---
title: "Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 26.11.2024 N АПЛ24-398"
number: "АПЛ24-398"
issued_on: 2024-11-26
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/opredelenie-apl24-398"
---
## Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 26.11.2024 N АПЛ24-398
# Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 26.11.2024 N АПЛ24-398
<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 23.08.2024 N ВКАПИ24-13, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании недействующим Кодекса этики и служебного поведения федеральных государственных служащих Следственного комитета Российской Федерации, утв. Следственным комитетом РФ от 11.04.2011>
**ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ**
**АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ**
от 26 ноября 2024 г. N АПЛ24-398
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зайцева В.Ю.,
членов коллегии Зинченко И.Н., Крупнова И.В.,
при секретаре И.,
с участием прокурора Иванова Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Ш. о признании недействующим [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) этики и служебного поведения федеральных государственных служащих Следственного комитета Российской Федерации, утвержденного Председателем Следственного комитета Российской Федерации от 11 апреля 2011 г.,
по апелляционной жалобе Ш. на [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) Верховного Суда Российской Федерации от 23 августа 2024 г. по делу N ВКАПИ24-13, которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Крупнова И.В., выступление представителя Следственного комитета Российской Федерации и Главного военного следственного управления Г., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, и заключение прокурора Иванова Е.В., полагавшего апелляционную жалобу необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Председателем Следственного комитета Российской Федерации 11 апреля 2011 г. утвержден [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) этики и служебного поведения федеральных государственных служащих Следственного комитета Российской Федерации (далее - Кодекс).
Ш. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) недействующим со дня его утверждения.
В обоснование требований административный истец указал, что в период прохождения военной службы к нему неоднократно применялись положения [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) при привлечении его к дисциплинарной ответственности (объявлении строгого выговора в 2021 г. и выговора в 2023 г., предупреждении о неполном служебном соответствии в 2022 г.), а также при проведении аттестации (в отзыве аттестационного листа в 2023 г. и в протоколе заседания аттестационной комиссии в 2024 г.). Между тем [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не представлялся на государственную регистрацию в Министерство юстиции Российской Федерации (далее - также Минюст России) и официально опубликован не был, хотя его положения обладают признаками нормативного правового акта, а именно: в нем содержатся предписания нормативного правого характера, он утвержден руководителем государственного федерального органа и имеет соответствующие реквизиты.
[Решением](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) Верховного Суда Российской Федерации от 23 августа 2024 г. в удовлетворении административного искового заявления отказано.
В обоснование принятого [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) суд первой инстанции указал, что [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) издан в целях повышения эффективности выполнения государственными служащими своих должностных обязанностей, направлен на формирование должной морали и нравственности в сфере государственной службы, уважительного отношения к государственной службе в общественном сознании. Являясь внутриведомственным правовым актом, [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) основан на положениях Типового [кодекса](https://bukva.ai/docs/protokol-21) этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренного 23 декабря 2010 г. президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции (далее - Типовой кодекс).
В [решении](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) также указано, что Председатель Следственного комитета Российской Федерации вправе утверждать помимо нормативных правовых актов иные правовые акты, касающиеся организации деятельности Следственного комитета Российской Федерации, определять их содержание и форму.
В апелляционной жалобе административный истец Ш. просит [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.
