Определение Конституционного Суда РФ от 24.03.2015 № 510-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Самойловой Ирины Геннадьевны на нарушение ее конституционных прав абзацем вторым части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 24 марта 2015 г. № 510-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ САМОЙЛОВОЙ ИРИНЫ ГЕННАДЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ВТОРЫМ ЧАСТИ ШЕСТОЙ СТАТЬИ 229.2 ТРУДОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки И.Г. Самойловой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка И.Г. Самойлова — вдова работника, умершего от общего заболевания в момент управления служебным транспортом, оспаривает конституционность абзаца второго (в жалобе ошибочно указан пункт 1) части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом, в зависимости от конкретных обстоятельств может квалифицироваться как несчастный случай, не связанный с производством.

По мнению заявительницы, данное законоположение, примененное в ее деле судами общей юрисдикции, не соответствует статьям 7, 37, 39 и 41 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет правоприменительным органам признавать смерть работника вследствие общего заболевания, когда работодатель не обеспечил ему надлежащим образом безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, в качестве несчастного случая, не связанного с производством, в результате чего члены его семьи лишаются права на обеспечение по страхованию, предусмотренному Федеральным законом от 27 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные И.Г. Самойловой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2); каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37, часть 3); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Определение же принципов, правил и особенностей различных видов социального обеспечения, включая обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, относится к полномочиям законодателя (статья 39, часть 2; статья 72, пункт «ж» части 1, Конституции Российской Федерации).

В настоящее время правовое регулирование отношений по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний осуществляется на основании норм Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и Трудового кодекса Российской Федерации (глава 36 «Обеспечение прав работников на охрану труда»). Федеральный законодатель определил круг субъектов, имеющих право на получение страховых выплат, виды обеспечения по страхованию, а также основания назначения страхового обеспечения и отказа в таком обеспечении, в том числе в случае смерти застрахованного лица — в отношении лишившихся кормильца членов его семьи или других указанных в законе лиц. При этом в качестве общего основания, которое влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по данному виду страхования, Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» называет страховой случай — подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного лица, происшедший вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (абзац девятый статьи 3 и пункт 1 статьи 7).

В силу положений статьи 3 данного Федерального закона и статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Регулируя отношения по расследованию, учету и квалификации несчастных случаев, федеральный законодатель исходя из необходимости предоставления обеспечения по страхованию лишившимся кормильца членам семьи застрахованного в случае его смерти в результате несчастного случая, связанного с производством, предусмотрел в абзаце втором части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации норму, допускающую возможность квалификации несчастного случая, как не связанного с производством, если смерть застрахованного лица наступила вследствие общего заболевания или самоубийства и эти обстоятельства подтверждены в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом.

Такое правовое регулирование, осуществленное федеральным законодателем исходя из природы и целей данного вида страхования, направлено на установление обстоятельств, имеющих значение для принятия решения о назначении обеспечения по страхованию, в равной мере распространяется на всех граждан и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявительницы.

Оспаривая конституционность абзаца второго части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, И.Г. Самойлова, как следует из представленных материалов, настаивает на признании смерти ее супруга несчастным случаем, связанным с производством. Однако разрешение данного вопроса связано с исследованием конкретных обстоятельств дела и не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Самойловой Ирины Геннадьевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---