Определение Конституционного Суда РФ от 24.11.2016 № 2518-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы иностранной организации „ЭРИЭЛЛ ГМБХ“ на нарушение конституционных прав и свобод абзацем вторым пункта 2 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 24 ноября 2016 г. № 2518-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ИНОСТРАННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «ЭРИЭЛЛ ГМБХ» НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД АБЗАЦЕМ ВТОРЫМ ПУНКТА 2 СТАТЬИ 11 НАЛОГОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы иностранной организации «ЭРИЭЛЛ ГМБХ» к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации иностранная организация «ЭРИЭЛЛ ГМБХ» оспаривает конституционность абзаца второго пункта 2 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что для целей данного Кодекса и иных актов законодательства о налогах и сборах в том числе используется понятие «организации», под которым понимаются юридические лица, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также иностранные юридические лица, компании и другие корпоративные образования, обладающие гражданской правоспособностью, созданные в соответствии с законодательством иностранных государств, международные организации, филиалы и представительства указанных иностранных лиц и международных организаций, созданные на территории Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, решением налогового органа иностранной организации «ЭРИЭЛЛ ГМБХ» доначислена недоимка по налогу на добавленную стоимость по операции, связанной со сдачей в аренду оборудования российской организации. Решением арбитражного суда первой инстанции данное решение налогового органа по заявлению иностранной организации «ЭРИЭЛЛ ГМБХ» было признано незаконным. Как указал суд, налоговая обязанность данной иностранной организации перед Российской Федерацией была исполнена налоговым агентом — российской организацией (арендатором оборудования), в связи с чем отсутствуют основания для повторного доначисления недоимки.

Постановлением вышестоящего арбитражного суда решение суда первой инстанции было отменено, выводы налогового органа признаны законными. При этом суд указал, что поскольку заявителем в Российской Федерации было зарегистрировано представительство с постановкой на налоговый учет в качестве налогоплательщика, то и обязанность по уплате налога на добавленную стоимость должна была быть исполнена самой иностранной организацией в лице своего представительства, а не через налогового агента, который в случае ошибочной уплаты налога за иностранную организацию вправе вернуть его из бюджета как излишне уплаченный. Суд также отклонил довод заявителя о том, что договоры аренды оборудования были заключены с российской организацией непосредственно самой иностранной организацией без участия ее представительства в Российской Федерации.

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение признает иностранное лицо и его представительство в Российской Федерации единым налогоплательщиком, в результате чего возлагает на представительство обязанность уплатить налог на добавленную стоимость по операциям иностранного лица, в которых это представительство не участвует. В связи с этим оно противоречит статьям 8, 15 (части 1 и 2), 18, 19 и 57 Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. По смыслу данного конституционного положения, рассматриваемого во взаимосвязи с положениями статей 1 (часть 1), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель при осуществлении налогового регулирования и установлении общих принципов налогообложения и сборов связан требованиями обеспечения конституционных принципов равенства, справедливости и соразмерности в сфере налоговых отношений и вместе с тем располагает достаточной свободой усмотрения при установлении конкретных налогов: он самостоятельно определяет параметры основных элементов налога, в том числе состав налогоплательщиков и объекты налогообложения, стоимостные и (или) количественные показатели, необходимые для определения налоговой базы, порядок исчисления налога, а также основания и порядок освобождения от налогообложения.

Согласно Налоговому кодексу Российской Федерации обязанность по уплате налога возникает при наличии оснований, установленных данным Кодексом (пункт 1 статьи 44). Пунктом 1 статьи 38 этого же Кодекса таким основанием признается объект налогообложения, т.е. реализация товаров (работ, услуг), имущество, прибыль, доход, расход или иное обстоятельство, имеющее стоимостную, количественную или физическую характеристику, с наличием которого законодательство о налогах и сборах связывает возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога; каждый налог имеет самостоятельный объект налогообложения, определяемый по правилам части второй Налогового кодекса Российской Федерации и с учетом положений его статьи 38.

Статья 146 названного Кодекса определяет объект обложения налогом на добавленную стоимость, а также операции, которые не признаются объектом налогообложения в целях главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации. В частности, объектом налогообложения признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146). По смыслу указанного положения, а также с учетом того, что налог на добавленную стоимость — это налог, построенный по территориальному принципу (в отличие от налогов на доходы и прибыль), территориальная характеристика операции по выполнению работ и оказанию услуг является существенным признаком объекта обложения налогом на добавленную стоимость (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15 мая 2012 года № 873-О).

В налоговом регулировании иностранные организации рассматриваются как особые субъекты права, поскольку полномочия государства по взиманию с них налогов наряду со специальными положениями российского законодательства о налогах и сборах регулируются также соответствующими международными налоговыми соглашениями с рядом стран, а возможные меры по налоговому контролю и взысканию налоговых платежей ограничены территорией Российской Федерации и компетенцией налоговых органов. В связи с этим Налоговым кодексом Российской Федерации предусмотрен особый порядок исполнения иностранными организациями налоговой обязанности, который обладает спецификой применительно к конкретному налогу.

При реализации товаров (работ, услуг) местом реализации которых является территория Российской Федерации, налогоплательщиками — иностранными лицами, не состоящими на учете в налоговых органах в качестве налогоплательщиков, сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется и уплачивается в полном объеме налоговыми агентами — лицами, состоящими на учете в налоговых органах, приобретающими на территории Российской Федерации товары (работы, услуги) у указанных иностранных лиц (пункт 1 статьи 161 и пункт 4 статьи 173).

Таким образом, разрешение вопроса об исполнении обязанности по уплате налога на добавленную стоимость самой иностранной организацией или налоговым агентом — ее контрагентом зависит от того обстоятельства, поставлена либо нет иностранная организация (ее представительство) на налоговый учет в Российской Федерации. В случае если иностранная организация в лице своего представительства состоит на налоговом учете в Российской Федерации, на нее возлагается обязанность по уплате сумм налога на добавленную стоимость в отношении совершенных на территории Российской Федерации налогооблагаемых операций. При этом постановка на учет в налоговых органах иностранной организации по месту осуществления ею деятельности на территории Российской Федерации производится через аккредитованные филиал, представительство либо через иные обособленные подразделения (пункт 4 статьи 83).

Что касается оспариваемой заявителем нормы Налогового кодекса Российской Федерации, которая содержит законодательное определение понятия «организации» для целей налогообложения, то она носит общий характер и не регулирует вопросы, связанные с исполнением иностранной организацией обязанности по уплате налога на добавленную стоимость в связи с осуществлением деятельности на территории Российской Федерации. Таким образом, само по себе данное законоположение не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителя в указанном им аспекте.

Разрешение же вопроса об уплате налога на добавленную стоимость иностранной организацией в лице своего представительства либо налоговым агентом в конкретном деле заявителя, как непосредственно связанного с установлением фактических обстоятельств, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, установленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы иностранной организации «ЭРИЭЛЛ ГМБХ», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---