В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель приводит следующие доводы:
вывод правовой экспертизы Минюста России о том, что [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) утвержден грифом и не подлежал представлению на государственную регистрацию опровергается размещением его текста на сайте Следственного комитета Российской Федерации и СПС "Консультант Плюс", а также положениями [Закона](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1) Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5485-1 "О государственной тайне" и постановления Правительства Российской Федерации от 13 августа 1997 г. N 1009, которым утверждены [Правила](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1009-1997#p100028) подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации;
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) регулирует общественные отношения и содержит нормативные предписания, обязывающие сотрудников их исполнять, а также возлагает на них дополнительные обязанности, которые не определены в иных актах;
при утверждении [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) нарушены правила издания нормативных правовых актов, поскольку такая форма (вид), как кодекс в Российской Федерации не предусмотрена;
об отнесении [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) к нормативному правовому акту свидетельствует его структура, которая включает в себя разделы и статьи;
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не относится к приказам, распоряжениям, указаниям и иным нормативным документам, которые в соответствии с Федеральным [законом](https://bukva.ai/docs/zakon-403-fz/statya-1) от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации" вправе издавать его Председатель. При этом в юридических профессиях, в правоохранительных и силовых ведомствах, а также в органах судейского сообщества применяется практика введения кодексов коллегиально либо порядок принятия закреплен на законодательном уровне. Единоличное принятие [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) Председателем Следственного комитета Российской Федерации без издания приказа или какого-либо нормативного правового акта является незаконным;
на дату утверждения [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) в системе Генеральной прокуратуры Российской Федерации действовал [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) этики прокурорского работника, который до настоящего времени распространяет свое действие на сотрудников Следственного комитета Российской Федерации, что указывает на имеющиеся признаки правовой коллизии, при которой разные акты регулируют одни и те же правила поведения в различных ведомствах и существенно отличающиеся друг от друга;
ввиду отсутствия в [Кодексе](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) специальных предписаний его действие не может распространяться на сотрудников военных следственных органов, в связи с чем последние должны привлекаться к дисциплинарной ответственности по правилам, установленным Дисциплинарным [уставом](https://bukva.ai/docs/ukaz-1495#p102759) Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495;
перечень, в том числе императивных правил поведения [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), увеличивает и расширяет правила поведения по отношению к другим нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и противоречит [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации и Федеральному [закону](https://bukva.ai/docs/zakon-403-fz/statya-1) от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации";
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) имеет признаки локального нормативного акта, который регулируется трудовым законодательством и не распространяется на военнослужащих военных следственных органов;
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не соответствует действительному смыслу разъясняемых им нормативных положений, устанавливает не предусмотренные разъясняемыми нормативными положениями общеобязательные правила, распространяющиеся на неопределенный круг лиц и рассчитанные на неоднократное применение;
поскольку административный истец поступил на военную службу после принятия [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), его с ним не знакомили и он не мог знать о необходимости соблюдения его положений;
нарушения правил рекомендательного характера [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не могут повлечь дисциплинарную и иную ответственность сотрудников и военнослужащих следственных органов, что не учитывалось при привлечении административного истца к дисциплинарной ответственности;
Учитывая, что [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не утвержден приказом и не опубликован установленным порядком, в жалобе указывается, что имелись основания для удовлетворения административного искового заявления.
Кроме того, в апелляционной жалобе указывается на допущенные судом первой инстанции нарушения в ходе судебного разбирательства, а именно:
протокол судебного заседания не соответствует обстоятельствам судебного заседания, поскольку в нем не отражены все вопросы, заданные представителю административного ответчика, и ответы на них;
возражения административного ответчика направлены ему лишь после судебного заседания;
доводы, изложенные в ходатайствах от 20 и 22 августа 2024 г., не рассмотрены;
указание в решении об утверждении [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) приказом Председателя Следственного комитета Российской Федерации ничем не подтверждено.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель Следственного комитета Российской Федерации и Главного военного следственного управления Г. полагает требования административного истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению.
Министерство юстиции Российской Федерации в лице представителя М. поддержало свою позицию, изложенную в отзыве на административное исковое заявление, согласно которой [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не может рассматриваться в качестве нормативного правового акта, подлежащего представлению на государственную регистрацию.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) суда не находит.
Федеральный [закон](https://bukva.ai/docs/zakon-403-fz/statya-1) от 28 декабря 2010 г. N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации" и [Положение](https://bukva.ai/docs/ukaz-38#p100033) о Следственном комитете, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 14 января 2011 г. N 38 (далее - Положение), устанавливающие статус этого федерального государственного органа, определяющие, в том числе требования к его сотрудникам, а также компетенцию и полномочия Председателя Следственного комитета, вступили в силу с 15 января 2011 г.
