Определение Конституционного Суда РФ от 04.06.1998 № 89-О

«По жалобе гражданина Генина Адольфа Ивановича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 4 июня 1998 г. № 89-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА ГЕНИНА АДОЛЬФА ИВАНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 1

Конституционный Суд Российской Федерации в составе заместителя Председателя Т.Г. Морщаковой, судей Э.М. Аметистова, Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи Ю.М. Данилова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина А.И. Генина, установил:

1. В соответствии со статьей 122 ГПК РСФСР дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу (часть первая), однако в целях более быстрого и правильного его рассмотрения может быть передано на рассмотрение другого суда, в частности по месту нахождения большинства доказательств (пункт 1 части второй).

Гражданин А.И. Генин в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации просит проверить конституционность положения пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, поскольку полагает, что эта норма, примененная судами при рассмотрении его гражданского дела о возмещении вреда, нарушает статью 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

2. Статья 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. Из данной нормы в ее взаимосвязи со статьей 17 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации следует, что право на судебную защиту относится к основным, неотчуждаемым правам и свободам человека; в Российской Федерации оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, которые позволяли бы реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

Рассмотрение и разрешение дел должно осуществляться законно установленным, а не произвольно выбранным составом суда, без предубеждения и тенденциозности, полно, всесторонне и объективно. Поэтому статья 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации гарантирует, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В силу требований Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 46 и 47 (часть 1), подсудность дел определяется законом. В таком законе должны быть закреплены критерии, которые в нормативной форме предопределяли бы, в каком суде подлежит рассмотрению то или иное гражданское дело, что позволило бы суду, сторонам и другим участникам процесса избежать неопределенности в этом вопросе, которую в противном случае приходилось бы устранять посредством правоприменительного решения, т.е. дискреционным полномочием правоприменительного органа, и тем самым определять подсудность дела не на основании закона.

Изложенная правовая позиция была закреплена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 марта 1998 года по делу о проверке конституционности статьи 44 УПК РСФСР и статьи 123 ГПК РСФСР. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что предусмотренная статьей 44 УПК РСФСР и статьей 123 ГПК РСФСР передача дела вышестоящим судом из одного суда, которому оно подсудно, в другой суд не противоречит Конституции Российской Федерации только в том случае, если осуществляется в рамках судебной процедуры при наличии указанных в самом процессуальном законе точных оснований (обстоятельств), по которым дело не может быть рассмотрено в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и, следовательно, подлежит передаче в другой суд.

Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что предоставленное председателю вышестоящего суда полномочие по изменению установленной подсудности фактически ставит решение этого вопроса в зависимость не от выраженной в законе воли законодателя, а от субъективного усмотрения суда, поскольку, в частности, не содержит каких-либо предписаний, формально определяющих круг оснований, по которым возможна передача дела из одного суда в другой. Цель «наиболее быстрого и правильного рассмотрения дела», для достижения которой предусмотрена такая передача, практически не ограничивает усмотрение правоприменителя, поскольку допускает возможность расширительного истолкования, а следовательно, и произвольного применения статьи 44 УПК РСФСР и статьи 123 ГПК РСФСР.

В связи с изложенным Конституционный Суд Российской Федерации признал эти нормы в той мере, в какой они допускают передачу дела из одного суда, которому оно подсудно, в другой суд при отсутствии указанных в самом процессуальном законе точных оснований (обстоятельств), по которым дело не может быть рассмотрено в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и, следовательно, подлежит передаче в другой суд, не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 46 и 47 (часть 1).

3. В соответствии со статьей 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации отказывает в принятии обращения к рассмотрению в случае, если по предмету обращения ранее им было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.

Положение пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР по своему содержанию, буквальному смыслу и смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, аналогично положениям статьи 123 ГПК РСФСР. Оно предполагает возможность изменения установленной статьями 113 - 125 ГПК РСФСР подсудности, т.е. напрямую затрагивает конституционное право, закрепленное статьей 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 16 марта 1998 года по делу о проверке конституционности статьи 44 УПК РСФСР и статьи 123 ГПК РСФСР, изменение установленной законом подсудности возможно лишь тогда, когда цели и основания такого изменения четко сформулированы в законе и не нарушают закрепленные Конституцией Российской Федерации принципы правосудия, не противоречат самому существу права на судебную защиту. Между тем пункт 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, как и статья 123 ГПК РСФСР, в качестве такой цели указывает необходимость «быстрого и правильного рассмотрения дела», не содержит формально определенных оснований, по которым возможна передача дела из одного суда в другой, не ограничивает усмотрение правоприменителя, допускает возможность его расширительного истолкования и произвольного применения.

Таким образом, предмет данной жалобы совпадает с предметом обращения, по которому Конституционным Судом Российской Федерации было вынесено указанное Постановление, в связи с чем жалоба гражданина А.И. Генина не может быть принята им к рассмотрению.

4. Согласно части второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» признание нормативного акта не соответствующим Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке положений других нормативных актов, основанных на нормативном акте, признанном неконституционным, либо воспроизводящих его или содержащих такие же положения, какие были предметом обращения; положения этих нормативных актов не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами.

Таким образом, признание Конституционным Судом Российской Федерации статьи 123 ГПК РСФСР не соответствующей Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке положения пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, а само это положение не может применяться судами, другими органами и должностными лицами.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 3 части первой статьи 43, частями первой и третьей статьи 79 и частью второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Генина Адольфа Ивановича, поскольку по предмету обращения Конституционным Судом Российской Федерации ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.

