Определение Верховного Суда РФ от 19.09.2013 № АПЛ13-380

<Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 06.06.2013 № АКПИ13-258, которым было отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующей формы протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утв. Приказом МВД России от 04.08.2008 № 676>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Федина А.И.,

членов коллегии Манохиной Г.В., Корчашкиной Т.Е.

при секретаре К.

с участием прокурора Степановой Л.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению М. о признании частично недействующей формы протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (приложение № 2), утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 4 августа 2008 г. № 676,

по апелляционной жалобе М. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 6 июня 2013 г., которым заявление М. оставлено без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Федина А.И., объяснения представителя МВД России Ш., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора Степановой Л.Е., полагавшей апелляционную жалобу необоснованной,

приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 4 августа 2008 г. № 676, зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 19 августа 2008 г., регистрационный номер 12143, и 22 августа 2008 г. опубликованным в «Российской газете», утверждена форма протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (приложение № 2) (далее — Протокол). Протокол включает отдельную строку для отражения волеизъявления лица, управлявшего транспортным средством, с вариантами формулировок — «пройти медицинское освидетельствование (согласен/отказываюсь)», что удостоверяется подписью этого лица.

М. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением об оспаривании указанной выше строки Протокола, ссылаясь на то, что оспариваемое предписание создает новый вид правонарушения — «отказ от прохождения медицинского освидетельствования», не предусмотренный Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ), противоречит его нормам, Правилам дорожного движения Российской Федерации, утвержденным постановлением Совета Министров — Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, Правилам освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475, статье 51 Конституции Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 6 июня 2013 г. М. в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе М. просит данное решение суда отменить, считая его необоснованным и незаконным, полагает, что заявленные им требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

М. в судебное заседание Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее удовлетворения.

Согласно статье 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (часть 1.1). О направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения составляется соответствующий протокол, копия которого вручается лицу, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3). Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (часть 6).

В соответствии со статьей 27.12 КоАП РФ Правительство Российской Федерации постановлением от 26 июня 2008 г. № 475 утвердило Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, которыми предусмотрено, что форма протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения утверждается Министерством внутренних дел Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации (пункт 11).

Таким образом, осуществляя нормативное правовое регулирование в виде утверждения Протокола, Министерство внутренних дел Российской Федерации действовало в рамках своих полномочий.

В соответствии со статьями 251, 253 ГПК РФ судом рассматриваются заявления о признании нормативных правовых актов противоречащими полностью или в части федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу.

Проведя правовой анализ соответствия оспоренного положения Протокола действующему законодательству, регулирующему рассматриваемые правоотношения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о несостоятельности заявленного требования по основаниям, подробно изложенным в решении суда.

При этом суд обоснованно исходил из того, что включение в Протокол отдельной строки для отражения волеизъявления лица, управлявшего транспортным средством, с вариантами формулировок — «пройти медицинское освидетельствование (согласен/отказываюсь)», что удостоверяется подписью этого лица, каким-либо правовым нормам большей юридической силы не противоречит.

Обязанность водителя транспортного средства проходить медицинское освидетельствование в предусмотренных законодательством случаях по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, следует из частей 1.1, 2 статьи 27.12 КоАП РФ, пунктов 10, 11 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, подпункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

За невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения статьей 12.26 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность.

В форме Протокола оспоренная заявителем строка предусматривает отражение возможного письменного волеизъявления гражданина в отношении применения к нему данной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Оспариваемая строка Протокола, вопреки утверждению заявителя, никакого нового состава административного правонарушения не устанавливает.

Как правильно пояснил суду представители Министерства внутренних дел Российской Федерации, наличие указанной строки необходимо для объективного закрепления возможных признаков административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена статьей 12.26 КоАП РФ, на стадии составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. При этом за отказ от заполнения водителем данной строки Протокола какой-либо ответственности не установлено.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» также разъяснено, что основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Обстоятельством, влекущим для водителя негативные последствия, является именно отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, который может быть заявлен не только непосредственно должностному лицу, уполномоченному на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, но и медицинскому работнику. В качестве отказа, заявленного медицинскому работнику, рассматривается не только отказ от медицинского освидетельствования в целом, но и отказ от того или иного вида исследования в рамках медицинского освидетельствования.

В случае отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения сотрудником полиции составляется самостоятельный процессуальный документ — протокол об административном правонарушении, в котором находит отражение состав административного правонарушения, названный в статье 12.26 КоАП РФ.

Фиксация сотрудником полиции такого доказательства по делу, как несогласие пройти медицинское освидетельствование, не может рассматриваться как нарушение прав водителя. В связи с этим ссылка М. на то, что водитель обязан пройти медицинское освидетельствование на основании требований КоАП РФ, не может свидетельствовать о незаконности и необоснованности оспоренной нормы.

Доводы М. о незаконности оспоренного им положения Правил надуманны, сводятся к иному (ошибочному) толкованию норм права, регулирующих рассматриваемые правоотношения. Кроме того, из содержания заявления и апелляционной жалобы М. не следует, что оспоренная им норма фактически к нему применялась или существует угроза ее применения, что могло бы свидетельствовать о возможном нарушении прав и свобод заявителя.

Доводы в апелляционной жалобе о целесообразности исключения строки Протокола, фактически отражающей намерение гражданина пройти медицинское освидетельствование, не свидетельствуют о незаконности обжалованного решения суда, вынесенного при правильном применении действующих в настоящее время норм материального и процессуального права. В соответствии с принципом разделения властей, закрепленным в статье 10 Конституции Российской Федерации, суды общей юрисдикции не вправе вмешиваться в компетенцию законотворческих органов Российской Федерации и предписывать им вносить дополнения в той или иной редакции в издаваемые ими правовые акты.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу повторяют доводы первоначального заявления, они были исследованы судом первой инстанции, получили соответствующую оценку в решении суда.

Выводы суда основаны на нормах материального права, проанализированных в решении, оснований, предусмотренных законом для отмены решения суда в апелляционном порядке, не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 6 июня 2013 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу М. — без удовлетворения.

---