Согласно [подпункту 11 пункта 43](https://bukva.ai/docs/ukaz-38#p100606) Положения Председатель Следственного комитета наряду с изданием нормативных правовых актов утверждает положения, инструкции и иные правовые акты, касающиеся организации деятельности Следственного комитета, в том числе его кадрового обеспечения, а также материального и социального обеспечения сотрудников, федеральных государственных гражданских служащих и работников Следственного комитета, применения поощрений (награждений) и дисциплинарных взысканий в системе Следственного комитета.
Обязанность ведомства разрабатывать и принимать меры по предупреждению коррупции, к числу которых относится и принятие кодекса этики и служебного поведения, предусмотрена Федеральным [законом](https://bukva.ai/docs/zakon-273-fz-2008/statya-1) от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции".
Таким образом, [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) утвержден уполномоченным должностным лицом - Председателем Следственного комитета Российской Федерации.
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) призван повысить эффективность выполнения государственными служащими своих должностных обязанностей, направлен на формирование должной морали и нравственности в сфере государственной службы, уважительного отношения к этой службе в общественном сознании.
Проанализировав содержание оспариваемого акта, суд пришел к обоснованному выводу, что он основан на положениях Типового [кодекса](https://bukva.ai/docs/protokol-21).
Сама по себе структура [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), т.е. его форма, включающая в себя разделы и статьи, вопреки мнению административного истца, не влияет на существо его содержания.
[Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), представляющий собой свод общих принципов профессиональной служебной этики и основных правил служебного поведения, а также выступающий в качестве института общественного сознания, нравственности государственных служащих, их самоконтроля, по существу является корпоративным нормативным актом, распространяющим свое действие исключительно на государственных служащих Следственного комитета Российской Федерации и затрагивающий их права и обязанности.
По делу установлено, что текст [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) размещен на официальном сайте Следственного комитета Российской Федерации (www.sledcom.ru). Данное обстоятельство само по себе, вопреки мнению административного истца, не опровергает вывод Минюста России о том, что [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не подлежал представлению на государственную регистрацию.
С учетом изложенного указание в обжалуемом [решении](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) суда о ненормативном характере [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не влияет на правильный по существу вывод об отказе в удовлетворении административного искового заявления.
Кроме того, согласно "[ГОСТ Р 6.30-2003](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-65-st#p100011). Государственный стандарт Российской Федерации. Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов", принятому постановлением Госстандарта Российской Федерации от 3 марта 2003 г. N 65-ст и действовавшему на момент утверждения [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), в состав реквизитов документа входит, в том числе гриф утверждения, который состоит из слова УТВЕРЖДАЮ (без кавычек), наименования должности лица, утверждающего документ, его подписи, инициалов, фамилии и даты утверждения. Подобные требования предусмотрены и [ГОСТ Р 7.0.97-2016](https://bukva.ai/docs/gost-r-7-0-97-2016) ([приказ](https://bukva.ai/docs/prikaz-2004-st-2016) Росстандарта от 8 декабря 2016 г. N 2004-ст).
Оспариваемый [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) имеет гриф утверждения, который соответствует приведенным требованиям ГОСТ.
При таких данных само по себе упоминание в [решении](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) суда об утверждении [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) "приказом" Председателя Следственного комитета Российской Федерации на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта повлиять не может.
Наряду с грифом утверждения документ может содержать и гриф ограничения доступа к таковому. Между тем в [Кодексе](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) отсутствуют сведения, составляющие государственную тайну, поэтому положения [Закона](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1) Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5485-1 "О государственной тайне" применению не подлежат. Данные обстоятельства не ограничивают возможность публикации [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) как в справочно-правовых системах, так и на официальном сайте Следственного комитета Российской Федерации.
