Определение Конституционного Суда РФ от 12.07.2005 № 335-О

«По жалобе гражданина Дикина Александра Витальевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 377 и 388 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 12 июля 2005 г. № 335-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА ДИКИНА АЛЕКСАНДРА ВИТАЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЕЙ 377 И 388 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев по требованию гражданина А.В. Дикина вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. В жалобе гражданина А.В. Дикина оспаривается конституционность статьи 377 УПК Российской Федерации, регламентирующей порядок рассмотрения уголовного дела судом кассационной инстанции, и пункта 5 части первой статьи 388, согласно которому в кассационном определении содержится краткое изложение доводов лица, подавшего жалобу или представление, а также возражений других лиц, участвовавших в заседании суда кассационной инстанции.

Как указывается в жалобе, адвокат А.В. Дикина в ходе заседания суда кассационной инстанции, рассматривавшего жалобу на решение Богородского городского суда Нижегородской области о продлении срока содержания его под стражей, заявил ходатайства о приобщении к делу дополнительных материалов и о непосредственном исследовании ряда доказательств (в частности, о допросе свидетелей), ранее не бывших предметом рассмотрения суда первой инстанции, в удовлетворении которых ему было отказано; при этом как сам факт заявления ходатайств, так и принятые по ним решения не получили отражения ни в кассационном определении, ни в каком-либо ином процессуальном документе, что, по мнению заявителя, не позволило в дальнейшем суду надзорной инстанции всесторонне оценить законность и обоснованность вынесенного судом кассационной инстанции определения.

По мнению заявителя, оспариваемые им положения статей 377 и 388 УПК Российской Федерации, как допускающие уклонение суда кассационной инстанции от непосредственного исследования по ходатайству стороны доказательств по уголовному делу и не предусматривающие обязательность ведения протокола судебного заседания в суде кассационной инстанции, нарушают его права, гарантируемые статьями 19, 45 (часть 2), 46 (части 1 и 2), 49 (часть 2), 50 (часть 2) и 118 Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные А.В. Дикиным материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.

2.1. Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21 декабря 2004 года № 467-О по жалобе гражданина П.Е. Пятничука на нарушение его конституционных прав положениями статей 46, 86 и 161 УПК Российской Федерации, закрепленное в статье 86 этого Кодекса право подозреваемого, обвиняемого, их защитников собирать и представлять доказательства является одним из важных проявлений права данных участников процесса на защиту от уголовного преследования и формой реализации конституционного принципа состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации). Этому праву соответствует обязанность органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, рассмотреть каждое заявленное в связи с исследованием доказательств ходатайство.

При этом уголовно-процессуальный закон (часть третья статьи 15, часть вторая статьи 159, статья 274 УПК Российской Федерации) исключает возможность произвольного отказа как в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, так и в приобщении к материалам уголовного дела и исследовании представленных ею доказательств. По смыслу содержащихся в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации нормативных предписаний в их взаимосвязи с положениями статей 45, 46 (часть 1), 50 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, такой отказ возможен лишь в случаях, когда соответствующее доказательство не имеет отношения к уголовному делу, по которому ведется расследование, и не способно подтверждать наличие или отсутствие события преступления, виновность или невиновность лица в его совершении, иные обстоятельства, подлежащие установлению при производстве по уголовному делу, когда доказательство, как не соответствующее требованиям закона, является недопустимым либо когда обстоятельства, которые призвано подтвердить указанное в ходатайстве стороны доказательство, уже установлены на основе достаточной совокупности других доказательств, в связи с чем исследование еще одного доказательства с позиций принципа разумности оказывается избыточным. Принимаемое при этом решение во всяком случае должно быть обосновано ссылками на конкретные доводы, подтверждающие неприемлемость доказательства, об истребовании и исследовании которого заявляет сторона защиты.

