Определение Конституционного Суда РФ от 06.03.2001 № 68-О

«Об отказе в удовлетворении ходатайства гражданина Долгова Владимира Владимировича об официальном разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года „О порядке введения в действие Закона Российской Федерации „О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР „О судоустройстве РСФСР“, Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 6 марта 2001 г. № 68-О

ОБ ОТКАЗЕ В УДОВЛЕТВОРЕНИИ ХОДАТАЙСТВА ГРАЖДАНИНА ДОЛГОВА ВЛАДИМИРА ВЛАДИМИРОВИЧА ОБ ОФИЦИАЛЬНОМ РАЗЪЯСНЕНИИ ПОСТАНОВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 2 ФЕВРАЛЯ 1999 ГОДА ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 41 И ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 42 УПК РСФСР, ПУНКТОВ 1 И 2 ПОСТАНОВЛЕНИЯ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 16 ИЮЛЯ 1993 ГОДА «О ПОРЯДКЕ ВВЕДЕНИЯ В ДЕЙСТВИЕ ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ „О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В ЗАКОН РСФСР „О СУДОУСТРОЙСТВЕ РСФСР“, УГОЛОВНО — ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РСФСР, УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР И КОДЕКС РСФСР ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В. Баглая, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев в пленарном заседании ходатайство гражданина В.В. Долгова,

1. По приговору Краснодарского краевого суда от 23 июля 1993 года гражданин В.В. Долгов был осужден к смертной казни за совершение убийства при отягчающих обстоятельствах и ряда других преступлений. Впоследствии Указом Президента Российской Федерации от 6 июля 1998 года смертная казнь была заменена ему в порядке помилования лишением свободы на срок 25 лет.

В своем ходатайстве в Конституционный Суд Российской Федерации В.В. Долгов утверждает, что назначенное ему наказание в виде смертной казни в связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 2 февраля 1999 года по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации „О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР „О судоустройстве РСФСР“, Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» должно было быть отменено не актом помилования, а путем пересмотра приговора и замены первоначально назначенного наказания лишением свободы в пределах санкций соответствующих статей, действовавших на момент совершения преступлений.

В.В. Долгов просит Конституционный Суд Российской Федерации дать официальное разъяснение пункта 5 резолютивной части Постановления от 2 февраля 1999 года, согласно которому с момента вступления данного Постановления в силу и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может.

Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в пределах своих полномочий на основании части второй статьи 40 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» уведомлял В.В. Долгова о том, что в соответствии с требованиями названного Закона его ходатайство не может быть принято к рассмотрению, однако заявитель настаивает на принятии Конституционным Судом Российской Федерации решения по поставленному им вопросу.

2. В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года пункт 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации „О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР „О судоустройстве РСФСР“, Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях», предусматривающий введение в действие указанного Закона со дня опубликования, за исключением пункта 7 раздела II, признан не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он не препятствовал законодателю принять федеральный закон, устанавливающий на всей территории Российской Федерации порядок рассмотрения судом с участием присяжных заседателей дел о преступлениях, за совершение которых федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь.

Вместе с тем поскольку после принятия Конституции Российской Федерации Федеральное Собрание располагало достаточным временем для выполнения предписаний статьи 20 (часть 2) и абзаца первого пункта 6 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции Российской Федерации, пункт 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года признан не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он далее не обеспечивает на всей территории Российской Федерации реализацию права обвиняемого в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (пункт 3 резолютивной части).

Тем самым Конституционный Суд Российской Федерации вполне определенно признал, что необеспечение права, гарантируемого статьей 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации, не соответствует Конституции Российской Федерации лишь с момента окончания переходного периода, необходимого для введения в действие федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации реализацию данного конституционного права каждого обвиняемого в совершении преступления, за которое в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Этот переходный период, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, завершился ко времени вынесения Постановления по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации „О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР „О судоустройстве РСФСР“, Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях», поэтому именно с момента его вынесения назначение наказания в виде смертной казни признано недопустимым (пункт 5 резолютивной части).

Что касается вопросов, связанных с возложением уголовной ответственности на лиц, совершивших особо тяжкие преступления против жизни, то они подлежат разрешению судами общей юрисдикции с учетом установленных Конституцией Российской Федерации (статья 54) и УК Российской Федерации (статья 10) принципов действия законов во времени. Следовательно, вынесение Конституционным Судом Российской Федерации определения об официальном разъяснении пункта 5 резолютивной части Постановления от 2 февраля 1999 года не требуется.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, частью первой статьи 79 и статьей 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Долгова Владимира Владимировича.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному ходатайству окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение должно быть опубликовано в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

---