Определение Конституционного Суда РФ от 11.07.2006 № 351-О

«По жалобе гражданина Слюсаря Владимира Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями частей второй и третьей статьи 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 11 июля 2006 г. № 351-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА СЛЮСАРЯ ВЛАДИМИРА НИКОЛАЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ ЧАСТЕЙ ВТОРОЙ И ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 399 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи А.Л. Кононова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина В.Н. Слюсаря,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.Н. Слюсарь оспаривает конституционность положения части второй статьи 399 УПК Российской Федерации, согласно которому в судебное заседание по вопросам, связанным с исполнением приговора, вызывается представитель учреждения, исполняющего наказание, или компетентного органа, по представлению которого разрешаются эти вопросы, и находящегося во взаимосвязи с ним положения части третьей той же статьи, согласно которому решение об участии осужденного в судебном заседании принимает суд.

Как утверждается в жалобе, названные законоположения позволили судье Люблинского районного суда города Москвы провести судебное заседание по вопросу об условно-досрочном освобождении В.Н. Слюсаря от отбывания наказания без его участия и отказать в удовлетворении соответствующего ходатайства. По мнению заявителя, эти положения, как предоставляющие суду право по собственному усмотрению принимать решение об участии осужденного в судебном заседании, ограничивая тем самым право осужденного присутствовать при рассмотрении судьей вопроса о его условно-досрочном освобождении и довести до суда свою позицию по данному вопросу, противоречат статьям 19 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 1), 50 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

2. Предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда является одной из необходимых гарантий судебной защиты и справедливости судебного разбирательства; во всяком случае лицо — вне зависимости от его уголовно-процессуального статуса (подозреваемый, обвиняемый, подсудимый и осужденный), — если оно изъявляет желание участвовать в судебном заседании, не может быть лишено возможности заявлять отводы и ходатайства, знакомиться с позициями выступавших участников судебного заседания и дополнительными материалами, давать объяснения по рассматриваемым судом вопросам.

Данная правовая позиция, выраженная Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлениях от 10 декабря 1998 года № 27-П по делу о проверке конституционности части второй статьи 335 УПК РСФСР, от 15 января 1999 года № 1-П по делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 295 УПК РСФСР и от 14 февраля 2000 года № 2-П по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой статьи 377 УПК РСФСР, получила свое развитие в определениях от 10 декабря 2002 года № 315-О по жалобе гражданина Д.Т. Худоерова, от 25 марта 2004 года № 99-О по жалобе гражданина В.А. Власова, от 8 апреля 2004 года № 132-О по жалобе гражданина А.В. Горского.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, при принятии решений, связанных с ограничением свободы и личной неприкосновенности, суд как орган правосудия — исходя из положений статей 22, 46 (часть 1), 48, 118, 120, 123 (части 1, 2 и 3) Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи — призван обеспечить одинаковые по своей природе (независимо от стадии производства по уголовному делу) судебные гарантии защиты прав и законных интересов личности.

В силу приведенных правовых позиций оспариваемые гражданином В.Н. Слюсарем положения частей второй и третьей статьи 399 УПК Российской Федерации не могут истолковываться как допускающие пониженный уровень гарантий прав на свободу и личную неприкосновенность лица, уже отбывающего наказание, в процедуре принятия судом решения, которое влечет либо досрочное освобождение его от дальнейшего отбывания наказания, а следовательно, и освобождение из мест лишения свободы, либо продолжение в изоляции от общества отбывания наказания, сопряженного с существенным ограничением его прав.

3. Статья 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации, закрепляющая право осужденного за преступление просить о помиловании или смягчении наказания, предполагает необходимость законодательного обеспечения осужденному соответствующих возможностей для защиты своих прав и интересов, в том числе при рассмотрении судом вопросов, выходящих за рамки собственно производства по уголовному делу и касающихся исполнения приговора, в частности вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Предоставив пунктом 4 статьи 397 УПК Российской Федерации осужденному право самостоятельно обращаться с ходатайством об условно-досрочном освобождении, законодатель вместе с тем закрепил в части второй статьи 175 УИК Российской Федерации требование, обращенное к администрации учреждения или органа, исполняющего наказание, — представить в суд характеристику на данного осужденного и заключение о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

Удовлетворяя ходатайство осужденного об условно-досрочном освобождении либо отказывая в его удовлетворении, судья не просто соглашается с поступившими к нему заявлением осужденного и (или) материалами администрации учреждения, а принимает мотивированное решение, исходя из анализа всего комплекса вопросов, связанных с целесообразностью дальнейшего отбывания осужденным наказания и имеющих для осужденного не меньшее значение, чем вопросы, разрешаемые судом непосредственно в ходе рассмотрения уголовного дела по существу или при проверке законности и обоснованности приговора в кассационном и надзорном порядке.

Между тем осужденный, если он не участвует в судебном заседании, лишается реальной возможности ознакомиться с данными материалами, а следовательно, привести доводы, которые опровергали бы выводы администрации, с которыми он не согласен. Судье же в таких случаях приходится разрешать вопрос о дальнейшем отбывании осужденным наказания исключительно на основе аргументов, изложенных в заключении администрации учреждения или органа, исполняющего наказание, доклада ее представителя и мнения прокурора, т.е., по существу, не на основе конституционного принципа состязательности и равноправия сторон.

4. Таким образом, части вторая и третья статьи 399 УПК Российской Федерации в части, касающейся разрешения в судебном заседании вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания, — по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего уголовно-процессуального регулирования процедуры принятия судом решений как в досудебных, так и в последующих стадиях производства по уголовному делу, не допускающей возможность проведения судебного заседания в отсутствие подозреваемого, обвиняемого, подсудимого или осужденного, — предполагают, что при решении вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного от наказания суд при наличии соответствующей просьбы осужденного обязан обеспечить его участие в судебном заседании для изложения своей позиции и представления необходимых доказательств.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Части вторая и третья статьи 399 УПК Российской Федерации в части, касающейся разрешения в судебном заседании вопроса об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания, предполагают, что при наличии соответствующей просьбы осужденного суд обязан обеспечить его участие в судебном заседании для изложения своей позиции и представления необходимых доказательств.

В соответствии со статьей 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» конституционно-правовой смысл указанных законоположений, выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении на основании правовых позиций, выраженных в сохраняющих свою силу решениях, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

2. Признать жалобу гражданина Слюсаря Владимира Николаевича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Российской газете» и «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

---