Определение Конституционного Суда РФ от 14.01.2016 № 96-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сугробова Дениса Александровича на нарушение его конституционных прав частями первой и второй статьи 154 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 14 января 2016 г. № 96-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА СУГРОБОВА ДЕНИСА АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЯМИ ПЕРВОЙ И ВТОРОЙ СТАТЬИ 154 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Н.В. Мельникова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Д.А. Сугробова,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Д.А. Сугробов просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 6 (часть 2), 17 (часть 1), 18, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 1), 48 (часть 1), 49 (часть 1), 56 (часть 3) и 123 (часть 3), части первую и вторую статьи 154 «Выделение уголовного дела» УПК Российской Федерации.

Как следует из жалобы и приложенных к ней материалов, в отношении Д.А. Сугробова и иных сотрудников органа внутренних дел в августе 2014 года возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных пунктом «в» части третьей статьи 286 «Превышение должностных полномочий» УК Российской Федерации. Впоследствии ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных этой нормой уголовного закона, а также частью третьей статьи 210 «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)», частью третьей статьи 33 и статьей 304 «Провокация взятки либо коммерческого подкупа» УК Российской Федерации.

В ходе предварительного расследования из данного уголовного дела на основании статьи 154 УПК Российской Федерации в отдельные производства были выделены уголовные дела в отношении ряда граждан, привлеченных к уголовной ответственности за пособничество в указанных преступлениях. К моменту обращения Д.А. Сугробова в Конституционный Суд Российской Федерации выделенные уголовные дела рассмотрены судами, которые признали обвинения обоснованными и постановили в отношении подсудимых обвинительные приговоры.

Как полагает Д.А. Сугробов, отсутствие в оспариваемых нормах четких критериев законности и обоснованности выделения уголовного дела в отношении отдельных соучастников преступления (в том числе пособников) позволяет судам при рассмотрении выделенного уголовного дела в открытом судебном заседании устанавливать событие преступления и факт участия в нем соучастников, чье уголовное дело не является предметом судебного разбирательства, что нарушает конституционные права тех обвиняемых, в отношении которых предварительное расследование продолжается, и что тем более недопустимо, когда рассматривается уголовное дело по обвинению в соучастии в виде пособничества преступлению до рассмотрения уголовного дела в отношении исполнителя объективной стороны этого преступления. По утверждению заявителя, части первая и вторая статьи 154 УПК Российской Федерации также позволяют допрашивать лиц, обвиняемых по основному уголовному делу, в рамках выделенных уголовных дел в качестве свидетелей с предупреждением их об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, не обеспечивая при этом их право на помощь защитника, а кроме того, не допускают возможности для обвиняемых, чье уголовное дело еще находится в производстве органа, осуществляющего предварительное расследование, подавать апелляционные жалобы на приговоры, уже постановленные в отношении других лиц, обвинявшихся в совершении преступлений в соучастии с ними.

2. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод и возможность обжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц (статья 46, части 1 и 2). По смыслу ее статей 1 (часть 1), 2, 4 (часть 2), 15, 17 - 19 и 118 (часть 1), в Российской Федерации, правовая система которой основана на принципе верховенства права как неотъемлемом элементе правового государства, право каждого на судебную защиту, относящееся к основным неотчуждаемым правам и свободам человека, одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод и предполагает эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и обеспечивающего охрану прав и свобод от произвола властей. Из этих конституционных норм и корреспондирующих им положений международно-правовых актов, в частности статей 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункта 2, подпункта «а» пункта 3 статьи 2 и пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, следует, что государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, полной и компетентной.

Одним из важных факторов, определяющих эффективность восстановления нарушенных прав, является своевременность защиты прав участвующих в деле лиц. Это означает, что правосудие можно считать отвечающим требованиям справедливости, если рассмотрение и разрешение дела судом осуществляется в разумный срок. Соответственно, устанавливаемые законодателем институциональные и процедурные условия осуществления процессуальных прав должны отвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивать справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично- и частноправовых интересов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июня 2013 года № 14-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 года № 1543-О).