2. Пункт 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, предусматривающий возможность изменения подсудности гражданских дел с целью их более быстрого и правильного рассмотрения, как содержащий такое же положение, какое было предметом обращения в деле о проверке конституционности статьи 123 ГПК РСФСР и Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16 марта 1998 года признано не соответствующим Конституции Российской Федерации, подлежит отмене в установленном порядке и не может применяться судами, другими органами и должностными лицами.

3. Согласно части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» дело гражданина А.И. Генина подлежит пересмотру судебными органами в установленном порядке, поскольку принятое по нему решение основано на законе, воспроизводящем положения нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции Российской Федерации.

4. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

5. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации», «Российской газете» и «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Будучи несогласным с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 1998 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.И. Генина на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», считаю необходимым высказать свое особое мнение по существу вопроса.

Отказывая в принятии к рассмотрению жалобы А.И. Генина, Конституционный Суд Российской Федерации исходил из того, что по предмету обращения им было вынесено Постановление от 16 марта 1998 года по делу о проверке конституционности положений статьи 123 ГПК РСФСР, сохраняющее свою силу. При этом Конституционный Суд сослался на то, что «положение пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР по своему содержанию, буквальному смыслу и смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, аналогично положениям статьи 123 ГПК РСФСР», которые признаны названным Постановлением не соответствующими Конституции Российской Федерации, а выводы, содержащиеся в нем, применимы к положениям пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР.

Статья 123 ГПК РСФСР, признанная не соответствующей Конституции Российской Федерации, гласит, что «в отдельных случаях в целях наиболее быстрого и правильного рассмотрения дела, а равно в целях наилучшего обеспечения воспитательной роли судебного разбирательства дело до начала его рассмотрения в судебном заседании может быть передано из одного суда, которому оно подсудно, в другой». При этом вопрос о передаче дела по указанным основаниям из одного суда в другой решается соответствующим председателем вышестоящего суда.

Признавая статью 123 ГПК РСФСР неконституционной, Конституционный Суд исходил из того, что предоставленное ею председателю вышестоящего суда полномочие по изменению установленной подсудности ставит решение этого вопроса в зависимость не от выраженной в законе воли законодателя, а от субъективного усмотрения председателя соответствующего суда, поскольку эта статья не содержит каких-либо предписаний, формально определяющих круг конкретных процессуальных оснований, по которым возможна передача дела из одного суда в другой, а указанные цели, для достижения которых допускается такая передача, практически не ограничивают единоличное усмотрение правоприменителя и возможность произвольного применения оспариваемых положений.

Однако содержащийся в определении вывод о том, что признание Конституционным Судом статьи 123 ГПК РСФСР не соответствующей Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке положения пункта 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, а само это положение не может применяться судами, другими органами и должностными лицами, не согласуется с требованиями части второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Согласно указанной норме признание нормативного акта не соответствующим Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке других нормативных актов лишь при наличии одного из следующих условий: а) если эти акты были основаны на нормативном акте, признанном неконституционным; б) если они воспроизводят нормативный акт, признанный неконституционным; в) если они содержат такие же положения, какие были предметом обращения, послужившего поводом для проверки конституционности нормативного акта и признания его неконституционным. При наличии этих условий другие нормативные акты не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами.

Отсутствие предусмотренных статьей 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» условий исключает возможность применения пункта 3 части первой его статьи 43 при вынесении решения об отказе в принятии обращения к рассмотрению. Сопоставление текстов пункта 1 части второй статьи 122 и статьи 123 ГПК РСФСР позволяет утверждать, что все эти условия в данном случае отсутствуют.

Из текста пункта 1 части второй статьи 122 видно, что его положения ни в какой мере не основаны на статье 123, носят самостоятельный характер и не воспроизводят нормативные положения последней. Напротив, часть первая статьи 123 повторяет, но лишь частично, положения пункта 1 части второй статьи 122, когда определяет цели передачи дела из одного суда в другой.

Нельзя признать также, что пункт 1 части второй статьи 122 содержит такие же положения, какие были предметом обращения, послужившего поводом для признания неконституционной статьи 123 ГПК РСФСР. В отличие от статьи 123 он устанавливает, что суд, принявший дело к производству, а не председатель вышестоящего суда, передает дело на рассмотрение другого суда, причем в любой стадии судебного разбирательства. Осуществляется такая передача в установленных процессуальных формах определением суда, которое может быть обжаловано участниками судебного разбирательства или опротестовано прокурором в кассационном порядке. Кроме того, в соответствии с пунктом 1 части второй статьи 122 суд может передать дело на рассмотрение не в любой другой суд по своему усмотрению, а лишь в тот, по месту деятельности которого находится большинство доказательств. Причем по смыслу, который придается этой норме правоприменительной практикой, в частности практикой Верховного Суда Российской Федерации, суд, решая вопрос о передаче дела в другой суд по указанному основанию, должен располагать данными о том, какие доказательства находятся на территории деятельности другого суда, какое значение они имеют для правильного и быстрого разрешения дела и не могут ли они быть собраны без передачи дела в другой суд, в том числе путем направления судебного поручения.

Таким образом, статья 123 ГПК РСФСР не содержит таких положений, как они сформулированы в пункте 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР, и, следовательно, они не были предметом обращений, в связи с которыми Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 марта 1998 года признал статью 123 ГПК РСФСР не соответствующей Конституции Российской Федерации.

На основании изложенного полагаю, что жалоба гражданина А.И. Генина на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 122 ГПК РСФСР могла быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

---