Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 22.04.2021 № АПЛ21-126

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 14.01.2021 № АКПИ20-834, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующим абзаца первого пункта 10 указания Минсоцзащиты РФ от 18.01.1996 № 1-1-У «О применении законодательства о пенсионном обеспечении в отношении лиц, прибывших на жительство в Россию из государств — бывших республик Союза ССР»>

от 22 апреля 2021 г. № АПЛ21-126

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Манохиной Г.В.,

членов коллегии Зайцева В.Ю., Рыженкова А.М.,

при секретаре Г.,

с участием прокурора Гончаровой Н.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению П. о признании частично недействующим абзаца первого пункта 10 указания Министерства социальной защиты населения Российской Федерации от 18 января 1996 г. № 1-1-У «О применении законодательства о пенсионном обеспечении в отношении лиц, прибывших на жительство в Россию из государств — бывших республик Союза ССР»

по апелляционной жалобе П. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 14 января 2021 г. по делу № АКПИ20-834, которым в удовлетворении административного иска отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., представителя Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации К., возражавшей против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гончаровой Н.Ю., полагавшей апелляционную жалобу необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

Министерством социальной защиты населения Российской Федерации 18 января 1996 г. принято указание № 1-1-У «О применении законодательства о пенсионном обеспечении в отношении лиц, прибывших на жительство в Россию из государств — бывших республик Союза ССР» (далее — Указание), которое зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации 21 марта 1996 г., регистрационный номер 1056, опубликовано в газете «Российские вести» 30 мая 1996 г. и в Бюллетене нормативных актов министерств и ведомств Российской Федерации, 1996 г., № 6.

Согласно абзацу первому пункта 10 Указания в случае, когда курс валюты, действующий на территории какого-либо из государств — участников Соглашения о гарантиях прав граждан государств — участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 г. (далее — Соглашение от 13 марта 1992 г., Соглашение), Центральным Банком России не установлен (например, переходных денежных единиц, а также национальной валюты Туркменистана — маната и др.), соответствующие суммы заработка, выплаченные, в частности, в манатах, исключаются из подсчета. Исчисление пенсии может быть произведено из заработка за периоды работы, предшествующие введению переходных денежных единиц (национальной валюты), либо за последующие периоды работы в соответствии с законодательством Российской Федерации.

П., получавшая пенсию по старости и переехавшая из г. Луганска (Украина) на новое место жительства в г. Санкт-Петербург, оспорила в Верховный Суд Российской Федерации приведенную норму в той мере, в какой она допускает в отношении лиц, получавших пенсию по старости и прибывших на жительство в Россию из Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики, исключение из подсчета сумм заработка, выплаченных в переходной денежной единице Украины — купонах за период с 1 апреля по 11 ноября 1992 г., курс которой не установлен Центральным банком Российской Федерации, и исчисление пенсии в таком случае исходя из заработка за периоды работы, предшествующие введению переходной денежной единицы, либо за последующие периоды работы в соответствии с законодательством Российской Федерации. По мнению административного истца, абзац первый пункта 10 Указания противоречит пункту 2 решения Экономического Суда Содружества Независимых Государств от 26 марта 2008 г. № 01-1/2-07 о толковании применения статьи 7 Соглашения от 13 марта 1992 г. и части 2 статьи 5 Федерального закона от 21 июля 2014 г. № 208-ФЗ «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя». П. полагает, что применение пункта 10 Указания в оспариваемой части к беженцам Луганской и Донецкой народных республик, получавшим пенсию по старости и переехавшим на новое место жительства на территорию Российской Федерации, является дискриминационным и незаконным по отношению к гражданам Российской Федерации, проживающим на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя.

Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации заявленное требование не признало, ссылаясь на то, что оспариваемый нормативный правовой акт принят полномочным федеральным органом исполнительной власти, абзац первый пункта 10 Указания правовым нормам большей юридической силы не противоречит, права, свободы и законные интересы административного истца не нарушает.