Статья 154 УПК Российской Федерации, предусматривающая возможность выделения уголовного дела в отдельное производство, является частью механизма, гарантирующего каждому судебную защиту его прав и свобод и предполагающего обязанность органов предварительного расследования и суда осуществлять производство по уголовному делу в разумный срок и без неоправданной задержки (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 6.1 УПК Российской Федерации). Закрепляя право дознавателя, следователя выделить из одного уголовного дела в отдельное производство другое уголовное дело, указанная статья оговаривает условия, при соблюдении которых такое выделение возможно. Так, согласно ее части второй в случаях, когда необходимость выделения вызвана большим объемом уголовного дела или множественностью его эпизодов, выделение уголовного дела в отдельное производство для завершения предварительного расследования допускается, если это не отразится на всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения уголовного дела.

По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, всесторонность и объективность разрешения уголовного дела является важнейшим условием для осуществления правосудия. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 6 июня 1995 года № 7-П, от 13 июня 1996 года № 14-П, от 27 октября 2015 года № 28-П и др.). Соответствие правосудия требованиям справедливости в рамках уголовного судопроизводства предполагает, по меньшей мере, установление на основе исследованных доказательств обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам, и действительной степени вины лица в совершении инкриминируемого ему деяния (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года № 18-П). На всесторонности и объективности не должно отражаться и выделение уголовного дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года № 8-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 1274-О).

Реализация закрепленной статьей 154 УПК Российской Федерации возможности, преследуя цель процессуальной экономии, вместе с тем в качестве обязательного условия предполагает, что раздельное производство по уголовным делам не должно препятствовать всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения ни одного из них. Названная норма в единстве с частью четвертой статьи 7 данного Кодекса, устанавливающей требования законности, обоснованности и мотивированности решений, принимаемых должностными лицами в ходе уголовного судопроизводства, обязывают дознавателя, следователя при вынесении постановления о выделении уголовного дела в отдельное производство приводить соответствующее фактическое и правовое обоснование. Для обеспечения справедливого разрешения уголовного дела мотивировка такого решения должна основываться на конкретных обстоятельствах, подтверждающих необходимость его принятия и нашедших отражение в материалах дела, а также на нормах материального и процессуального права.

В ходе же судебного разбирательства в соответствии с частью первой статьи 15, частью первой статьи 17 и частью четвертой статьи 302 УПК Российской Федерации виновность лица устанавливается на основе состязательности сторон по результатам анализа и оценки доказательств, исследованных судом, притом что все неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу подсудимого (статья 49, часть 3, Конституции Российской Федерации). Если суд придет к выводу, что в рамках выделенного уголовного дела всесторонне и полно исследовать обстоятельства совершенного в соучастии преступления невозможно, он по ходатайству стороны или по собственной инициативе вправе возвратить дело прокурору для его соединения с основным уголовным делом (пункт 4 части первой статьи 237 УПК Российской Федерации), поскольку именно суду в конечном счете принадлежит право определять надлежащие процедуры для рассмотрения конкретного дела, оценивая достаточность либо недостаточность оснований для применения таких процедур и возможность обеспечить всесторонность и объективность рассмотрения обвинений, предъявленных подсудимым (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года № 8-П).

3. Оспариваемые заявителем части первая и вторая статьи 154 УПК Российской Федерации подлежат применению во взаимосвязи с иными нормами уголовно-процессуального закона, в частности с учетом требований статей 90 и 252 данного Кодекса.

Согласно статье 252 УПК Российской Федерации судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Ограничение пределов судебного разбирательства обусловлено конституционным принципом разделения властей, возложением на суд исключительной функции осуществления правосудия (статья 10; статья 118, часть 1, Конституции Российской Федерации). При этом, поскольку разбирательство дела в суде проводится только в отношении подсудимых, суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 1996 года № 1 «О судебном приговоре»).

