Определение Конституционного Суда РФ от 15.05.2012 № 811-О

«По жалобе гражданина Короткова Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав статьями 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 15 мая 2012 г. № 811-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА КОРОТКОВА АЛЕКСАНДРА ИВАНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 1079, 1083 И 1100 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи С.М. Казанцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина А.И. Короткова,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.И. Коротков оспаривает конституционность статей 1079 «Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих», 1083 «Учет вины потерпевшего и имущественного положения лица, причинившего вред» и 1100 «Основания компенсации морального вреда» ГК Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, 18 октября 2004 года в результате взаимодействия (столкновения) двух источников повышенной опасности — автомобиля, управляемого А.И. Коротковым, и мотоцикла, управляемого гражданином Б., последнему были причинены травмы, от которых тот скончался. Заочным решением Магдагачинского районного суда Амурской области от 21 октября 2010 года родственникам погибшего — супруге и сыну было отказано в иске к А.И. Короткову о взыскании компенсации морального вреда на том основании, что доказательств его вины в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем смерть Б., не установлено.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 1 декабря 2010 года указанное решение отменено и по делу принято новое решение, которым исковые требования удовлетворены частично: с А.И. Короткова взыскана компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей в пользу каждого истца. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2011 года в передаче надзорной жалобы заявителя для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отказано. Суды кассационной и надзорной инстанций ссылались на то, что действующее законодательство не допускает отказ в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни или здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

По мнению заявителя, оспариваемые им взаимосвязанные законоположения противоречат статье 17 (части 3) Конституции Российской Федерации, поскольку возлагают на владельца источника повышенной опасности, чья вина в нарушении Правил дорожного движения и дорожно-транспортном происшествии — столкновении с другим источником повышенной опасности — не установлена, обязанность выплатить компенсацию морального вреда родственникам лица, погибшего в результате столкновения и виновного в нем. Заявитель утверждает, что осуществление ими как стороной деликтного обязательства своих прав на основании оспариваемых статей нарушает права других лиц, а именно права владельца источника повышенной опасности, который не является причинителем вреда.

2. Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью; признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства (статья 2); в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется здоровье людей (статья 7); осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3); каждый имеет право на жизнь, право на государственную охрану достоинства личности и право на охрану здоровья (статья 20, часть 1; статья 21, часть 1; статья 41, часть 1).

Гражданский кодекс Российской Федерации (глава 59), устанавливая — исходя из конституционных основ правового регулирования отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного деликтом, — общие положения о возмещении вреда (статьи 1064 - 1083), предусматривает специфику ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (статья 1079), и особенности компенсации морального вреда (статьи 1099 - 1101).

Согласно положению пункта 3 статьи 1079 ГК Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064). Следовательно, при решении вопроса об ответственности владельцев транспортных средств, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, следует опираться на общие основания ответственности, согласно которым вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации); лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации).

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных им в постановлении от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК Российской Федерации), т.е. по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга (пункт 25).

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам, признанным потерпевшими.

По смыслу оспариваемых заявителем статей 1079, 1083 и 1100 ГК Российской Федерации в системной взаимосвязи с его статьей 1064, устанавливаемое ими правовое регулирование нельзя рассматривать как не допускающее отказ в присуждении компенсации родственникам владельца источника повышенной опасности (транспортного средства), виновного в дорожно-транспортном происшествии — взаимодействии (столкновении) нескольких источников повышенной опасности (транспортных средств) — и погибшего в результате него, в том случае, когда другой участник столкновения Правила дорожного движения не нарушал и в столкновении не виновен.

3. Согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли нормативный правовой акт Конституции Российской Федерации.

Поскольку оспариваемые заявителем законоположения, рассматриваемые в нормативном единстве со статьей 1064 ГК Российской Федерации, не содержат неопределенности и не могут рассматриваться как нарушающие его конституционные права, данная жалоба не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Проверка же законности и обоснованности вынесенных по делу заявителя судебных решений, требующая исследования фактических обстоятельств данного дела, а также правильности выбора подлежащих применению норм не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 2 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать жалобу гражданина Короткова Александра Ивановича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

---