Определение Верховного Суда РФ от 19.06.2012 № АПЛ12-238

<Об оставлении без изменения Решения Верховного Суда РФ от 07.02.2012 № ГКПИ11-2095, которым признаны частично недействующими пункты 76 и 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утв. Приказом Минюста РФ от 03.11.2005 № 205, а также пункта 18 приложения № 1 к ним>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 19 июня 2012 г. № АПЛ12-238

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Федина А.И.,

членов коллегии Манохиной Г.В., Меркулова В.П.,

при секретаре К.

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело по заявлению М. о признании частично недействующими пунктов 76, 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205, пункта 18 приложения № 1 к ним

по апелляционной жалобе Министерства юстиции Российской Федерации на решение Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 г., которым заявленное требование удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Федина А.И.,

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

установила:

приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — Правила). Приказ согласован с заместителем Генерального прокурора Российской Федерации, зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 14 ноября 2005 г., № 7161 и официально опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти 21 ноября 2005 г., № 47.

В соответствии с пунктом 76 Правил лица, прибывшие на свидание с осужденными, после разъяснения им администрацией исправительного учреждения (далее — ИУ) порядка проведения свидания, сдают запрещенные вещи на хранение до окончания свидания младшему инспектору по проведению свиданий под расписку.

Пунктом 80 Правил установлено, что пронос каких-либо продуктов или вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными, в комнаты краткосрочных свиданий не допускается. На длительные свидания разрешается проносить продукты питания (за исключением винно-водочных изделий и пива).

М., отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просит признать пункты 76, 80 Правил и пункт 18 приложения № 1 к ним недействующими в части, препятствующей использованию адвокатом (защитником) во время свидания с осужденным диктофона, фотовидеоаппаратуры, не запрещенных законом и необходимых для оказания квалифицированной помощи.

В обоснование заявления указал, что оспариваемые предписания Правил не соответствуют закону, так как запрет адвокатам проносить в комнату свиданий диктофон, фото- и видеоаппаратуру означает лишение подзащитного конституционного права на получение в полном объеме квалифицированной юридической помощи, а адвоката (защитника) — возможности надлежащим образом выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности. Заявитель полагает, что запреты на ограничения и пронос адвокатом в ИУ предметов и вещей для использования при свидании с осужденными в целях оказания им квалифицированной юридической помощи могут быть введены только законом, а не ведомственным нормативным правовым актом.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 г. заявленное требование удовлетворено.

В апелляционной жалобе Министерство юстиции Российской Федерации, не соглашаясь с решением суда, ссылается на то, что соблюдение Правил предусматривает ограничения определенных прав и свобод граждан, осужденных к лишению свободы, а также лиц, прибывших к осужденному на свидание.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней указывает, что в соответствии со статьей 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также статей 84, 86 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации адвокат (защитник) наделен правом собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи и предоставлять их суду в качестве доказательств. В дополнении к жалобе уточняет, что Федеральный закон, разрешая использование технических средств при осуществлении адвокатской деятельности, устанавливает границы их применения — фиксирование информации, содержащейся в материалах дела, которые в исправительных учреждениях не находятся. В исправительных учреждениях находятся только личные дела осужденных, имеющих гриф ограниченного распространения «Для служебного пользования», документы из которых размножаются (тиражируются) с письменного разрешения соответствующего руководителя (пункт 2.3 постановления Правительства Российской Федерации от 3 ноября 1994 г. № 1233).

В жалобе ссылается также на то, что в силу части 5 статьи 24 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации кино-, фото- и видеосъемка объектов, обеспечивающих безопасность и охрану осужденных, осуществляется с разрешения в письменной форме администрации учреждения или органа, исполняющего наказание. Данная норма распространяется на всех лиц, посещающих учреждения, исполняющие наказания, в том числе и на адвокатов (защитников).

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда и принятии нового решения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее удовлетворения и отмены решения суда.

Положением о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1313, установлено, что Министерство юстиции Российской Федерации является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

В соответствии с частью 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют правила внутреннего распорядка исправительных учреждений. Правила утверждены приказом Министерства юстиции Российской Федерации в соответствии с предоставленными ему полномочиями, регламентируют и конкретизируют соответствующие вопросы деятельности исправительных учреждений, в том числе порядок предоставления осужденным свиданий. Правила, как указано в пункте 2, обязательны для персонала исправительных учреждений, содержащихся в них осужденных, а также лиц, посещающих эти учреждения.

Как правильно указал суд первой инстанции в обжалованном решении, оспариваемые заявителем положения обязывают лиц, прибывших на свидание с осужденным, в том числе и адвокатов, сдавать запрещенные вещи на хранение до окончания свидания младшему инспектору по проведению свиданий под расписку (пункт 76 Правил), запрещают пронос каких-либо продуктов или вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными, в комнаты краткосрочных свиданий (пункт 80 Правил).