Вывод суда о том, что [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) соответствует нормам Типового [кодекса](https://bukva.ai/docs/protokol-21) и не противоречит [Указу](https://bukva.ai/docs/ukaz-885-2002) Президента Российской Федерации от 12 августа 2002 г. N 885 "Об утверждении общих принципов служебного поведения государственных служащих", а также иным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, обоснован и сомнений не вызывает.
Мнение административного истца о распространении на сотрудников Следственного комитета корпоративных актов Генеральной прокуратуры Российской Федерации, в частности [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) этики прокурорского работника и возникновении в этой связи правовой коллизии, является ошибочным, поскольку с 15 января 2011 г. Следственный комитет Российской Федерации является самостоятельным федеральным государственным органом.
Учитывая положения Федерального [закона](https://bukva.ai/docs/zakon-58-fz-2003/statya-1) от 27 мая 2003 г. N 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации" и Федерального [закона](https://bukva.ai/docs/zakon-53-fz-1998/statya-1) от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе" о том, что военная служба является одним из видов федеральной государственной службы, а [Указ](https://bukva.ai/docs/ukaz-885-2002) Президента Российской Федерации от 12 августа 2002 г. N 885 распространяет свое действие на всех федеральных государственных служащих, оснований утверждать о невозможности применения [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) к военнослужащим военных следственных органов не имеется.
Кроме того, сам [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) также содержит указание о его применении к федеральным государственным служащим, к числу которых относятся в силу приведенных положений и военнослужащие. В этом случае специальной оговорки, касающейся военнослужащих, не требуется.
Вопреки мнению Ш., [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не обладает признаками локального правового акта, поскольку его действие не ограничено рамками конкретного подразделения (учреждения) Следственного комитета Российской Федерации, а касается в целом этого федерального государственного органа.
Представляя собой свод общих принципов профессиональной служебной этики и основных правил служебного поведения федеральных государственных служащих Следственного комитета Российской Федерации, [Кодекс](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy) не может быть отнесен к актам, разъясняющим законодательство.
Обстоятельства, связанные с датой поступления административного истца на военную службу, его осведомленностью с содержанием [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), фактами привлечения к дисциплинарной ответственности, как он полагает, за нарушение правил [Кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-etiki-i-sluzhebnogo-povedeniya-sk-rossii-sledstvennyy), носящих рекомендательный характер, не являются предметом абстрактного нормоконтроля по настоящему административному делу, поэтому на выводы суда первой инстанции не влияют.
Утверждение административного истца о неполноте содержания протокола судебного заседания на материалах дела не основано.
Судом соблюдены требования, предусмотренные [главой 20](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-1#p101299) Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Копия протокола судебного заседания направлена Ш. 28 августа 2024 г. по почтовому адресу, а также адресу его электронной почты, указанным в административном исковом заявлении, и получены им, соответственно, 6 сентября и 28 августа. Между тем замечания на протокол судебного заседания административным истцом не поданы.
Возражения на административное исковое заявление административным ответчиком были направлены Ш. 8 августа 2024 г., о чем представитель административного ответчика сообщил суду и лицам, участвующим в деле, в ходе судебного заседания 23 августа 2024 г. При этом каких-либо замечаний от участников судебного разбирательства не поступило (т. 1, л.д. 157). Более того, указанные возражения были исследованы в судебном заседании, вопросов по ним также не последовало (т. 1, л.д. 164).
Что касается ходатайств от 20 и 22 августа 2024 г., заявленных административным истцом, то они судом первой инстанции рассмотрены в судебном заседании 23 августа 2024 г., в их удовлетворении отказано с изложением соответствующих мотивов (т. 1, л.д. 156). Определение по этому вопросу вынесено в соответствии с [частью 2 статьи 198](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-1#p101267) Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
Таким образом, предусмотренные [статьей 310](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-310#p102083) Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основания для отмены [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) суда в апелляционном порядке отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь [статьями 309](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-309#p102076), [311](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-311#p102103) Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
[решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-vkapi24-13) Верховного Суда Российской Федерации от 23 августа 2024 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Ш. - без удовлетворения.