Определение Верховного Суда РФ от 24.11.2009 № КАС09-542

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 30.07.2009 № ГКПИ09-677, которым оставлено без удовлетворения заявление о признании частично недействующими отдельных положений Приказа Минюста РФ от 03.11.2005 № 205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений»>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 24 ноября 2009 г. № КАС09-542

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Федина А.И.,

членов коллегии Манохиной Г.В., Пелевина Н.П.,

при секретаре Кулик Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Родионова Игоря Николаевича о признании недействующими положений Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205 (в части), и пунктов 18 и 23 приложения № 1 к Правилам

по кассационной жалобе Родионова И.Н. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 30 июля 2009 г., которым в удовлетворении заявленного требования отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Федина А.И., объяснения представителей Министерства юстиции Российской Федерации Герасимова А.Е. и Михайлова П.Н., представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации Чобаяна А.Г., возражавших против удовлетворения кассационной жалобы,

Кассационная коллегия

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — Правила).

Нормативный правовой акт зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 14 ноября 2005 г., регистрационный номер 7161, официально опубликован в «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти» 21 ноября 2005 г., № 47.

Родионов И.Н., отбывающий по приговору суда наказание в виде лишения свободы, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просил признать недействующими следующие нормы Правил:

• пункт 3 в части слов: «оперативного работника»;
• пункт 5 в части слов: «подвергаются полному обыску, а принадлежащие им вещи — досмотру»;
• абзацы четвертый, пятый и одиннадцатый пункта 14 в части, обязывающей осужденных давать письменные объяснения, проходить медицинское освидетельствование, носить одежду с нарукавными знаками;
• абзацы пятый, восьмой, девятый, двенадцатый, четырнадцатый, двадцать второй пункта 15 в части, запрещающей продавать, покупать в пользу других осужденных либо присваивать продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании; играть с целью извлечения материальной или иной выгоды; наносить себе и другим лицам татуировки; без разрешения администрации вывешивать фотографии, репродукции, открытки, вырезки из газет и журналов; иметь на объектах работы продукты питания, телевизионные приемники и радиоприемники; проводить забастовки;
• пункт 21, который предусматривает, что распорядок дня, разработанный на основе примерного (приложение № 4 к Правилам), утверждается приказом начальника исправительного учреждения и доводится до сведения персонала и осужденных;
• пункт 46 в части, предусматривающей уничтожение по решению начальника ИУ изъятых у осужденных запрещенных вещей;
• пункт 66, распространяющий действие пункта 53 главы XII данных Правил на предложения, заявления и жалобы осужденных, изложенные в письменном виде;
• пункт 83, разрешающий свидания осужденных с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи в части слов: «проводятся они продолжительностью до 4 часов и лишь в часы от подъема до отбоя»;
• пункты 85 и 87, согласно которым телефонный разговор предоставляется по письменному заявлению осужденного, в котором указывается адрес, номер телефона абонента и продолжительность разговора, не превышающая 15 минут; реализация права на телефонные разговоры осуществляется, как правило, в нерабочее время в специально оборудованных переговорных пунктах или выделенных для этих целей помещениях учреждений, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых переговоров;
• пункт 89 в части слов: «смерть или тяжелая болезнь близкого родственника, угрожающая жизни больного; стихийное бедствие, причинившее значительный материальный ущерб осужденному или его семье, и др.»;
• пункты 93, 94, 95 в части слова: «Перечень»;
• пункты 148 и 151 в части, запрещающей осужденным брать с собой в штрафные изоляторы имеющиеся у них продукты питания;
• пункт 152, запрещающий курение осужденным, водворенным в штрафной изолятор (для обеспечения пожарной безопасности и соблюдения санитарно-гигиенических требований);
• пункт 160, предписывающий держать руки за спиной осужденным, содержащимся в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа, ЕПКТ и в одиночных камерах, при передвижении за пределами камер;
• пункт 161, возлагающий поочередно на каждого осужденного дежурство в камерах штрафных изоляторов, помещениях камерного типа, ЕПКТ;
• пункт 162 в части слов: «Другие обязанности дежурного могут устанавливаться администрацией ИУ»;
• приложение № 1 к Правилам, в котором содержится перечень вещей и предметов, продуктов питания, запрещающий осужденным иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, в частности фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры (пункт 18); фломастеры, маркеры, чернила, тушь, шариковые и гелевые стержни (за исключением синего и черного цветов) (пункт 23).

