---
title: "Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 28.06.2016 N АПЛ16-265"
number: "АПЛ16-265"
issued_on: 2016-06-28
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/opredelenie-apl16-265"
---
## Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 28.06.2016 N АПЛ16-265
# Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 28.06.2016 N АПЛ16-265
<Об оставлении без изменения Решения Верховного Суда РФ от 14.04.2016 N АКПИ16-67, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании недействующими подпункта 7 пункта 9 и частично подпункта 6 пункта 10 Положения о Сочинском общереспубликанском государственном природном заказнике, утв. Приказом Минприроды России от 29.10.2015 N 452>
**ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ**
**АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ**
от 28 июня 2016 г. N АПЛ16-265
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зайцева В.Ю.,
членов коллегии Попова В.В., Меркулова В.П.
при секретаре Г.
с участием прокурора Масаловой Л.Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению отделения международной неправительственной некоммерческой организации "Совет Гринпис" (далее - ОМННО "Совет Гринпис") о признании недействующими [подпункта 7 пункта 9](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100027) и частично [подпункта 6 пункта 10](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100035) Положения о Сочинском общереспубликанском государственном природном заказнике, утвержденного приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 29 октября 2015 г. N 452,
по апелляционной жалобе ОМННО "Совет Гринпис" на [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) Верховного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2016 г., которым в удовлетворении заявленного требования отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., объяснения представителя Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации И., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей апелляционную жалобу необоснованной,
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
[приказом](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100006) Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 29 октября 2015 г. N 452 утверждено [Положение](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100009) о Сочинском общереспубликанском государственном природном заказнике (далее - Положение). Нормативный [правовой акт](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii) зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 24 ноября 2015 г., N 39812, опубликован 25 ноября 2015 г. на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru и 11 января 2016 г. в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти.
В [разделе II](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100019) Положения "Задачи заказника" содержится [пункт 9](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100020), состоящий из 7 подпунктов и включающий перечень задач, для выполнения которых образован заказник. Согласно [подпункту 7 пункта 9](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100027) Положения одной из таких задач является создание условий для развития туризма и отдыха.
[Пункт 10](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100029), состоящий из 20 подпунктов и расположенный в [разделе III](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100028) Положения "Режим особой охраны территории заказника", предусматривает перечень видов деятельности, запрещенных на территории заказника.
В соответствии с [подпунктом 6](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100035) данного пункта на территории заказника запрещается строительство магистральных дорог, трубопроводов, линий электропередач и других коммуникаций, а также строительство и эксплуатация хозяйственных жилых объектов, за исключением объектов туристской индустрии, музеев, информационных центров, объектов, связанных с функционированием заказника.
ОМННО "Совет Гринпис" обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании не действующим [подпункта 7 пункта 9](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100027) полностью и [подпункта 6 пункта 10](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100035) Положения в части, допускающей на территории заказника строительство объектов туристской индустрии, музеев, информационных центров, ссылаясь на противоречие данных правовых норм Федеральному [закону](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1) от 14 марта 1995 г. N 33-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях" (далее - Федеральный закон N 33-ФЗ). В обоснование своей позиции ОМННО "Совет Гринпис" указала, что данный [закон](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1) содержит закрытый перечень профилей государственных природных заказников и не предусматривает возможность включения в цели и задачи государственных природных комплексных (ландшафтных) заказников, к которым относится Сочинский общереспубликанский государственный природный заказник (далее - Заказник), создание условий для развития туризма и отдыха, а также запрещает или ограничивает на территориях государственных природных заказников постоянно или временно любую деятельность, если она противоречит целям их создания, причиняет вред природным комплексам и их компонентам.
[Решением](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) Верховного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2016 г. административное исковое заявление ОМННО "Совет Гринпис" оставлено без удовлетворения.
В апелляционной жалобе административный истец просит отменить [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) суда первой инстанции и принять по делу новое решение, которым удовлетворить заявленное требование. Полагает [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) суда незаконным и необоснованным, вынесенным при неправильном применении норм материального права, а также с нарушением норм процессуального права. Считает, что при вынесении обжалованного решения суд первой инстанции не оценил доводы ОМННО "Совет Гринпис" о природоохранной ценности Заказника.
Представитель административного истца в судебное заседание Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке. В Апелляционную коллегию поступило ходатайство представителя ОМННО "Совет Гринпис" Б. об отложении судебного заседания по административному делу по апелляционной жалобе в связи с направлением в служебную командировку. Поскольку личное участие представителя административного истца в судебном заседании по данной категории дел не является обязательным, уважительных причин неявки не имеется, Судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие представителя ОМННО "Совет Гринпис".
Представитель Министерства юстиции Российской Федерации в судебное заседание Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя данного министерства, оставив апелляционную жалобу без удовлетворения.
Проверив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее удовлетворения.