Выраженная в названном Определении Конституционного Суда Российской Федерации правовая позиция распространяется и на порядок исследования доказательств в суде кассационной инстанции, постольку поскольку в соответствии с частью четвертой статьи 377 УПК Российской Федерации при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке суд вправе по ходатайству стороны непосредственно исследовать доказательства в соответствии с требованиями главы 37 этого Кодекса (определяющей порядок исследования доказательств в суде первой инстанции).

2.2. Статья 46 Конституции Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту, в качестве одного из существенных элементов этого права предполагает судебное обжалование решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц, в том числе судов, а также возможность исправления судебных ошибок путем пересмотра принятых судами приговоров, определений и постановлений. Такой пересмотр, однако, может признаваться компетентным, справедливым и эффективным средством защиты прав и законных интересов личности лишь при условии предоставления заинтересованным участникам уголовного судопроизводства реальной возможности привести свои возражения и доводы против принятого решения и позиции противоположной стороны, основываясь на обстоятельствах, зафиксированных как в самом этом решении, так и в иных значимых для его принятия материалах уголовного дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой статьи 377 УПК РСФСР; определения от 18 декабря 2003 года № 429-О по жалобе граждан Б.А. Березовского, Ю.А. Дубова и А.Ш. Патаркацишвили на нарушение их конституционных прав положениями статей 47, 53, 162 и 195 УПК Российской Федерации и от 4 ноября 2004 года № 430-О по жалобе гражданки О.В. Старовойтовой на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 42, частью восьмой статьи 162 и частью второй статьи 198 УПК Российской Федерации).

Из сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций следует, в частности, что при оспаривании участниками уголовного судопроизводства кассационного определения, принятого по результатам рассмотрения уголовного дела в суде кассационной инстанции, им должна обеспечиваться возможность сослаться на конкретные обстоятельства, которые повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность этого решения. Поэтому такого рода обстоятельства, в том числе касающиеся заявления отводов судьям и другим участникам судебного заседания, их удовлетворения или отклонения, представления сторонами дополнительных материалов, заявления ходатайств об исследовании доказательств и принятия по ним решений, должны получать отражение в материалах уголовного дела, что возможно как путем указания на них непосредственно в кассационном определении, так и путем их фиксации в протоколе судебного заседания. Отсутствие в статье 377 УПК Российской Федерации и в иных статьях данного Кодекса прямого указания на необходимость протоколирования заседания суда кассационной инстанции не препятствует принятию соответствующим судом решения о необходимости ведения такого протокола, что вытекает из положений части четвертой статьи 377 УПК Российской Федерации, предписывающей в случае исследования судом кассационной инстанции доказательств руководствоваться требованиями главы 37 УПК Российской Федерации, определяющей порядок исследования доказательств в суде первой инстанции. Одним же из обязательных элементов этого порядка в соответствии со статьей 259 УПК Российской Федерации является ведение протокола судебного заседания, в котором подлежат отражению, в частности, результаты произведенных в судебном заседании действий по исследованию доказательств.

Таким образом, оспариваемые А.В. Дикиным нормы уголовно-процессуального закона сами по себе не ограничивают право заявителя ходатайствовать об исследовании в заседании суда кассационной инстанции доказательств и участвовать в их исследовании, а также не исключают необходимость отражения имеющих значение для оценки законности и обоснованности принятого судом кассационной инстанции кассационного определения как действий участников судебного заседания, так и действий и решений суда в самом кассационном определении или в протоколе судебного заседания.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Положения статей 377 и 388 УПК Российской Федерации в их конституционно-правовом истолковании, вытекающем из сохраняющих свою силу решений Конституционного Суда Российской Федерации и настоящего Определения, не предполагают возможность произвольного отказа судом кассационной инстанции в удовлетворении ходатайств стороны защиты о приобщении к делу дополнительных материалов и исследовании доказательств и не исключают необходимость отражения в принятых судом кассационной инстанции решениях или в протоколе его заседания действий суда и участников судебного заседания, в том числе связанных с исследованием доказательств и имеющих значение для оценки законности и обоснованности кассационного определения.

2. Признать жалобу гражданина Дикина Александра Витальевича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку разрешение поставленного заявителем вопроса не требует вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---