Приложением № 1 к Правилам установлен перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать (далее — Перечень), в том числе фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры, видео-, аудиотехнику (кроме телевизионных приемников, радиоприемников), средства связи и комплектующие к ним, обеспечивающие работу (пункт 18). Запрещенными в соответствии с пунктом 5 Правил являются вещи, включенные в этот Перечень.

Разрешая дело, суд обоснованно исходил из того, что статья 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации различает два вида свиданий: а) — в целях сохранения социально-полезных связей с родственниками и иными лицами; б) — с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, в целях реализации осужденными конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи, устанавливая различные условия и порядок реализации данного права в зависимости от вида свидания.

Конституционный Суд Российской Федерации, анализируя в постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П правовой режим свиданий с адвокатом и основываясь на положениях статей 48 (часть 2), 71 (пункты «в», «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи, пришел к выводу, что федеральный законодатель при регулировании права на помощь адвоката (защитника), относящегося к основным правам и свободам человека и гражданина, обязан установить в уголовно-процессуальном законе все важнейшие элементы данного права, включая условия и порядок его реализации. Исходя из этого, признал не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 48 (часть 2) и 55 (часть 3), положение пункта 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускающее регулирование конституционного права на помощь адвоката (защитника) ведомственными нормативными актами, поскольку это положение — по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, — служит основанием неправомерных ограничений данного права, ставя реализацию возможности свиданий обвиняемого (подозреваемого) с адвокатом (защитником) в зависимость от наличия специального разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело.

Верховный Суд Российской Федерации сделал правильный вывод о том, что ограничения, установленные пунктами 76, 80 Правил, в равной мере распространяются на всех лиц, прибывших на свидание, в том числе и на адвокатов. В Перечень включены предметы и вещи, которые необходимы адвокату для оказания осужденным квалифицированной юридической помощи.

Согласно статье 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1).

Как правильно указано в решении суда, по смыслу приведенных конституционных норм и корреспондирующих им положений Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «b» пункта 3 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подпункты «b», «c» пункта 3 статьи 6), а также конкретизирующих их норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (часть 1 статьи 16, пункт 11 части 1 статьи 53, пункт 1 части 3 статьи 86), существенным и неотъемлемым элементом права на помощь адвоката (защитника) является не только предоставление содержащемуся под стражей обвиняемому (подозреваемому) возможности непосредственного общения со своим защитником, но и возможность последнего оказать квалифицированную юридическую помощь обвиняемому (подозреваемому) всеми средствами и способами, не запрещенными законом.

Право адвоката (защитника) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, закреплено Федеральным законом от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подпункты 1, 3, 6 пункта 3 статьи 6) и Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 84, пункт 1 части 3 статьи 86).

При этом из анализа приведенных выше норм закона в их системной взаимосвязи не следует, что адвокату (защитнику) при реализации конституционного права осужденного на помощь адвоката (защитника) предоставлено право фиксировать (в том числе фотографировать) лишь информацию, содержащуюся в материалах уголовного дела. Запрета фиксировать адвокату (защитнику) с помощью технических средств любую другую информацию, не содержащуюся в материалах дела, но имеющую непосредственное к нему отношение, закон не содержит. И такие ограничения не могут устанавливаться ведомственными нормативными правовыми актами.

Вывод суда о том, что законом не установлено запрета на получение адвокатом (защитником) при проведении свидания с осужденным сведений, зафиксированных при помощи соответствующих технических средств в материалах фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иных носителях информации, обоснован.

Суд первой инстанции правильно не согласился с доводом представителя Министерства юстиции Российской Федерации о том, что адвокат может передать осужденному запрещенные предметы. В случае попытки такой передачи свидание досрочно прерывается, а адвокат (защитник) за допущенное нарушение может быть привлечен к ответственности, установленной федеральным законом (пункты 2, 79 Правил).

Кроме того, имеется вступившее в законную силу решение Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2009 г. (ГКПИ09-13), которым пункты 76, 80 Правил в части, допускающей распространение этих пунктов на пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденным средств связи, признаны недействующими.

В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу обязательны для суда.

В соответствии со статьей 251 ГПК РФ гражданин, считающий, что принятым и опубликованным в установленном порядке нормативным правовым актом органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица нарушаются его права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, законами и другими нормативными правовыми актами, вправе обратиться в суд с заявлением о признании этого акта противоречащим закону полностью или в части.

Суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени (часть 2 статьи 253 ГПК РФ).

Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, по доводам частной жалобы не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 г. оставить без изменения, а апелляционную жалобу Министерства юстиции Российской Федерации — без удовлетворения.

---