[Пунктом 2 статьи 24](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-24#p100320) Федерального закона N 33-ФЗ установлено, что положение о государственном природном заказнике федерального значения утверждается федеральным органом исполнительной власти в области охраны окружающей среды.
[Положением](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-404-2008#p100041) о Министерстве природных ресурсов и экологии Российской Федерации (далее - Минприроды России), утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 мая 2008 г. N 404 (далее - Положение о Минприроды России), действовавшим на момент принятия оспариваемого акта, было предусмотрено, что Минприроды России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере особо охраняемых природных территорий ([пункт 1](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-404-2008#p151)), а также самостоятельно принимает нормативные правовые акты в установленной сфере деятельности, в том числе положения о государственных природных заказниках ([пункт 5.2.35](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-404-2008#p100280)).
В соответствии с предоставленными полномочиями [приказом](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100006) Минприроды России от 29 октября 2015 г. N 452 утверждено оспоренное в части [Положение](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100009). Данный правовой акт прошел государственную регистрацию в Министерстве юстиции Российской Федерации и официально опубликован.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно исходил из того, что [Положение](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100009) утверждено Минприроды России в пределах его полномочий, а правила введения нормативного правового акта в действие соблюдены.
Федеральный закон N 33-ФЗ в [статье 22 (пункт 1)](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-22#p100189) определяет государственные природные заказники как территории (акватории), имеющие особое значение для сохранения или восстановления природных комплексов или их компонентов и поддержания экологического баланса.
Согласно [подпункту "а" пункта 4 статьи 22](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-22#p100193) названной статьи государственные природные заказники могут иметь различный профиль, в том числе быть комплексными (ландшафтными) заказниками, предназначенными для сохранения и восстановления природных комплексов (природных ландшафтов).
В силу [пункта 2](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100012) Положения Заказник имеет профиль комплексного (ландшафтного), что соответствует приведенной выше норме закона.
[Пунктом 2 статьи 24](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-24#p100320) Федерального закона N 33-ФЗ предусмотрено, что задачи конкретного государственного природного заказника федерального значения определяются положением о нем, утверждаемым федеральным органом исполнительной власти в области охраны окружающей среды. Следовательно, включение Минприроды России в перечень задач Заказника в том числе создания условий для развития туризма и отдыха произведено этим министерством в рамках предоставленных законом полномочий.
Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции правильно исходил из того, что Федеральный [закон](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1) N 33-ФЗ не определяет задачи государственных природных заказников, что является одним из основных отличий режима особой охраны территорий государственных природных заказников от режима особой охраны государственных природных заповедников и национальных парков, задачи которых определены данным законом ([статьи 7](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-7#p100055), [13](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-13#p100110)), а также не содержит запрета на включение в перечень задач государственного природного заказника такой задачи, как создание условий для развития туризма и отдыха.
Как обоснованно отмечено в обжалуемом [решении](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67), в качестве одной из задач особо охраняемых природных территорий названный выше закон определяет развитие туризма. В частности, согласно [пункту "г" статьи 13](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1#p100115) Федерального закона N 33-ФЗ одной из задач национального парка является создание условий для регулируемого туризма и отдыха. При этом следует учитывать, что земли национальных парков имеют более высокий уровень охраны, чем земли государственных природных заказников, на что указано в решении Верховного Суда Российской Федерации от 22 января 2004 г. по делу N ГКПИ03-1225.
Земли государственных природных заповедников имеют максимально высокий уровень охраны. Между тем на государственные природные заповедники также возлагается такая задача, как экологическое просвещение и развитие познавательного туризма ([пункт "г" статьи 7](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1#p42) Федерального закона N 33-ФЗ).
Кроме того, организация познавательного туризма на особо охраняемых природных территориях допускается [Концепцией](https://bukva.ai/docs/rasporyazhenie-2322-r#p100010) развития системы особо охраняемых природных территорий федерального значения на период до 2020 года, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 22 декабря 2011 г. N 2322-р ([подраздел 10 раздела IV](https://bukva.ai/docs/rasporyazhenie-2322-r#p100154)).
Поскольку, несмотря на более высокий по сравнению с государственным природным заказником уровень особой охраны, государственные природные заповедники и национальные парки включают в свои задачи развитие туризма, ссылка административного истца на недопустимость включения в цели и задачи Заказника создания условий для развития туризма и отдыха и на разрушительные последствия для природы реализации данной задачи несостоятельна.
Доводы административного истца о том, что [подпункт 6 пункта 10](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100035) Положения не соответствует Федеральному [закону](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1) N 33-ФЗ, а строительство объектов туристской индустрии противоречит целям создания Заказника и неминуемо приведет к разрушению среды обитания и путей миграции животного мира, причинит вред окружающей среде, в том числе природным комплексам и их компонентам, судом первой инстанции проверялись и правомерно были признаны необоснованными по следующим основаниям.