Привлеченное к участию в деле в качестве заинтересованного лица Министерство юстиции Российской Федерации указало, что представленное в Министерство на государственную регистрацию Указание по результатам проведенной правовой экспертизы было зарегистрировано и официально опубликовано; в настоящее время оспариваемое положение противоречит части 2 статьи 5 Федерального закона «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя».

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 14 января 2021 г. в удовлетворении административного искового заявления отказано.

В апелляционной жалобе П. просит данное судебное решение отменить, считая его незаконным и необоснованным, противоречащим статьям 2, 7 (часть 2), 15, 19 (часть 2), 39 (часть 2), 55 (часть 2), 79 Конституции Российской Федерации, части 2 статьи 5 Федерального закона «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя», и принять по административному делу новое решение об удовлетворении ее требования.

В поступивших возражениях Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации указало, что оспариваемое положение не противоречит правовым нормам большей юридической силы, не нарушает права, свободы и законные интересы административного истца. Доводы П. судом первой инстанции проверялись и правомерно признаны несостоятельными, каких-либо иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции о законности Указания в оспариваемой части, а также свидетельствующих о необоснованности вынесенного решения, апелляционная жалоба П. не содержит.

Министерство юстиции Российской Федерации представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддержало свою позицию по настоящему административному делу, изложенную в суде первой инстанции, и просило рассмотреть жалобу без участия представителя Министерства.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не находит.

Гарантии пенсионного обеспечения лиц, прибывших на жительство в Российскую Федерацию из государств — бывших республик Союза ССР, регламентированы специальным международным договором - Соглашением от 13 марта 1992 г. Согласно его статье 1 пенсионное обеспечение граждан государств — участников Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В статье 6 Соглашения закреплено, что назначение пенсий гражданам государств — участников Соглашения производится по месту жительства (пункт 1). Для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств — участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего Союза ССР за время до вступления в силу Соглашения (пункт 2). Исчисление пенсий производится из заработка (дохода) за периоды работы, которые засчитываются в трудовой стаж. В случае, если в государствах — участниках Соглашения введена национальная валюта, размер заработка (дохода) определяется исходя из официально установленного курса к моменту назначения пенсии (пункт 3).

Министерство социальной защиты населения Российской Федерации, как правомерно указал суд первой инстанции, в силу пунктов 1, 3, подпункта «а» пункта 7 Положения о Министерстве социальной защиты населения Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 мая 1995 г. № 466 (действовавшего на день принятия Указания), являлось федеральным органом исполнительной власти, осуществлявшим функции в области пенсионного обеспечения, в том числе связанные с реализацией международных договоров и соглашений Российской Федерации в данной области.

Во исполнение предоставленных ему полномочий в связи с поступавшими запросами органов социальной защиты населения о применении законодательства о пенсионном обеспечении в отношении лиц, прибывших на жительство в Россию из государств — бывших республик Союза ССР, названное министерство в оспариваемой норме разъяснило порядок действий в случае, когда курс валюты, действующий на территории какого-либо из государств — участников Соглашения от 13 марта 1992 г., Банком России не установлен (например, переходных денежных единиц, а также национальной валюты Туркменистана — маната и др.). При этом в приложении № 1 к Указанию на основании данных, представленных посольствами Украины, Казахстана, Молдовы, Таджикистана, Туркменистана, Азербайджана, Узбекистана, Кыргызстана, Грузии, Армении, Литвы, Эстонии в России, Национальным банком Беларуси, Министерством благосостояния Латвии, приведена информация о наименовании, сроках введения и периоде действия как национальных валют, так и переходных денежных единиц (при их наличии) в государствах, ранее входивших в состав Союза ССР.

То обстоятельство, что на Украине с 1 апреля по 11 ноября 1992 г. действовала переходная денежная единица, именуемая купон, и Банком России ее курс не установлен, никем не оспаривается. Лишь с 12 ноября 1992 г. была введена украинская национальная валюта (на тот момент карбованец).

Между тем, как уже отмечено выше, размер заработка (дохода) для исчисления пенсий определяется исходя из официально установленного курса национальной валюты государства — участника Соглашения от 13 марта 1992 г. к моменту назначения пенсии (пункт 3 статьи 6 Соглашения).