В заявлении ссылался на то, что оспариваемые положения Правил противоречат нормам международного права, Конституции Российской Федерации, Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации и нарушают права осужденных.

Верховным Судом Российской Федерации постановлено вышеприведенное решение, об отмене которого заявитель просит в кассационной жалобе, ссылаясь на его незаконность.

Родионов И.Н. в кассационной жалобе указал на то, что он не принимал участия в суде и не был ознакомлен с возражениями другой стороны, чем нарушен принцип состязательности и равноправия сторон.

Также в жалобе указал на то, что полномочия оперативников могут устанавливаться лишь законом, а не подзаконным актом.

По мнению кассатора, досмотр принадлежащих осужденным вещей и обыск без решения суда противоречат Европейской конвенции о защите прав человека и позициям Европейского Суда.

Заявитель не согласен с выводами суда о законности предписаний Правил в части обязанности осужденного давать письменные объяснения, прохождения медицинского осмотра, ношения одежды с нарукавными знаками.

В кассационной жалобе просит отменить решение суда и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе суда.

Обсудив доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований к отмене решения суда.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации допускается возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средство защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 2).

УИК РФ наделяет федеральные органы исполнительной власти правом принимать основанные на федеральном законе нормативные правовые акты по вопросам исполнения наказаний (ст. 4); делегирует полномочия утверждать Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч. 3 ст. 82).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд обоснованно исходил из того, что все оспоренные положения Правил изданы в пределах полномочий Министерства юстиции Российской Федерации, основаны на нормах федерального закона и не противоречат им.

Согласно ч. 1 ст. 79 УИК РФ прием осужденных к лишению свободы в исправительные учреждения осуществляется администрацией указанных учреждений в порядке, установленном Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Пункт 8 ст. 13 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (с последующими изменениями и дополнениями) предусмотрел право оперативным подразделениям Федеральной службы исполнения наказаний осуществлять оперативно-розыскную деятельность на территории Российской Федерации на основании и в пределах своих полномочий, установленных законом и соответствующими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Правилами определено, что прием осужденных в ИУ осуществляется комиссионно, с обязательным участием оперативного дежурного (в тюрьме — дежурного помощника начальника тюрьмы), оперативного работника и работника медицинской части учреждения (п. 3).

Оперативный работник при приеме осужденных проверяет наличие личных дел и устанавливает их принадлежность прибывшим осужденным (п. 4).

Следовательно, как правильно указано в решении суда, довод заявителя о незаконности пункта 3 Правил в части приема осужденных в исправительном учреждении оперативным работником необоснован.

Согласно ст. 82 УИК РФ осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных — досмотру.

Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными (ч. 5); проведение личных обысков осужденных и досмотра вещей производится в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч. 7).

Вывод суда о том, что пункт 5 Правил, устанавливающий проведение обыска осужденных, прибывших в ИУ, и досмотра принадлежащих им вещей, соответствует ст. 82 УИК РФ, является правильным.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим).

В силу ч. 5 ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны являться по вызову администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, и давать объяснения по вопросам исполнения требований приговора.

Содержащаяся в абзаце четвертом пункта 14 Правил обязанность осужденного давать письменные объяснения соответствует ч. 5 ст. 11 УИК РФ и не противоречит ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Оспариваемое положение не устанавливает обязанность осужденных давать свидетельские показания, а предписывает дать объяснения по вопросам исполнения требований приговора.

Утверждение заявителя о несоответствии абзаца пятого пункта 14 Правил, обязывающего осужденных проходить медицинское освидетельствование, положениям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ошибочно.

Медицинские осмотры и необходимое обследование проводятся с целью своевременного обнаружения инфекционных заболеваний, а также для выявления фактов употребления алкогольных, наркотических и сильнодействующих (токсических) веществ, получения телесных повреждений.

Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных (ч. 6 ст. 12 УИК РФ).

