Определение Верховного Суда РФ от 25.05.2000 № КАС00-211

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 24.04.2000 № ГКПИ2000-150, 156, 162, 209, которым было отказано в удовлетворении жалоб о признании незаконным разъяснения «О применении ограничений, установленных Федеральным законом „О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий“, утв. Постановлением Минтруда РФ от 29.12.1999 № 54>»

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 25 мая 2000 г. № КАС 00-211

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Федина А.И.,членов коллегии: Петроченкова А.Я.,

с участием прокурора Федотовой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании от 25 мая 2000 г. гражданское дело по жалобам Журавлевой З.В., Золотовой И.В., Кириллова А.Ф. и общественной организации «Протвинский городской Совет ветеранов войны, труда и Вооруженных Сил» на разъяснение «О применении ограничений, установленных Федеральным законом „О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий“, утвержденное Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 29 декабря 1999 г. № 54 по кассационным жалобам Золотовой И.В., Журавлевой З.В. и общественной организации „Протвинский городской Совет ветеранов войны, труда и Вооруженных Сил“ на решение Верховного Суда РФ от 24 апреля 2000 г., которым заявителям отказано в удовлетворении жалоб.»

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Федина А.И., объяснения Журавлевой З.В., ее представителей — Пашуто В.Р. и Никифоренко Ю.В., представлявшего интересы заявителя Золотовой И.В. — Хорошилова Б.В., представителя заявителей и юридической коллегии «Защита», фонда рабочей академии — Травинского В.И., представителей общественной организации «Протвинский городской Совет ветеранов войны и Вооруженных Сил» — Крякова Н.В., Плетенева Б.В. и Косторева Н.Н., поддержавших доводы кассационных жалоб, объяснения представителей Министерства труда и социального развития РФ Воронина Ю.В. и Назарова А.С., представителя Пенсионного фонда РФ Селивановой З.М., возражавших против жалоб, выслушав заключение прокурора Федотовой, полагавшей жалобы необоснованными, Кассационная коллегия

29 декабря 1999 г. Министерством труда и социального развития Российской Федерации было утверждено разъяснение № 54 «О применении ограничений, установленных Федеральным законом „О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий“ (далее — Разъяснение).»

Данное Разъяснение зарегистрировано в Министерстве юстиции РФ и в установленном порядке официально опубликовано.

Журавлева З.В., Золотова И.В., Кириллов А.Ф. и общественная организация «Протвинский городской Совет ветеранов войны, труда и Вооруженных Сил» обратились в Верховный Суд РФ с жалобой на этот нормативный правовой акт, сославшись на несоответствие его закону и нарушение прав и законных интересов заявителей.

Верховный Суд РФ постановил приведенное выше решение.

В кассационных жалобах заявители ставят вопрос об отмене судебного решения и вынесении нового решения об удовлетворении заявленного требования, считая выводы суда ошибочными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Кассационная коллегия не находит оснований к отмене судебного решения.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, Верховный Суд РФ обоснованно сослался на то, что Министерство труда и социального развития РФ в соответствии с имеющимися у него полномочиями (в силу п. 9 Положения о Министерстве труда и социального развития РФ, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 23 апреля 1997 года № 480) приняло обжалуемое разъяснение по применению Федерального закона.

Разъяснение подписано первым заместителем Министра труда и социального развития РФ, который в день подписания нормативного акта исполнял обязанности Министра на основании Приказа от 28 декабря 1999 года № 268.

В связи с этим Кассационная коллегия считает несостоятельным довод в кассационной жалобе о нарушении порядка подготовки и издания нормативного акта Министерством труда и социального развития РФ.

Как следует из жалоб заявителей и их объяснений в судебном заседании Верховного Суда РФ, действительным предметом спора являются положения нормативного акта, изложенные в абзацах 5, 6 и 7 разъяснения следующего содержания:

«Часть четвертая статьи 1 Закона, на которую сделана отсылка в части второй статьи 4 Закона как на определяющую, какой именно индивидуальный коэффициент пенсионера, из упоминаемых в Законе, устанавливается с 1 февраля 1998 г. в размере 0,7, предусматривает, что отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране учитывается в размере не свыше 1,2.»

На основании этой отсылки, а также в связи с прямым указанием в части второй статьи 4 Закона на то, что индивидуальный коэффициент пенсионера, устанавливаемый с 1 февраля 1998 г. в размере 0,7, определяется только федеральным законом и ограничивает отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране, временное ограничение в размере 0,7 применяется в совокупности с постоянно действующим ограничением в размере не свыше 1,2 к результату, получаемому при делении среднемесячного заработка пенсионера на среднемесячную заработную плату в стране в виде обычного числа (целого или дробного).

