Определение Конституционного Суда РФ от 13.05.2010 № 839-О-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Козловой Марины Николаевны и Козлова Сергея Сергеевича на нарушение их конституционных прав пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 13 мая 2010 г. № 839-О-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБ ГРАЖДАН КОЗЛОВОЙ МАРИНЫ НИКОЛАЕВНЫ И КОЗЛОВА СЕРГЕЯ СЕРГЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ИХ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 46 СЕМЕЙНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г.А. Гаджиева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалоб граждан М.Н. Козловой и С.С. Козлова,

1. В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации граждане М.Н. Козлова и С.С. Козлов просят признать не соответствующим статьям 6 (часть 2), 17 (часть 3), 19, 35 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации пункт 1 статьи 46 «Гарантии прав кредиторов при заключении, изменении и расторжении брачного договора» Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, изменении или расторжении брачного договора; при невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

По мнению заявителей, названная норма ставит лицо, состоящее в браке, в менее выгодное положение по сравнению с иными участниками общей собственности — должниками по гражданско-правовым обязательствам, поскольку вытекающая из него обязанность должника, состоящего в брачных отношениях, уведомлять кредитора о заключении, изменении и прекращении брачного договора не предусмотрена для сделок по распоряжению долей в праве общей собственности, которые заключаются лицами, не состоящими в брачных отношениях; кроме того, при совершении иных сделок по распоряжению общим имуществом супругов, в частности при заключении соглашения о его разделе, такая обязанность на супруга-должника, в том числе заключившего брачный договор, не возлагается.

Как следует из представленных материалов, М.Н. Козлова и С.С. Козлов состоят в браке с 12 ноября 1993 года. 6 февраля 2008 года они заключили брачный договор, которым был изменен законный правовой режим квартиры, приобретенной ими в период брака, и установлено, что квартира является собственностью М.Н. Козловой. Бутырский районный суд города Москвы, куда обратился кредитор С.С. Козлова — гражданин А.Б. Скворцов с иском об определении долей в общем имуществе супругов, признании права собственности, выделе доли из общего имущества супругов и обращении взыскания на долю в общем имуществе супругов, решением от 21 ноября 2008 года, оставленным без изменения определением суда кассационной инстанции, данные требования частично удовлетворил: установив, что ответчик не уведомил своего кредитора о заключении брачного договора и, следовательно, в силу статей 45 и 46 Семейного кодекса Российской Федерации должен отвечать по гражданско-правовому обязательству перед кредитором независимо от содержания брачного договора, суд выделил 1/2 долю в указанной квартире, которая причитается С.С. Козлову при разделе общего имущества супругов, и признал право собственности за каждым из супругов на 1/2 долю в квартире.

2. Семейный кодекс Российской Федерации признает брачным договором соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения (статья 40), которым супруги вправе изменить закрепленный законом режим совместной собственности и установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов (пункт 1 статьи 42).

Допустив возможность договорного режима имущества супругов, федеральный законодатель — исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, — предусмотрел в пункте 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет. Соответственно, в силу названного законоположения не извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Такое регулирование, направленное на защиту интересов кредиторов от недобросовестного поведения должника, в полной мере соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 декабря 2003 года № 456-О и в Постановлении от 12 июля 2007 года № 10-П распространенной на регулирование системы отношений, которая связывает кредитора и должника-гражданина при неисполнении последним своего гражданско-правового обязательства, влекущем ответственность всем принадлежащим ему имуществом перед кредитором и возможность в предусмотренных законом случаях обращения взыскания на это имущество. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из общеправового принципа справедливости в сфере регулирования имущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, защита права собственности и иных имущественных прав (в том числе прав требования) должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота — собственников, кредиторов, должников.

Таким образом, вопреки утверждению заявителей, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации не может рассматриваться как устанавливающий в нарушение статей 17 (часть 3), 35 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации несоразмерное ограничение права собственности. Не может он рассматриваться и как нарушающий закрепленный статьей 19 Конституции Российской Федерации принцип равенства перед законом и судом, который, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, означает запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, и не исключает возможность установления различных условий для различных категорий субъектов права; такие различия, однако, не могут быть произвольными, они должны основываться на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов (Постановление от 27 апреля 2001 года № 7-П, определения от 15 января 2009 года № 243-О-О, от 6 декабря 2001 года № 255-О, от 9 июня 2005 года № 222-О и от 2 февраля 2006 года № 17-О).

В данном случае требование, предъявляемое к супругу-должнику, заключившему брачный договор, обусловлено особенностями правового статуса супругов как участников общей совместной собственности, спецификой договорного режима их имущества и предоставляемой семейным законодательством широтой возможностей отступления от законного режима имущества супругов посредством заключения брачного договора. Следовательно, вытекающие из пункта 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации особенности в регулировании ответственности должника, заключившего брачный договор, по своим гражданско-правовым обязательствам основаны на объективных характеристиках данной категории субъектов права.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб гражданки Козловой Марины Николаевны и Козлова Сергея Сергеевича, поскольку они не отвечают требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---