Определение Конституционного Суда РФ от 14.01.2014 № 6-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Конституционного Суда Республики Карелия о проверке конституционности положений части 2 статьи 22.1, части 6 статьи 22.2 и части 6 статьи 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях во взаимосвязи с частью 2 статьи 3, пунктом 11 части 1 статьи 12 и пунктом 8 части 1 статьи 13 Федерального закона „О полиции“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 14 января 2014 г. № 6-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЗАПРОСА КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ ЧАСТИ 2 СТАТЬИ 22.1, ЧАСТИ 6 СТАТЬИ 22.2 И ЧАСТИ 6 СТАТЬИ 28.3 КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ ВО ВЗАИМОСВЯЗИ С ЧАСТЬЮ 2 СТАТЬИ 3, ПУНКТОМ 11 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 12 И ПУНКТОМ 8 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 13

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи С.Д. Князева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение запроса Конституционного Суда Республики Карелия,

1. Конституционный Суд Республики Карелия в своем запросе оспаривает конституционность следующих положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях:

части 2 статьи 22.1, согласно которой дела об административных правонарушениях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, рассматриваются в пределах полномочий, установленных этими законами: 1) мировыми судьями; 2) комиссиями по делам несовершеннолетних и защите их прав; 3) уполномоченными органами и учреждениями органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации; 4) административными комиссиями, иными коллегиальными органами, создаваемыми в соответствии с законами субъектов Российской Федерации; 5) государственными учреждениями, подведомственными соответственно органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации, уполномоченным в соответствии с федеральными законами на осуществление федерального государственного лесного надзора, государственного надзора в области использования и охраны особо охраняемых природных территорий на особо охраняемых природных территориях регионального значения;

части 6 статьи 22.2, согласно которой дела об административных правонарушениях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, от имени органов, указанных в пункте 3 части 2 статьи 22.1 данного Кодекса, рассматривают уполномоченные должностные лица органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации;

части 6 статьи 28.3, согласно которой протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, а также протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных частями 3 и 4 статьи 14.1 и частями 2 и 3 статьи 19.20 данного Кодекса в отношении видов деятельности, лицензирование которых осуществляется органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, составляются должностными лицами, уполномоченными соответствующими субъектами Российской Федерации.

Во взаимосвязи с названными положениями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях заявитель оспаривает конституционность ряда положений Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», а именно:

части 2 статьи 3, согласно которой полиция в своей деятельности руководствуется законами субъектов Российской Федерации по вопросам охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, изданными в пределах их компетенции;

пункта 11 части 1 статьи 12, согласно которому на полицию возлагается обязанность пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции;

пункта 8 части 1 статьи 13, согласно которому полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

Как следует из представленных материалов, 23 ноября 2011 года в Конституционный Суд Республики Карелия на основании статей 83 и 83.1 Закона Республики Карелия от 7 июля 2004 года № 790-ЗРК «О Конституционном Суде Республики Карелия» обратился гражданин А.А. Беленький с просьбой проверить на соответствие Конституции Республики Карелия ряд положений Закона Республики Карелия от 15 мая 2008 года № 1191-ЗРК «Об административных правонарушениях», в том числе пункт «а» части 1 статьи 7.3 и пункт «а» части 1 статьи 7.4, возлагающих на должностных лиц полиции полномочия по рассмотрению дел и составлению протоколов об отдельных предусмотренных указанным Законом административных правонарушениях, в том числе таких, которые посягают на безопасность граждан и общественный порядок.

Несоответствие положений пункта «а» части 1 статьи 7.3 Закона Республики Карелия «Об административных правонарушениях» предписаниям Конституции Республики Карелия, в частности ее статье 5, устанавливающей требование, согласно которому законы и иные правовые акты, принимаемые в Республике Карелия, не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным законам и Конституции Республики Карелия, А.А. Беленький усматривал в том, что они — вопреки предписаниям пункта 3 части 2 статьи 22.1 и части 2 статьи 22.2 КоАП Российской Федерации и статьи 4 Федерального закона «О полиции» — наделяют правомочием по рассмотрению дел об административных правонарушениях, предусмотренных этим Законом, должностных лиц полиции, которая является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Необходимость проверки пункта «а» части 1 статьи 7.4 Закона Республики Карелия «Об административных правонарушениях» на соответствие Конституции Республики Карелия А.А. Беленький обосновывал тем, что данный пункт, устанавливая полномочие должностных лиц полиции по составлению протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных данным Законом, не закрепляет перечень таких должностных лиц, а потому вступает в противоречие со статьей 1.1 КоАП Российской Федерации, а также с подпунктом «н» пункта 2 статьи 5 и подпунктом 39 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», по смыслу которых перечень должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, также должен устанавливаться законами субъектов Российской Федерации. Тем самым, по мнению А.А. Беленького, данный пункт нарушает принципы верховенства права и определенности, ясности правовой нормы, закрепленные в статьях 5, 16 — 19 Конституции Республики Карелия.

Приняв обращение А.А. Беленького к рассмотрению, Конституционный Суд Республики Карелия в процессе судебного разбирательства пришел к выводу о том, что при оценке соответствия Конституции Республики Карелия указанных законоположений подлежат применению часть 2 статьи 22.1, часть 6 статьи 22.2 и часть 6 статьи 28.3 КоАП Российской Федерации во взаимосвязи с частью 2 статьи 3, пунктом 11 части 1 статьи 12 и пунктом 8 части 1 статьи 13 Федерального закона «О полиции», поскольку они как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому им судебной практикой, не позволяют использовать силы и средства полиции в производстве по делам об административных правонарушениях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации.