Оснований для распространения ограничения в размере 0,7 на величину индивидуального коэффициента пенсионера, исчисляемого в соответствии со статьей 1 Закона в процентах персонально для каждого пенсионера расчетным путем исходя из продолжительности трудового стажа и размера заработной платы, который применяется для определения размера его пенсии в рублях, не имеется».

Оспаривая изложенные положения акта, заявители утверждали, что результат, получаемый при делении среднемесячного заработка пенсионера на среднемесячную заработную плату в стране, установлен Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 113-ФЗ «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий» в размере 1,2, а не 0,7. Величина же 0,7, предусмотренная ч. II ст. 4 приведенного Закона (по мнению заявителей), является индивидуальным коэффициентом пенсионера, ограничивающим результат, получаемый от умножения размера пенсии в процентах, полагающегося в зависимости от продолжительности трудового стажа, на отношение среднемесячного заработка за установленный период, из которого исчисляется пенсия, к среднемесячной заработной плате в стране за тот же период, как это указано в ч. II ст. 1 Федерального закона.

С таким доводом суд первой инстанции правомерно не согласился, поскольку это не вытекает из содержания статей 1 и 4 приведенного Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 113-ФЗ.

Статья 1 этого Закона, в частности, предусматривает, что государственные пенсии, исчисленные по нормам Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации», в связи с ростом заработной платы в стране подлежат исчислению и увеличению путем применения индивидуального коэффициента пенсионера.

Индивидуальный коэффициент пенсионера определяется путем умножения размера пенсии в процентах, полагающегося в зависимости от продолжительности трудового стажа, на отношение среднемесячного заработка за установленный период, из которого исчисляется пенсия, к среднемесячной заработной плате в стране за тот же период.

Отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране устанавливается путем деления среднемесячного заработка пенсионера за соответствующий период на среднемесячную заработную плату в стране за тот же период.

При определении индивидуального коэффициента пенсионера отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране учитывается в размере не свыше 1,2 независимо от основания назначения пенсии.

Размер пенсии в рублях устанавливается исходя из среднемесячной заработной платы в стране за предшествующий квартал по индивидуальному коэффициенту пенсионера.

В статье 4 этого Закона указано, что «настоящий Закон вступает в силу с 1 февраля 1998 г.».

При этом индивидуальный коэффициент пенсионера, определенный частью четвертой статьи 1 данного Федерального закона, ограничивающий отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране, устанавливается в размере 0,7.

Размер указанного коэффициента на последующий период и сроки его действия устанавливаются федеральным законом, проект которого рассматривается одновременно с проектом Федерального закона о бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации на очередной финансовый год.

Как правильно указал суд первой инстанции в своем решении, анализ приведенных положений Закона достоверно свидетельствует о том, что правовое значение термина «индивидуальный коэффициент пенсионера», приведенного в ст. 1 Закона, не тождественно термину «индивидуальный коэффициент пенсионера», использованному в ст. 4 этого же Закона.

При внешней схожести этих терминов вместе с тем они (коэффициенты) по своей правовой природе, приданной законодателем в статьях 1 и 4 Закона, существенно различаются.

Так, согласно статье 1 Закона, индивидуальный коэффициент пенсионера, применяемый при назначении пенсий, характеризуется следующими признаками:

• определяется персонально для каждого пенсионера в зависимости от продолжительности его трудового стажа и величины заработной платы;
• определяется путем умножения размера пенсии в процентах на отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране;
• выражается в процентах;
• непосредственно законом по размеру не ограничен;
• для определения размера пенсии применяется как процентное отношение среднемесячной заработной платы в стране за предшествующий квартал.

В соответствии со статьей 4 Закона имеется в виду индивидуальный коэффициент пенсионера, который:

• представляет собой отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране;
• выражается обычным числом (не в процентах);
• является лишь одним из двух сомножителей, при умножении которых определяется индивидуальный коэффициент пенсионера, предусмотренный статьей 1 Закона;
• ограничивается предельным размером 1,2 независимо от основания назначения пенсии;
• устанавливается с 1 февраля 1998 г. в размере, не превышающем 0,7, и действует до принятия соответствующего федерального закона, проект которого должен рассматриваться одновременно с проектом федерального закона о бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации на очередной финансовый год.