В соответствии со статьей 90 УПК Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.9, 316 или 317.7 данного Кодекса, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки; при этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

По смыслу статьи 90 УПК Российской Федерации в системе норм процессуального закона, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением, которым завершено рассмотрение дела по существу в рамках любого вида судопроизводства, имеют преюдициальное значение для суда, прокурора, следователя или дознавателя по уголовному делу в отношении лица, правовое положение которого уже определено ранее вынесенным судебным актом по другому делу (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года № 30-П). Соответственно, приговор не может предрешать выводы суда, осуществляющего судопроизводство по другому уголовному делу, о том, содержит ли деяние признаки преступления, а также о виновности обвиняемого, — эти выводы должны основываться на всей совокупности исследованных по уголовному делу доказательств; признание за вступившим в законную силу приговором преюдициального значения при рассмотрении другого уголовного дела не препятствует правильному и своевременному осуществлению правосудия по уголовным делам исходя из требований Конституции Российской Федерации, в том числе принципа презумпции невиновности лица, обвиняемого в совершении преступления, которая может быть опровергнута только посредством процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и только в рамках уголовного судопроизводства (статья 49; статья 118, часть 2, Конституции Российской Федерации) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 года № 1534-О, от 25 сентября 2014 года № 2052-О, от 24 марта 2015 года № 728-О и от 19 ноября 2015 года № 2730-О).

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает, что доказыванию по уголовному делу подлежит событие преступления, а обвинительный приговор должен содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления (пункт 1 части первой статьи 73 и пункт 1 статьи 307). Следовательно, суд при рассмотрении каждого уголовного дела должен установить обстоятельства, связанные с событием преступления, что является одним из условий вынесения законного и обоснованного приговора. При этом данный Кодекс не содержит каких-либо требований о последовательности проведения судебных заседаний по уголовным делам при выделении из одного уголовного дела другого в отдельное производство в соответствии с его статьей 154, в том числе в отношении соучастников — исполнителя и пособника.

Вместе с тем, по смыслу статьи 90 и пункта 2 части второй статьи 413 УПК Российской Федерации, установленное во вступившем в законную силу приговоре по основному уголовному делу отсутствие события преступления или его отдельных элементов является основанием для возобновления ввиду новых обстоятельств производства по ранее рассмотренным уголовным делам соучастников лица, в отношении которого вынесен этот приговор.

При рассмотрении же основного уголовного дела показания лиц, данные по выделенным уголовным делам, и представленные ими другие доказательства не только не имеют заранее установленной силы, но и, напротив, подлежат проверке и оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности по всем правилам уголовно-процессуального закона (статьи 17, 75, 87 и 88 УПК Российской Федерации). Причем процедура допроса лиц, уголовные дела по обвинению которых были выделены в отдельное производство и в отношении которых по результатам состоявшегося судебного разбирательства был вынесен вступивший в законную силу обвинительный приговор, а равно оглашение ранее данных ими показаний должны обеспечивать право обвиняемого на эффективную судебную защиту, включая право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, а также право не свидетельствовать против самого себя (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года № 458-О-О, от 23 декабря 2014 года № 2951-О и от 16 июля 2015 года № 1798-О).

4. Таким образом, части первая и вторая статьи 154 УПК Российской Федерации не могут истолковываться и применяться в правоприменительной практике без учета иных, связанных с ними норм уголовно-процессуального закона и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, сохраняющих свою силу и являющихся общеобязательными.

При этом данная статья не регламентирует правила допроса и обжалования приговора и потому в этой части не может расцениваться как нарушающая права заявителя. Довод Д.А. Сугробова о том, что конституционные права обвиняемого по основному уголовному делу нарушаются непредоставлением ему права обжаловать в апелляционном порядке постановленный по выделенному уголовному делу приговор, в котором признается доказанным совершение подсудимым преступления в соучастии с другими лицами, не является состоятельным. Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации, если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство, в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другими лицами, но без упоминания их фамилий (пункт 7 постановления от 29 апреля 1996 года № 1 «О судебном приговоре»).

Кроме того, представленные заявителем судебные акты, вынесенные по результатам обжалования в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации решений, принятых должностными лицами органов предварительного расследования на досудебной стадии уголовного судопроизводства, не носят характер окончательного решения по делу и не препятствуют суду при рассмотрении уголовного дела Д.А. Сугробова рассмотреть по существу его доводы и в случае признания их обоснованности или установления нарушений закона принять меры по восстановлению нарушенных прав в рамках закрепленных уголовно-процессуальным законом процедур. Проверка же законности и обоснованности действий и решений правоприменителей по конкретному делу не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Таким образом, жалоба Д.А. Сугробова, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сугробова Дениса Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---