Определение Конституционного Суда РФ от 25.02.2013 № 235-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бобровой Любови Михайловны на нарушение ее конституционных прав положениями пункта 11 части первой статьи 13 и статьи 22 Закона Российской Федерации „О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 25 февраля 2013 г. № 235-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ БОБРОВОЙ ЛЮБОВИ МИХАЙЛОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ ПУНКТА 11 ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 13 И СТАТЬИ 22 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «О СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЕ ГРАЖДАН, ПОДВЕРГШИХСЯ ВОЗДЕЙСТВИЮ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев по требованию гражданки Л.М. Бобровой вопрос о возможности принятия ее жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Л.М. Боброва оспаривает конституционность следующих положений Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-I «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»:

пункта 11 части первой статьи 13, относящего к гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, на которых распространяется действие данного Закона, граждан, выехавших добровольно на новое место жительства из зоны проживания с правом на отселение в 1986 году и в последующие годы;

статьи 22 в той части, в которой данная норма обусловливает возможность предоставления мер социальной поддержки, предусмотренных статьей 17 указанного Закона, гражданам, которые переселились после 30 июня 1986 года на постоянное место жительства в зону отселения или зону проживания с правом на отселение (кроме тех, кто в 1986 году был эвакуирован или добровольно выехал из зоны отчуждения, либо был переселен или выехал добровольно из зоны отселения в 1986 году и в последующие годы) и впоследствии добровольно выехали из указанных зон на новое место жительства, получением ими права выхода на пенсию по основаниям, связанным с проживанием в данной зоне, с учетом времени проживания в других зонах радиоактивного загрязнения вследствие чернобыльской катастрофы.

По мнению заявительницы, оспариваемые положения вступают в противоречие с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46 и 55, поскольку позволяют отказывать в предоставлении мер социальной поддержки (в частности, в обеспечении жилой площадью в льготном порядке) гражданам, которые до аварии на Чернобыльской АЭС проживали с родителями в населенных пунктах, расположенных на территории зоны отселения, выехали оттуда на время учебы и по окончании обучения вернулись туда для постоянного проживания, а впоследствии добровольно выехали из зоны отселения на другое место жительства, и тем самым нарушают конституционные права данной категории граждан.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Л.М. Бобровой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.

Пункт 11 части первой статьи 13 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», распространяющий действие данного Закона на лиц, выехавших добровольно на новое место жительства из зоны проживания с правом на отселение в 1986 году и в последующие годы, не может рассматриваться как затрагивающий конституционные права заявительницы, которая, как следует из материалов жалобы, к указанной категории не относится.

Что касается оспариваемого ею положения статьи 22 названного Закона Российской Федерации, то оно связывает предоставление мер социальной поддержки гражданам, которые переселились после 30 июня 1986 года на постоянное место жительства в зону отселения и впоследствии добровольно выехали из указанной зоны на новое место жительства, с наличием у них права выхода на пенсию со снижением пенсионного возраста с учетом степени радиационного воздействия, определяемой исходя из времени и продолжительности периода проживания в зонах радиоактивного загрязнения вследствие чернобыльской катастрофы, и тем самым преследует цель предупреждения возможных злоупотреблений со стороны граждан, которые, сознавая наличие и степень риска проживания в зоне отселения, добровольно переселяются на указанную территорию, а затем выезжают на другое место жительства. При этом, в изъятие из общего правила, данное условие предоставления мер социальной поддержки, предусмотренных статьей 17 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», не распространяется на граждан, которые в 1986 году и в последующие годы были переселены или выехали добровольно из зоны отселения, вернулись туда для постоянного проживания, однако повторно приняли решение о выезде на другое место жительства.

Следовательно, оспариваемое заявительницей положение статьи 22 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» направлено на обеспечение адресности социальной поддержки, предоставляемой в связи с риском проживания на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, а потому не может рассматриваться как нарушающее ее конституционные права.

Разрешение же вопроса о возможности отнесения Л.М. Бобровой, выехавшей в 1985 году на время обучения в образовательном учреждении среднего профессионального образования из населенного пункта, после аварии на Чернобыльской АЭС оказавшегося в зоне отселения, к числу лиц, добровольно выехавших из зоны отселения, как связанного с установлением и исследованием фактических обстоятельств и предполагающего осуществление контроля за деятельностью судов общей юрисдикции, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бобровой Любови Михайловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---