Произведя столь подробный, соответствующий тексту статей 1 и 4 Закона анализ значения терминов «индивидуальный коэффициент пенсионера», Верховный Суд РФ пришел к правильному выводу об ошибочности утверждения заявителей о том, что с 1 февраля 1998 года индивидуальный коэффициент пенсионера (ИКП), применяемый при исчислении пенсий как результат умножения размера пенсии в процентах, полагающегося в зависимости от продолжительности трудового стажа, на отношение среднемесячного заработка за установленный период, из которого исчисляется пенсия, к среднемесячной заработной плате в стране за тот же период, якобы установлен в размере 0,7, поскольку этот показатель (0,7) установлен частью 2 ст. 4 Федерального закона лишь для выражения отношения среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране, на которое подлежит умножению размер пенсии в процентах, полагающийся в зависимости от продолжительности трудового стажа.

Приведенный вывод суда, сделанный на основе анализа ч. II ст. 4 в совокупности с ч. IV ст. 1 приведенного Федерального закона, полностью соответствует и Указу Президента РФ от 15 апреля 2000 г. № 680 «Об отношении среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране, применяемом при определении индивидуального коэффициента пенсионера». Согласно статье 1 названного Указа с 1 мая 2000 года при исчислении пенсий с применением индивидуального коэффициента пенсионера отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в стране не должно превышать 0,8. Из преамбулы Указа следует, что он издан в целях повышения уровня пенсионного обеспечения граждан, которым пенсии исчислены с применением индивидуального коэффициента пенсионера в соответствии с Федеральным законом «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий», и действует до вступления в силу соответствующего федерального закона.

Таким образом, с 1 мая 2000 г. предельный размер индивидуального коэффициента пенсионера, применяемого при исчислении пенсий (при максимальном трудовом стаже), составит 60% (ИКП = 75% х 0,8 = 60%), тогда как с 1 февраля 1998 г. предельный размер индивидуального коэффициента пенсионера, применяемого при исчислении пенсий (при максимальном трудовом стаже), составлял 0,525 (ИКП = 75% х 0,7 = 0,525).

Поскольку именно таким образом Министерство труда и социального развития РФ разъяснило применение Федерального закона «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий» от 21 июля 1997 г. № 113-ФЗ, без какого-либо искажения смысла этого Закона, Верховный Суд РФ обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

По изложенным основаниям Кассационная коллегия не может согласиться с доводами, указанными в кассационной жалобе, о том, что суд неправильно истолковал ст. 4 Федерального закона относительно применения показателя 0,7; что термин «индивидуальный коэффициент пенсионера» имеет по смыслу данного Закона одно правовое значение.

Правомерно не согласился суд первой инстанции с Постановлением Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 17 марта 1999 г. № 3763-II ГД «О реализации Федерального закона „О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий“ и Постановлением Государственной Думы от 29 октября 1999 г. № 4497-II ГД „Об обращении Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации к Верховному Суду РФ“, позиция которой по существу сходна с доводами заявителей.»

Данные Постановления Государственной Думы не могут быть признаны (в силу Постановления Конституционного Суда РФ от 17 ноября 1997 г. № 17-П) в качестве официального, имеющего силу закона, разъяснения федерального закона, так как принимались и подписывались не в порядке, установленном для принятия, подписания и обнародования федерального закона.

Не могут свидетельствовать о неправильности судебного решения и иные документы, на которые заявители ссылаются в кассационной жалобе как на доказательства обоснованности выдвинутых доводов жалоб, поскольку эти материалы (письма Генеральной прокуратуры РФ, Уполномоченного по правам человека в РФ, письмо Института русского языка им. В.В. Виноградова и др.) лишь выражают мнения составлявших такие документы органов и должностных лиц и эти мнения в силу приведенных выше мотивов являются ошибочными, противоречат смыслу и тексту Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 113-ФЗ.

В кассационных жалобах утверждается также, что Министерство юстиции РФ, производя регистрацию оспоренного нормативного акта, не соблюдало требования, предусмотренные Постановлением Правительства РФ от 13 августа 1997 г.

Однако в подтверждение данного довода каких-либо обоснований и доказательств не представлено.

Не противоречит настоящее решение Верховного Суда РФ и вступившему в законную силу решению Верховного Суда РФ от 18 июня 1998 г., вынесенному в отношении другого нормативного акта и не по рассматриваемому в настоящем деле вопросу.

С учетом изложенных обстоятельств кассационные жалобы заявителей не могут быть удовлетворены.

Руководствуясь ст. 305 ГПК РСФСР, Кассационная коллегия

решение Верховного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2000 г. оставить без изменения, а кассационные жалобы — без удовлетворения.

---