Определение Конституционного Суда РФ от 07.10.2005 № 342-О

«По запросу Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан о проверке конституционности пункта 1 статьи 4 Федерального закона „Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 7 октября 2005 г. № 342-О

ПО ЗАПРОСУ ГОСУДАРСТВЕННОГО СОБРАНИЯ — КУРУЛТАЯ РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 4 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи Б.С. Эбзеева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» изучение запроса Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан,

1. В запросе Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан оспаривается конституционность пункта 1 статьи 4 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», согласно которому законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из данного Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных данным Федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

По мнению заявителя, названное положение противоречит статьям 17 (часть 1), 18, 72 (пункты «б», «л» части 1) и 76 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку ограничивает право субъектов Российской Федерации на правовое регулирование по предметам совместного ведения, воспроизведение норм федеральных законов, принятых по предметам совместного ведения, а также право на защиту прав и свобод человека и гражданина, в том числе путем принятия законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

2. Согласно Конституции Российской Федерации в ведении Российской Федерации находится регулирование прав и свобод человека и гражданина (статья 71, пункт «в»), а также уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное, гражданско-процессуальное и арбитражно-процессуальное законодательство (статья 71, пункт «о»). Соответственно, Гражданским процессуальным, Уголовно-процессуальным, Арбитражным процессуальным, Уголовно-исполнительным кодексами Российской Федерации, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, Федеральными законами «Об оперативно-розыскной деятельности», «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», «Об исполнительном производстве» и другими помимо Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (определяющего, главным образом, организационные аспекты этой деятельности) регулируется адвокатская деятельность. По предметам ведения Российской Федерации принимаются федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории Российской Федерации (статья 76, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Защита прав и свобод человека и гражданина, а также адвокатура находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов (статья 72, пункты «б», «л» части 1, Конституции Российской Федерации). По предметам совместного ведения издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации (статья 76, часть 2, Конституции Российской Федерации). Из этого следует, что субъекты Российской Федерации — независимо от того, закрепляет ли федеральный закон какие-либо особые их полномочия, — вправе принимать акты, регулирующие отношения, относящиеся к предмету совместного ведения. При этом в силу статьи 76 (часть 5) Конституции Российской Федерации законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым по предметам ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, включая Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», устанавливающий равные условия реализации гражданином права на получение квалифицированной юридической помощи.

Таким образом, в соответствии с Конституцией Российской Федерации законодатель субъекта Российской Федерации не вправе по собственной воле вторгаться в сферу ведения Российской Федерации, но по вопросам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов он может самостоятельно осуществлять правовое регулирование при отсутствии соответствующего федерального закона либо в случаях неурегулирования в федеральном законе тех или иных общественных отношений; при этом должны быть соблюдены конституционные требования о непротиворечии законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации федеральным законам и о соблюдении прав и свобод человека и гражданина на всей территории Российской Федерации.

В силу изложенного и с учетом конституционных положений о верховенстве Конституции Российской Федерации, ее высшей юридической силе, прямом действии и применении на всей территории Российской Федерации (статья 4, часть 2; статья 15, часть 1), пункт 1 статьи 4 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» не может рассматриваться как ограничивающий право субъектов Российской Федерации на правовое регулирование по предметам совместного ведения, а также защиту прав и свобод человека и гражданина путем принятия законов и иных нормативных правовых актов субъекта Российской Федерации.

Не предполагает он, вопреки утверждению заявителя, и запрет на воспроизведение в законодательстве субъектов Российской Федерации положений федеральных законов, в частности общих терминов, понятий, определений и формулировок. Такое воспроизведение само по себе не может рассматриваться как нарушение Конституции Российской Федерации и установленного ею разграничения предметов ведения и полномочий Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Таким образом, неопределенность в вопросе о соответствии пункта 1 статьи 4 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» Конституции Российской Федерации отсутствует, а следовательно, отсутствует и предусмотренное частью второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основание к рассмотрению дела Конституционным Судом Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать запрос Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан не подлежащим дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит.

---