Суд обоснованно не согласился с доводами заявителя о том, что закрепленная в абзаце одиннадцатом пункта 14 Правил обязанность осужденных носить на одежде установленного образца нарукавные знаки нарушает положения Конституции Российской Федерации, и сделал правильный вывод о том, что обязанность осужденных носить на одежде установленного образца нарукавные знаки с надписью «Бригадир», «Мастер» обусловлена производственной необходимостью и не может расцениваться как унижающая человеческое достоинство.

Согласно разъяснениям Европейского суда и Комиссии по правам человека в понятие «унижающие человеческое достоинство обращение или наказание» включается обращение и наказание такого рода, которое направлено на то, чтобы вызвать у жертвы чувство страха, подавленности и неполноценности, оскорбить, унизить ее или сломить физическое и моральное сопротивление.

Таким образом, довод заявителя о противоречии оспариваемых предписаний нормам международного права и действующему законодательству об унижении человеческого достоинства лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, и ущемлении их прав несостоятелен.

Суд обоснованно признал, что абзац пятый пункта 15 Правил, запрещающий продавать, покупать в пользу других осужденных либо присваивать продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании, по своему содержанию направлен на защиту прав и законных интересов осужденных, обеспечение их безопасности и соблюдение установленного режима в исправительных учреждениях, не позволяет одним осужденным безнаказанно присваивать принадлежащие другим осужденным продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании, унижать их права и законные интересы.

Данное положение осуществлено Минюстом России в пределах полномочий, предоставленных ему ст. 88 УИК РФ, согласно которой осужденные к лишению свободы могут приобретать продукты питания и предметы первой необходимости по безналичному расчету за счет средств, заработанных в период отбывания наказания, а также за счет получаемых пенсий, социальных пособий и денежных переводов, зачисляемых на их лицевые счета (ч. 1); средства, заработанные осужденными в период отбывания наказания, получаемые ими пенсии и социальные пособия могут без ограничения расходоваться на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости (ч. 2).

Статья 90 УИК РФ определяет основания получения осужденными к лишению свободы посылок, передач и бандеролей. Максимальный вес одной посылки или бандероли определяется почтовыми правилами. Вес одной передачи не должен превышать установленный вес одной посылки (ч. 1).

Из анализа вышеприведенной нормы следует, что федеральный законодатель не допускает приобретение осужденными к лишению свободы предметов первой необходимости и продуктов в пользу других осужденных, что не позволяет осужденным отрицательной направленности безнаказанно присваивать принадлежащие другим осужденным продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании, унижать их права и законные интересы.

Пунктом 15 Правил (абзацы восьмой, девятый) установлен запрет осужденным играть с целью извлечения материальной или иной выгоды, а также наносить себе и другим лицам татуировки, что соответствует ст. 82 УИК РФ, которая запрещает осужденным иметь при себе деньги, ценные бумаги и иные ценности, что исключает возможность получения материальной или иной выгоды, путем, не предусмотренным законом, в частности, в результате игры (части 8 - 10), и части 6 ст. 12 УИК РФ, предусматривающей право осужденных на охрану здоровья.

Что касается положения абзаца двенадцатого пункта 15 Правил, то суд правильно признал, что оно не носит безусловного запрета и не ограничивает прав осужденных приобретать литературу в порядке и количестве, предусмотренном ст. 95 УИК РФ.

Вывешивание без разрешения администрации фотографий, репродукций, открыток, вырезок из газет и журналов на стенах, тумбочках и кроватях может привести к конфликтам, ущемлению прав осужденных, которые имеют свое представление о красоте и эстетике, а также политическое и социальное мировоззрение.

Абзац четырнадцатый пункта 15 Правил, запрещающий иметь на объектах работы продукты питания, телевизионные приемники и радиоприемники, направлен на организацию труда и отдыха осужденных.

В соответствии с установленным на основании ст. 82 УИК РФ режимом в каждом отряде организовано место для хранения и потребления продуктов питания, где осужденные в свободное от работы время в период от подъема до отбоя могут их употреблять. На объектах работы размещение таких мест не предусмотрено.