В связи с этим Конституционный Суд Республики Карелия просит признать их не соответствующими статьям 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 47 (часть 1), 52, 55 (части 1 и 3), 56 (часть 3), 72 (пункты «б», «к» части 1) и 77 (часть 2) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они приводят к отсутствию у субъектов Российской Федерации возможности определять полицию в качестве органа, компетентного рассматривать дела и составлять протоколы о предусмотренных законами субъектов Российской Федерации административных правонарушениях, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность, и тем самым нарушают конституционные гарантии государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод и законных интересов потерпевших от правонарушений.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данного запроса к рассмотрению.

В силу статей 10 и 118 Конституции Российской Федерации и конкретизирующих их содержание положений частей 2 и 4 статьи 4 и части 1 статьи 27 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» созданный в субъекте Российской Федерации конституционный (уставный) суд, осуществляя посредством конституционного (уставного) судопроизводства функции нормоконтроля, вправе разрешать лишь вопросы соответствия законов субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов государственной власти субъекта Российской Федерации, органов местного самоуправления субъекта Российской Федерации конституции (уставу) субъекта Российской Федерации. Из этого следует, что другие виды судебного нормоконтроля, отнесенные Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, конституционным (уставным) судам субъектов Российской Федерации неподведомственны (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 6 марта 2003 года № 103-О).

Именно такое — согласующееся с Конституцией Российской Федерации и действующим федеральным регулированием — предназначение нормоконтроля, осуществляемого Конституционным Судом Республики Карелия, закреплено в соответствии с Конституцией Республики Карелия, ее статьями 65 (часть 1), 66 и 68 (часть 2), в Законе Республики Карелия «О Конституционном Суде Республики Карелия», согласно которому Конституционный Суд Республики Карелия является судебным органом конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства (часть 1 статьи 1); в его компетенцию, наряду с другими полномочиями, входит разрешение дел о соответствии Конституции Республики Карелия законов Республики Карелия и их отдельных положений, нормативных правовых актов (их отдельных положений) Законодательного Собрания Республики Карелия, Главы Республики Карелия, Правительства Республики Карелия, иных органов исполнительной власти Республики Карелия, а также иных государственных органов Республики Карелия, уставов муниципальных образований и их отдельных положений, нормативных правовых актов (их отдельных положений) органов местного самоуправления, должностных лиц местного самоуправления Республики Карелия (подпункты «а» — «в» пункта 1 части 1 статьи 3).

Реализуя полномочия по проверке соответствия республиканских законов Конституции Республики Карелия, Конституционный Суд Республики Карелия, равно как и любой другой конституционный (уставный) суд субъекта Российской Федерации, входящий в судебную систему Российской Федерации, должен исходить из того, что — по смыслу правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 1998 года № 19-П, — конституционное судопроизводство в силу статей 118 и 125 Конституции Российской Федерации является особой формой правосудия, имеющей специфический круг предметов проверки и инициаторов рассмотрения дел, а также связанные с этим виды процедур и юридические последствия принимаемых решений (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2005 года № 522-О).

Между тем нарушение своих прав пунктом «а» части 1 статьи 7.3 и пунктом «а» части 1 статьи 7.4 Закона Республики Карелия «Об административных правонарушениях» А.А. Беленький связывает не с их применением в конкретном деле, а непосредственно с содержанием этих законоположений, поскольку полагает, что уже само по себе наделение должностных лиц органов полиции соответствующими полномочиями привело к недопустимому ограничению его прав и свобод законодателем Республики Карелия.

Кроме того, из обращения А.А. Беленького в Конституционный Суд Республики Карелия с очевидностью следует, что, формально оспаривая соответствие Конституции Республики Карелия положений пункта «а» части 1 статьи 7.3 и пункта «а» части 1 статьи 7.4 Закона Республики Карелия «Об административных правонарушениях», он фактически, ссылаясь на статью 5 (часть 2) Конституции Республики Карелия, согласно которой законы Республики Карелия не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным законам и Конституции Республики Карелия, ставит перед Конституционным Судом Республики Карелия вопрос о проверке их соответствия положениям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, Федерального закона «О полиции» и Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации». Между тем подобная проверка, как неоднократно отмечал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, не относится к полномочиям конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации, а должна осуществляться судами общей юрисдикции в соответствии с их компетенцией, установленной федеральным законом (постановления от 16 июня 1998 года № 19-П и от 11 апреля 2000 года № 6-П; определения от 18 апреля 2000 года № 54-О, от 6 марта 2003 года № 103-О и от 7 июня 2011 года № 743-О-О).

При таких обстоятельствах, тем более учитывая, что пункт «а» части 1 статьи 7.3 Закона Республики Карелия «Об административных правонарушениях» утратил силу с 1 января 2013 года (Закон Республики Карелия от 18 декабря 2012 года № 1658-ЗРК), а пункт «а» части 1 статьи 7.4 данного Закона оспаривается А.А. Беленьким только по мотивам отсутствия в нем перечня должностных лиц полиции, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, рассмотрение дела по запросу Конституционного Суда Республики Карелия означало бы разрешение вопроса о соответствии оспариваемых им положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и Федерального закона «О полиции» Конституции Российской Федерации в порядке абстрактного нормоконтроля, чего по обращениям государственных органов и должностных лиц, не указанных в статье 125 (часть 2) Конституции Российской Федерации и статье 84 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации делать не вправе.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению запроса Конституционного Суда Республики Карелия, поскольку он не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми такого рода обращения в Конституционный Суд Российской Федерации признаются допустимыми.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит.

---