В связи с изложенным оснований считать, что при осуществлении оспариваемого нормативного правового регулирования Министерство социальной защиты населения Российской Федерации нарушило какую-либо правовую норму, имеющую большую юридическую силу, или нарушило какие-либо права пенсионеров из числа лиц, прибывших на жительство в Россию из государств — бывших республик Союза ССР, не имеется.

Закрепление возможности исчисления пенсии из заработка как за периоды работы, предшествующие введению переходных денежных единиц (национальной валюты), курс которых Банком России не установлен, так и за последующие периоды работы в соответствии с законодательством Российской Федерации направлено именно на реализацию предоставленных международным договором гарантий пенсионных прав граждан.

Согласно статье 7 Соглашения от 13 марта 1992 г. при переселении пенсионера в пределах государств — участников Соглашения выплата пенсии по прежнему месту жительства прекращается, если пенсия того же вида предусмотрена законодательством государства по новому месту жительства пенсионера. Размер пенсии пересматривается в соответствии с законодательством государства — участника Соглашения по новому месту жительства пенсионера с соблюдением условий, предусмотренных пунктом 3 статьи 6 Соглашения.

В силу пункта 2 решения Экономического Суда Содружества Независимых Государств от 26 марта 2008 г. № 01-1/2-07 о толковании применения статьи 7 Соглашения не подлежат изменению периоды работы для исчисления среднемесячной заработной платы при первичном назначении пенсии, установленные законодательством государства прежнего места жительства, при пересмотре размера пенсии в государстве нового места жительства.

Как верно указано в обжалуемом судебном решении, доводы административного истца о противоречии Указания в оспариваемой части пункту 2 данного решения Экономического Суда Содружества Независимых Государств основаны на ошибочном толковании норм материального права, поскольку пункт 10 Указания не содержит положений об изменении названных периодов работы, а разъясняет порядок определения сумм заработка, полученных в переходных денежных единицах.

Из части 1 статьи 1 Федерального закона «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя» следует, что этот федеральный закон имеет свой предмет регулирования, а именно он устанавливает особенности реализации права на пенсионное обеспечение граждан Российской Федерации, постоянно проживавших по состоянию на 18 марта 2014 г. на территории Республики Крым или на территории города федерального значения Севастополя, а также организации индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя. И именно применительно к особенностям реализации названными гражданами Российской Федерации пенсионных прав статья 5 этого федерального закона предусматривает, что гражданам, указанным в части 1 статьи 1 данного федерального закона, являвшимся получателями пенсии на 31 декабря 2014 г., при исчислении размера страховой пенсии может быть учтен среднемесячный заработок за 2000 — 2001 гг. либо среднемесячный заработок за любые периоды работы и (или) иной деятельности до 1 января 2002 г., из которого исчислена пенсия на указанную дату, на основании документов выплатного дела (часть 1). В случае, если среднемесячный заработок (доход) указан в национальной денежной единице Украины — гривнах, он пересчитывается в рубли по официальному курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на 1 января 2002 г. (56,6723 руб. за 10 украинских гривен) (первое предложение части 2).

Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 235-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя“ часть 2 статьи 5 Федерального закона „Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя“ дополнена предложением: „Среднемесячный заработок (доход) за период с апреля по ноябрь 1992 года включительно, указанный в переходной денежной единице — купонах, при назначении и перерасчете пенсий пересчитывается в рубли по курсу 1:1“.»

Исходя из анализа положений Федерального закона «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя» в действующей редакции отсутствуют основания полагать, что они могут быть распространены на иных лиц, кроме указанных в части 1 его статьи 1.

Суд первой инстанции проверил соблюдение Министерством социальной защиты населения Российской Федерации требований законодательства к форме нормативного правового акта, порядку принятия и введения его в действие и обоснованно установил, что эти требования не были нарушены.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу. Поскольку абзац первый пункта 10 Указания в оспариваемой административным истцом части не противоречит правовым нормам большей юридической силы, отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявленного требования правомерен.

Обжалуемое решение суда вынесено с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права. Предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 14 января 2021 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу П. — без удовлетворения.

---