Как уже отмечалось, [статья 24](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-24#p100205) Федерального закона N 33-ФЗ, определяющая режим особой охраны территорий государственных природных заказников, не содержит указания на конкретные виды деятельности, осуществление которых запрещено на территории государственного природного заказника, в том числе не содержит и запрета на осуществление деятельности по строительству объектов туристской индустрии на территории государственного природного заказника.
В силу [пункта 1](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-24#p100206) данной нормы на территориях государственных природных заказников постоянно или временно запрещается или ограничивается любая деятельность, если она противоречит целям создания государственных природных заказников или причиняет вред природным комплексам и их компонентам.
При этом задачи и особенности режима особой охраны территории конкретного государственного природного заказника федерального значения определяются положением о нем, утверждаемым федеральным органом исполнительной власти в области охраны окружающей среды (под режимом особой охраны понимается в том числе ограничение прав лиц в границах особо охраняемой природной территории на совершение определенной деятельности) ([пункт 2 статьи 24](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-24#p100320) Федерального закона N 33-ФЗ).
Таким образом, определение особенностей режима особой охраны заказника, в том числе видов деятельности, ведение которых либо запрещается, ограничивается, либо допускается на его территории, является компетенцией Минприроды России.
Утверждая [Положение](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100009), включающее [подпункт 6 пункта 10](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100035), запрещающий строительство магистральных дорог, трубопроводов, линий электропередачи и других коммуникаций, а также строительство и эксплуатацию хозяйственных и жилых объектов, за исключением объектов туристской индустрии, музеев и информационных центров, объектов, связанных с функционированием заказника, Минприроды России действовало в пределах своих полномочий в соответствии с положениями Федерального [закона](https://bukva.ai/docs/zakon-33-fz/statya-1) N 33-ФЗ.
Указание в апелляционной жалобе на то, что суд первой инстанции не оценил доводы ОМННО "Совет Гринпис" о природоохранной ценности Заказника, в том числе тот факт, что на его территории обитает более 130 особо охраняемых видов растений, животных и грибов, включенных или рекомендуемых для включения в красные книги Международного союза охраны природы, Российской Федерации и Краснодарского края несостоятельно и противоречит имеющимся в деле материалам, а также содержанию решения суда, в котором подчеркнуто, что в силу [пункта 7.1 статьи 11](https://bukva.ai/docs/zakon-174-fz/statya-1#p173) Федерального закона от 23 ноября 1995 г. N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе" проектная документация объектов, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий федерального значения, является объектом государственной экологической экспертизы федерального уровня и последующая реализация упомянутой деятельности возможна лишь при положительном заключении такой экспертизы ([статья 18](https://bukva.ai/docs/zakon-174-fz/statya-18#p100218) Федерального закона "Об экологической экспертизе").
Кроме того, в соответствии с [пунктом 13](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100052) Положения на территории Заказника хозяйственная деятельность осуществляется с соблюдением [Положения](https://bukva.ai/docs/prikaz-452-2015-minprirody-rossii#p100009) и [Требований](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-997-1996#p100008) по предотвращению гибели объектов животного мира при осуществлении производственных процессов, а также при эксплуатации транспортных магистралей, трубопроводов, линий связи и электропередачи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 1996 г. N 997, которые регламентируют производственную деятельность в целях предотвращения гибели объектов животного мира в результате осуществления производственных процессов, в том числе содержат требования по обеспечению сохранения путей миграции животных в местах производства работ по устройству дорог, трубопроводов, транспортных магистралей и объектов, линий электропередач.
Доводы апелляционной жалобы о возможных нарушениях природоохранного законодательства при осуществлении строительства на территории Заказника объектов туристской индустрии не могут свидетельствовать о незаконности обжалованного [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) суда, осуществившего проверку в порядке абстрактного нормоконтроля оспоренных правовых положений на соответствие законодательству, имеющему большую юридическую силу.
Принимая обжалованное [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67), суд первой инстанции правильно исходил из того, что оспариваемый в части нормативный правовой акт был издан компетентным органом государственной власти, в установленной форме, официально опубликован, федеральному законодательству или другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, не противоречит, а следовательно, не нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.
Оснований, предусмотренных законом для отмены [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) суда в апелляционном порядке, не имеется.
Руководствуясь [статьями 308](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-308#p102072) - [311](https://bukva.ai/docs/zakon-21-fz-2015/statya-311#p102103) Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
[решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-akpi16-67) Верховного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2016 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу отделения международной неправительственной некоммерческой организации "Совет Гринпис" - без удовлетворения.
Председательствующий
**В.Ю.ЗАЙЦЕВ**
Члены коллегии
**В.В.ПОПОВ**
**В.П.МЕРКУЛОВ**
---