреждением МСЭ ему была установлена инвалидность II группы. Впоследствии при осуществлении Главным бюро медико-социальной экспертизы г. Москвы функций контроля он был переосвидетельствован, принятое решение изменено и ему установлена III группа инвалидности. Федеральным законодателем не предусмотрено ни повторное освидетельствование (переосвидетельствование) инвалида, ни контроль вышестоящих органов медико-социальной экспертизы за нижестоящими. Оспариваемые им положения Правил приняты Правительством Российской Федерации с превышением полномочий, предоставленных ему федеральным законодателем, противоречат действующему законодательству и нарушают права инвалидов.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2010 г. в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Б. просит об отмене судебного решения и принятии нового об удовлетворении заявления. Полагает, решение суда принято с нарушением норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда.

Б. в судебное заседание Кассационной коллегии не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия не находит оснований к отмене судебного решения.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, Верховный Суд Российской Федерации пришел к правильному выводу о соответствии оспариваемых положений Правил федеральному закону и иным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Во исполнение вышеприведенной нормы Правительство Российской Федерации приняло Постановление от 20 февраля 2006 г. № 95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом», которым утверждены Правила признания лица инвалидом, отдельные положения которых оспариваются заявителем.

Разрешая дело, суд обоснованно исходил из того, что положения пунктов 39 и 41 Правил, предусматривающие возможность переосвидетельствования инвалида при осуществлении главным бюро, Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми соответственно бюро, главным бюро, не противоречат статье 34 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. (далее — Основ), устанавливающей, что оказание медицинской помощи (медицинское освидетельствование, госпитализация, наблюдение и изоляция) без согласия граждан или их законных представителей допускается в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, лиц, страдающих тяжелыми психическими расстройствами, или лиц, совершивших общественно опасные деяния, на основаниях и в порядке, установленных законодательством Российской Федерации, так как эта статья порядок медицинского освидетельствования граждан для установления им инвалидности не регулирует. Поэтому суд правильно признал ошибочным довод заявителя о том, что медико-социальная экспертиза является видом медицинского освидетельствования. Медико-социальная экспертиза не является медицинским освидетельствованием в смысле оказания медицинской помощи.

Согласно статье 50 Основ законодательства медико-социальная экспертиза производится федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу статьи 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» медико-социальная экспертиза — определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма.

Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Таким органом государственной власти является Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации, которое во исполнение ст. 8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» Приказом от 17 ноября 2009 г. № 906н утвердило Порядок организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы. В соответствии с этим Порядком медико-социальная экспертиза проводится специалистами федеральных учреждений медико-социальной экспертизы (Федеральное бюро медико-социальной экспертизы и главные бюро медико-социальной экспертизы в субъектах Российской Федерации, имеющие филиалы — бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах) путем обследования гражданина, изучения представленных им документов, анализа социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических и других данных гражданина.

Таким образом, проведение медико-социальной экспертизы регулируется нормами Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» и осуществляется с целью установления группы инвалидности, причины инвалидности, степени утраты общей и профессиональной трудоспособности, нуждаемости в социальной, профессиональной, психологической реабилитации, а не с целью оказания медицинской помощи.

Правильным является вывод суда о том, что оспариваемые заявителем пункты 39, 41 Правил какой-либо неопределенности не содержат, поскольку Правительство Российской Федерации, с целью восстановления нарушенных прав граждан и устранения возможных ошибок, предусмотрело в оспариваемом акте, когда может проводиться переосвидетельствование инвалида, и такими поводами являются личное заявление инвалида (заявление его законного представителя), направление организации, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, в связи с изменением состояния здоровья, осуществление главным бюро, Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми соответственно бюро, главным бюро.

Ссылка в кассационной жалобе на то, что в силу статей 30 - 34 Основ для проведения медико-социальной экспертизы необходимо согласие гражданина, ошибочна и не учитывает требования Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

Не противоречат оспариваемые положения пунктов 39, 41 Правил и статье 8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», как ошибочно полагает заявитель, так как названная норма не содержит запрета на осуществления Федеральным бюро контроля за решениями, принятыми нижестоящими учреждениями.

Утверждение в кассационной жалобе о том, что оспариваемые положения являются произвольными, приводят к ограничению прав граждан внесудебной процедуры, несостоятельны, так как при несогласии с заключением Главного бюро, Федерального бюро гражданин вправе его оспорить в судебном порядке.

Ошибочной является ссылка в кассационной жалобе на необоснованность применения судом при рассмотрении заявления Б. Общероссийского классификатора продукции по видам экономической деятельности ОК 034-2007 (КПЕС 2002), введенного в действие 1 января 2008 г., то есть после принятия оспариваемых Правил, поскольку в силу части 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на время разрешения дела данный классификатор подлежал применению.

Несостоятельна и противоречит Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 26 июля 2002 г. № 238 и ссылка заявителя в кассационной жалобе на то, что медико-социальная деятельность на время принятия оспариваемых Правил рассматривалась как медицинская деятельность.

Доводы кассационной жалобы о несоответствии выводов суда действующему законодательству неосновательны. Суд, проанализировав положения действующего законодательства, регулирующего рассматриваемые правоотношения, правильно истолковал смысл оспоренных положений нормативного правового акта и пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемые положения нормативного правового акта соответствуют действующему законодательству, изданы в пределах компетенции Правительства Российской Федерации и не нарушают права и законные интересы заявителя.

Утверждения в кассационной жалобе об отсутствии полномочий у представителей Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации на представление интересов Правительства Российской Федерации при рассмотрении его заявления не соответствуют действительности и не могут служить поводом к отмене решения суда.

Довод в кассационной жалобе о нарушении принципа равенства сторон в процессе, по мотиву того, что возражения Правительства Российской Федерации заявителю были вручены лишь перед судебным заседанием, в связи с чем он был лишен возможности объективно с ними ознакомиться, не влияют на законность решения суда. Заявитель Б. в суде первой инстанции при рассмотрении его заявления ходатайств об отложении дела в связи с необходимостью ознакомления с возражениями не заявлял, данных о том, что он не имел возможности ответить на доводы этих возражений, не имеется.

Противоречат содержанию решения суда доводы кассационной жалобы о нарушении судом требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в частности п. 4 ст. 198 названного Кодекса.

В кассационной жалобе не содержатся доводы, опровергающие выводы суда о законности оспариваемых положений Правил. Предусмотренных статьей 362 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в кассационном порядке не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 360, 361 ГПК РФ, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2010 года оставить без изменения, а кассационную жалобу Б. — без удовлетворения.

---