Определение Конституционного Суда РФ от 06.12.2001 № 297-О

«По жалобе гражданки М.Е. Костровой на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 29 УПК РСФСР и жалобе гражданина П.А. Шлыкова на нарушение его конституционных прав пунктом 7 части первой статьи 303 УПК РСФСР»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 6 декабря 2001 г. № 297-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНКИ М.Е. КОСТРОВОЙ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 29 УПК РСФСР И ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА П.А. ШЛЫКОВА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 7 ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 303 УПК РСФСР

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В. Баглая, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи Ю.М. Данилова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалоб граждан М.Е. Костровой и П.А. Шлыкова,

1. В соответствии с частью четвертой статьи 29 УПК РСФСР, если гражданский иск по уголовному делу остался непредъявленным, суд при постановлении приговора вправе по собственной инициативе разрешить вопрос о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением. Полномочие суда при постановлении приговора в совещательной комнате разрешать вопрос о том, подлежит ли возмещению материальный ущерб, если гражданский иск не был предъявлен, закреплено также в пункте 7 части первой статьи 303 УПК РСФСР.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка М.Е. Кострова оспаривает конституционность части четвертой статьи 29 УПК РСФСР. Как следует из представленных материалов, в июне 2001 года Красноперекопским районным судом города Ярославля в отношении заявительницы (до осуждения работавшей в должности финансового директора ЗАО «Ярославский хлебозавод № 2») был вынесен обвинительный приговор, в котором суд при отсутствии заявленного гражданского иска разрешил вопрос о возмещении материального вреда, причиненного преступлением, и по собственной инициативе взыскал с нее солидарно с другим осужденным в пользу ЗАО «Ярославский хлебозавод № 2» сумму в размере 2914500 рублей. По мнению М.Е. Костровой, оспариваемая норма уголовно — процессуального закона затрагивает ее конституционные права и противоречит статьям 10, 18, 46 (часть 1), 118 (часть 1), 120 (часть 1) и 123 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

В жалобе гражданина П.А. Шлыкова оспаривается конституционность положения пункта 7 части первой статьи 303 УПК РСФСР. Как следует из представленных заявителем материалов, Центральный районный суд города Воронежа приговорил его за совершение ряда преступлений к восьми годам лишения свободы и в отсутствие предъявленного гражданского иска взыскал с него в доход государства 120 рублей за стационарное лечение потерпевшего в больнице. По мнению заявителя, оспариваемая норма противоречит статьям 10 и 118 Конституции Российской Федерации и нарушает его права, гарантированные статьями 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

2. Статья 10 Конституции Российской Федерации относит к основам конституционного строя Российской Федерации разделение государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную, что предполагает самостоятельное выполнение каждой ветвью государственной власти своих специфических, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральным законом функций и полномочий. При этом в соответствии со статьей 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации исключительную компетенцию судебной власти составляет осуществление правосудия. Из названных конституционных норм следует, с одной стороны, что никакой иной орган не может принимать на себя функцию отправления правосудия, а с другой — что на суд не может быть возложено выполнение каких бы то ни было функций, не согласующихся с его положением органа правосудия.

Разрешая уголовное дело, суд на основе исследованных в судебном заседании доказательств формулирует выводы, касающиеся установления тех или иных фактов, подлежащих применению в данном деле норм права и, соответственно, осуждения или оправдания лиц, в отношении которых велось уголовное преследование. При этом, исходя из принципа состязательности в уголовном судопроизводстве (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), предполагается, что возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами, а также потерпевшим. Возложение же на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность этих органов и лиц по осуществлению функции обвинения не согласуется с указанным конституционным предписанием и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия судом, как того требуют статья 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации, а также нормы ратифицированных Российской Федерацией международных договоров (статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

Соответствующие правовые позиции были выражены Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлениях от 28 ноября 1996 года по делу о проверке конституционности статьи 418 УПК РСФСР и от 20 апреля 1999 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 232, 248 и 258 УПК РСФСР. Данные Постановления, а следовательно, и изложенные в них правовые позиции сохраняют свою силу.

Применительно к гражданскому иску в уголовном деле состязательность и равноправие сторон выражаются в первую очередь в том, что истцу и ответчику обеспечиваются равные условия, т.е. суд должен предоставить им реальную возможность соответственно обосновывать исковые требования и возражать по поводу заявленных исковых требований, представлять объяснения и предъявлять документальные материалы. При отсутствии предъявленного гражданского иска суд, рассматривая в совещательной комнате без участия сторон вопросы, связанные с возмещением материального ущерба или морального вреда, фактически принимает на себя осуществление их прав и обязанностей, а подсудимый, являющийся, как правило, ответчиком по гражданскому иску, и потерпевший лишаются права на полную и эффективную судебную защиту, поскольку не имеют возможности в полной мере довести свою позицию по поводу гражданского иска до сведения суда в ходе слушания дела.

Предъявление гражданского иска в уголовном деле является не обязанностью, а правом лица, чьи интересы были нарушены преступлением, а также, когда речь идет о защите государственных интересов или прав граждан, задачей специального органа — прокуратуры. Суд же обязан проверять результаты их деятельности, объективно и беспристрастно решая вопрос о законности и обоснованности предъявляемых лицу претензий. Непредъявление гражданского иска в уголовном процессе может свидетельствовать о том, что потерпевший по каким-либо причинам решил отказаться от него. В этих условиях принятие на себя судом инициативы по возмещению вреда является нарушением принципа диспозитивности в гражданских правоотношениях, может быть расценено как дополнительное выполнение им процессуальной функции обвинения и, по сути, представляет собой возложение на потерпевшего обязанности получить защиту, о которой он не ходатайствовал.

Как отмечалось в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 1999 года по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 325 ГПК РСФСР и от 14 февраля 2000 года по делу о проверке конституционности положений частей третьей, четвертой и пятой статьи 377 УПК РСФСР, конституционно значимым является требование в интересах правосудия (даже при рассмотрении дела в надзорном порядке) обеспечить в гражданском процессе — сторонам, а в уголовном процессе — осужденному, оправданному или защитникам реальную возможность изложить свою позицию относительно всех аспектов дела и довести ее до сведения суда. Очевидно, что рассмотрение судом по собственной инициативе в совещательной комнате вопроса о возмещении материального ущерба лишает такой возможности как потерпевшего, так и подсудимого.

Таким образом, положения части четвертой статьи 29 и пункта 7 части первой статьи 303 УПК РСФСР, наделяющие суд не свойственным функции правосудия правом в отсутствие предъявленного гражданского иска по собственной инициативе, без выяснения позиций сторон и без соблюдения принципов состязательности разрешить вопрос о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, по своей сути аналогичны ранее признанным Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации положениям статей 232, 248, 258, 377 и 418 УПК РСФСР и статьи 325 ГПК РСФСР и в силу части второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами и подлежат отмене в установленном порядке.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43, частью первой статьи 79 и частью второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать жалобы граждан М.Е. Костровой и П.А. Шлыкова не подлежащими дальнейшему рассмотрению в открытом заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленных заявителями вопросов не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

Положения части четвертой статьи 29 УПК РСФСР и пункта 7 части первой статьи 303 УПК РСФСР как аналогичные положениям, ранее признанным Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами и подлежат отмене в установленном порядке.

2. В силу части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» дела граждан М.Е. Костровой и П.А. Шлыкова подлежат пересмотру в установленном порядке.

3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.

4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации», «Российской газете» и «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

---