Статья 94 УИК РФ разрешает осужденным или группам осужденных приобретать телевизионные приемники и радиоприемники.

При этом в соответствии с примечанием 5 к приложению № 1 Правил телевизионные приемники и радиоприемники могут приобретаться только для коллективного пользования и устанавливаться в местах, определенных администрацией. Такими местами, как правило, являются комнаты воспитательной работы, комнаты отдыха и т.п.

Названная статья также гарантирует получение текущей информации посредством прослушивания осужденными радиопередач. Однако такое разрешение распространяется на свободные от работы часы, кроме времени, отведенного распорядком дня для ночного сна (ч. 2 ст. 94).

Вывод суда о том, что запрет осужденным иметь на объектах работы продукты питания, телевизионные приемники и радиоприемники не противоречит действующему законодательству, правомерен.

Довод заявителя о нарушении оспариваемыми положениями конституционных прав осужденных несостоятелен.

Является правильным и вывод суда о том, что абзац двадцать второй пункта 15 Правил в части запрета осужденным проводить забастовки соответствует УИК РФ.

Не противоречит данный запрет и нормам международного права, поскольку ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, на которую ссылается заявитель, не устанавливает прав осужденных проводить забастовку.

Пункт 21 Правил в части того, что на начальника ИУ возлагается обязанность утверждать своим приказом распорядок дня, разработанный на основе примерного распорядка, который доводится до сведения персонала и осужденных, корреспондируется с ч. 3 ст. 82 УИК РФ, определяющей право Минюста России регламентировать и конкретизировать соответствующие вопросы деятельности исправительных учреждений.

Необходимость обеспечения режимных требований вытекает и из пункта 19 Правил, предусматривающего, что в каждом исправительном учреждении устанавливается строго регламентированный распорядок дня с учетом особенностей работы с тем или иным составом осужденных, времени года, местных условий и других конкретных обстоятельств.

Положение об уничтожении по решению начальника ИУ изъятых у осужденных запрещенных вещей, закрепленное в пункте 46 Правил, соответствует ч. 9 ст. 82 УИК РФ и не нарушает прав собственности заявителя.

Пункт 66 Правил, предусматривающий распространение в полной мере действия пункта 53 главы XII Правил на предложения, заявления и жалобы, изложенные в письменном виде, полностью воспроизводит ч. 2 ст. 91 УИК РФ.

Предписание пункта 83 Правил, разрешающее свидания осужденных с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, в части слов: «проводятся продолжительностью до 4 часов и лишь в часы от подъема до отбоя», также воспроизводит ч. 4 ст. 89 УИК РФ, предусматривающую предоставление осужденным свидания с указанными лицами продолжительностью до четырех часов.

Обоснован и вывод суда о том, что пункты 85 и 87 Правил в части предоставления телефонного разговора продолжительностью, не превышающей 15 минут, как правило, в нерабочее время в специально оборудованных переговорных пунктах или выделенных для этих целей помещениях учреждений, фактически воспроизводят положения частей 1 и 5 ст. 92 УИК РФ.

Суд правильно признал, что оспариваемая часть пункта 89 Правил лишь конкретизирует ч. 3 ст. 92 УИК РФ, перечисляя исключительные личные обстоятельства: смерть или тяжелая болезнь близкого родственника, угрожающая жизни больного; стихийное бедствие, причинившее значительный материальный ущерб осужденному или его семье, и др.

Обоснован и вывод суда о том, что установленный порядок приема и получения осужденными посылок, передач и бандеролей, а также их досмотра и изъятия обнаруженных запрещенных вещей, предусмотренный пунктами 93 - 95 Правил, соответствует частям 4 и 5 ст. 90 УИК РФ, определяющим, что передачи, посылки и бандероли подвергаются досмотру; порядок получения осужденными посылок, передач и бандеролей и порядок их досмотра определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Таким органом является Министерство юстиции Российской Федерации, которое определило указанный порядок в оспариваемых Правилах.

Пункты 148 и 151 Правил, запрещающие осужденным брать с собой в штрафные изоляторы имеющиеся у них продукты питания, соответствуют ч. 1 ст. 118 УИК РФ, устанавливающей ограничения для лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы и переведенных в порядке дисциплинарного взыскания в штрафные изоляторы и помещения камерного типа, ограничения, в том числе на приобретение продуктов питания.

