Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 28.03.2023 № АПЛ23-59

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 14.12.2022 № АКПИ22-698, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании недействующим подпункта 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утв. приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279>

от 28 марта 2023 г. № АПЛ23-59

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Зайцева В.Ю.,

членов коллегии Ситникова Ю.В., Тютина Д.В.,

при секретаре Ш.,

с участием прокурора Слободина С.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению М.А.Ю. о признании недействующим подпункта 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 г. № 279,

по апелляционной жалобе М.А.Ю. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2022 г. по делу № АКПИ22-698, которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., объяснения представителя Министерства юстиции Российской Федерации Е., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Слободина С.А., полагавшего апелляционную жалобу необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

Министерство юстиции Российской Федерации (далее — Минюст России) приказом от 4 сентября 2006 г. № 279 утвердило Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее — Наставление), которое действует в редакции приказа Минюста России от 17 июня 2013 г. № 94.

Согласно подпункту 8 пункта 23 Наставления подсистема охранного телевидения (далее также — СОТ), входящая в состав интегрированной системы безопасности, обеспечивает выполнение требований и решение задач, приведенных в данном подпункте, в том числе хранение информации в течение 30 суток.

М.А.Ю., отбывающий наказание в виде лишения свободы в исправительном учреждении, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением, в котором просил признать подпункт 8 пункта 23 Наставления не действующим в части, предусматривающей хранение видеоинформации в течение 30 суток. В обоснование заявления ссылался на то, что оспариваемое положение противоречит частям 1, 2 статьи 19, статье 45 Конституции Российской Федерации, части 2 статьи 1, части 1 статьи 3, статье 8, части 1 статьи 10, части 1 статьи 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нарушает права и законные интересы лиц, находящихся в местах принудительного содержания, создает им чрезмерные правовые и практические препятствия в рамках реализации права на судебную защиту.

В административном исковом заявлении указано, что администрацией исправительного учреждения М.А.Ю. отказано в предоставлении видеозаписи, полученной с использованием видеорегистратора, в целях обеспечения его права на обжалование действий (бездействия) должностных лиц уголовно-исполнительной системы в судебном порядке.

Минюст России административный иск не признал, указав в письменных возражениях, что Наставление принято в пределах предоставленных ему полномочий, а оспариваемая норма соответствует действующему законодательству, прав и законных интересов административного истца не нарушает.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2022 г. в удовлетворении административного искового заявления административному истцу отказано.

В апелляционной жалобе М.А.Ю., не соглашаясь с таким решением, просит его отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Административный истец ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно отклонены его ходатайства об обеспечении участия в судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи. Тем самым он был лишен права задавать вопросы другим участникам судебного процесса, давать объяснения суду в устной форме, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать против ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле.

В жалобе указано также, что письменные возражения Минюста России на административный иск получены М.А.Ю. лишь 13 декабря 2022 г., за день до судебного заседания суда первой инстанции, в результате чего нарушено его право представить свои доводы относительно этих возражений.

По мнению административного истца, приведенные обстоятельства свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции принципа законности и справедливости при рассмотрении и разрешении данного административного дела.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу Минюст России просит в ее удовлетворении отказать, считая, что оснований для отмены обжалуемого решения, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не имеется.

Административный истец М.А.Ю. и его представитель М.А.А. о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке, их явка не признана судом обязательной.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не находит.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу. Отказывая М.А.Ю. в удовлетворении административного искового заявления, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что по настоящему административному делу такое основание для признания подпункта 8 пункта 23 Наставления в оспариваемой части не действующим отсутствует.

Полномочия Минюста России на утверждение Наставления, порядок его принятия проверены вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2015 г. по делу № АКПИ15-1121. В силу части 2 статьи 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Наставление устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-техническими средствами охраны и надзора (пункт 1).

Как правильно указано в обжалуемом решении, подпункт 8 пункта 23 Наставления в части, предусматривающей, что СОТ обеспечивает хранение информации в течение 30 суток, соответствует действующему законодательству Российской Федерации.

Частью 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

В части 1 статьи 34 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» также закреплено, что в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио- и видеотехника.

Пунктом 7 статьи 14 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждениям, исполняющим наказания, предоставляется право осуществлять регистрацию осужденных, а также их фотографирование, звукозапись, кино- и видеосъемку и дактилоскопирование.

Как следует из статьи 28.1 указанного закона, применение сотрудником уголовно-исполнительной системы физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия при наличии возможности фиксируется переносным видеорегистратором либо иными штатными аудиовизуальными средствами фиксации.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации, к которым исходя из статьи 4 названного кодекса относятся в том числе нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти.

Наставлением предусмотрено, что инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы уголовно-исполнительной системы (пункт 3). К техническим средствам охраны и надзора относятся технические средства (видеокамеры) и системы (подсистемы) охранного телевидения (пункт 8). Системы (подсистемы) охранного телевидения применяются для дистанционного наблюдения за обстановкой в охраняемых зонах, на территории объекта, в режимных зданиях и помещениях, на подступах к территории учреждения (подпункт 3 пункта 21).

Таким образом, Наставление, устанавливая требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-техническими средствами охраны и надзора, технические и инженерные стандарты в отношении этих средств, в том числе используемых в подсистеме охранного телевидения, основано на нормах действующего законодательства, имеющего большую юридическую силу.

Судом первой инстанции правомерно отмечено в обжалуемом решении, что необходимость обеспечения хранения информации, полученной с помощью технических средств СОТ, в течение 30 суток является минимальным требованием, предъявляемым к таким техническим средствам. Данное требование относится лишь к видеокамерам, применяемым в качестве технических средств подсистемы охранного телевидения; порядок применения переносного видеорегистратора и хранения информации, полученной с его помощью, оспариваемой нормой Наставления не регламентируется.

Нормативного правового акта большей юридической силы, который устанавливал бы иные требования в отношении технических средств СОТ в части, касающейся срока хранения информации, не имеется.

При разрешении настоящего административного дела суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что применение учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, в связи с чем подпункт 8 пункта 23 Наставления не может рассматриваться как нарушающий права административного истца в указанном им аспекте.

С доводом апелляционной жалобы о том, что решение суда первой инстанции подлежит отмене ввиду необоснованного отклонения ходатайств М.А.Ю. об обеспечении его участия в судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи, согласиться нельзя.

Как усматривается из материалов административного дела, определениями судьи Верховного Суда Российской Федерации от 3 октября и 5 декабря 2022 г. отказано в удовлетворении ходатайств административного истца об обеспечении участия в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи. С учетом характера спора, связанного с юридической оценкой оспариваемого в части нормативного правового акта и не требующего установления фактических обстоятельств, его участие в судебном заседании правомерно не было признано обязательным. Правовая позиция М.А.Ю. по рассматриваемому вопросу подробно изложена в административном исковом заявлении и дополнениях к нему. При этом он имел возможность реализовать свое право на участие в судебном заседании через представителя М.А.А., однако этим правом не воспользовался. Исходя из положений части 9 статьи 208 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административный истец, не имеющий высшего юридического образования, обязан был вести дело в Верховном Суде Российской Федерации через представителя, отвечающего требованиям статьи 55 данного кодекса.

С учетом изложенного суд первой инстанции вправе был рассмотреть настоящее административное дело без участия М.А.Ю.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что письменные возражения Минюста России на административный иск получены М.А.Ю. лишь 13 декабря 2022 г., за день до судебного заседания суда первой инстанции, в результате чего нарушено его право представить свои доводы относительно этих возражений, не свидетельствует о незаконности обжалуемого решения, поскольку данное обстоятельство не повлияло на правильность принятого судебного акта. В силу части 7 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при проверке законности оспариваемых положений нормативного правового акта суд не связан доводами административного истца и выясняет обстоятельства, указанные в части 8 названной статьи, в полном объеме.

Суд принял решение с учетом правовых норм, регулирующих рассматриваемые отношения, при правильном их толковании. Выводы суда о законности оспариваемого положения подробно мотивированы и соответствуют обстоятельствам административного дела. Доводов, их опровергающих, апелляционная жалоба не содержит.

Установив, что какому-либо федеральному закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, подпункт 8 пункта 23 Наставления в оспариваемой части не противоречит, суд первой инстанции правомерно, руководствуясь пунктом 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, отказал М.А.Ю. в удовлетворении заявленного требования.

Обжалуемое судебное решение вынесено с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права. Предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены или изменения решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2022 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу М.А.Ю. — без удовлетворения.

---