Запрет на курение осужденным, водворенным в штрафной изолятор, предусмотренный пунктом 152 Правил, соответствует ч. 1 ст. 118 УИК РФ и имеет своей целью обеспечение пожарной безопасности, соблюдение санитарно-гигиенических требований и не нарушает прав заявителя.

Кроме того, водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор является мерой взыскания, применяемой к осужденным к лишению свободы за нарушение установленного порядка отбывания наказания, и условия содержания в штрафных изоляторах предполагают дополнительную изоляцию осужденных, ограничение конкретных прав, усиление в отношении их режимных требований.

Следует согласиться и с выводом суда о том, что предписание пункта 160 Правил — держать руки за спиной осужденным, содержащимся в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа, ЕПКТ и в одиночных камерах, при передвижении за пределами камер — не нарушает прав лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы.

Водворение осужденных в штрафной изолятор относится к наиболее суровым видам дисциплинарных наказаний, существенно ограничивающих их правовой статус, приносящих дополнительные лишения за дисциплинарные проступки, совершенные в местах отбывания наказания. К такому ограничению относится и обязанность определенных категорий осужденных при передвижении за пределами камер держать руки за спиной.

Суд сделал правильный вывод о том, что требование в части возложения на каждого осужденного обязанности поочередно дежурить в камерах штрафных изоляторов, помещениях камерного типа, ЕПКТ, установленное пунктом 161 Правил, и перечисленные в пункте 162 Правил обязанности дежурного по камере являются законными.

Обязанность дежурить и выполнять в связи с этим ряд функций необходима для обеспечения порядка пребывания в камере, предусмотренного ч. 1 ст. 11 УИК РФ, согласно которой осужденные должны исполнять установленные законодательством Российской Федерации обязанности граждан Российской Федерации, соблюдать принятые в обществе нравственные нормы поведения, требования санитарии и гигиены.

Оспариваемые заявителем пункты 18 и 23 приложения № 1 к Правилам (Перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать), включающие фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры, фломастеры, маркеры, чернила, тушь, шариковые и гелевые стержни (за исключением синего и черного цветов), основаны на содержании ч. 8 ст. 82 УИК РФ и прав заявителя не нарушают.

Вывод суда о том, что оспариваемые положения нормативного правового акта не противоречат и нормам международного права, обоснован.

Утверждения в кассационной жалобе о том, что суд неправильно применил и истолковал нормы материального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и законодательству, являются ошибочными.

Не нашел своего подтверждения в судебном заседании и довод заявителя о нарушении оспариваемыми предписаниями его прав и свобод.

В силу ч. 1 ст. 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

С учетом изложенного оснований к отмене решения суда не имеется.

В кассационной жалобе не приведено доводов, опровергающих выводы суда о законности оспариваемых положений нормативного правового акта. Мотивы соответствия оспоренного нормативного правового акта действующему законодательству полно изложены в решении суда, оснований считать такие выводы ошибочными не имеется.

Довод кассационной жалобы о том, что суд при рассмотрении дела допустил нарушения процессуального законодательства, рассмотрев дело в отсутствие заявителя, в связи с чем он был лишен возможности представить суду дополнительные доказательства в обоснование своих требований, не может служить основанием к отмене судебного решения.

В соответствии с ч. 2 ст. 354 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела.

Из материалов дела следует, что заявитель своевременно был извещен о времени и месте судебного заседания по настоящему делу и данное обстоятельство он не оспаривает.

Кроме того, процессуальный закон не обязывает суд принимать меры для обеспечения явки стороны в судебное заседание (в данном случае — доставки заявителя, находящегося в местах лишения свободы).

Настоящий спор заключается в осуществлении судом нормоконтроля, для чего необходимость предоставления каких-либо иных доказательств, помимо представленных, отсутствовала.

Учитывая изложенное, суд обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 360, 361 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 30 июля 2009 года оставить без изменения, а кассационную жалобу Родионова И.Н. — без удовлетворения.

---