Определение Конституционного Суда РФ от 05.02.2015 № 233-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы „Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы“ на нарушение конституционных прав и свобод положениями пункта 2 статьи 1 Федерального закона „О третейских судах в Российской Федерации“, пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 8 статьи 9 Федерального закона „О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 5 февраля 2015 г. № 233-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ «ГОРОДСКАЯ КЛИНИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 15 ИМЕНИ О.М. ФИЛАТОВА ДЕПАРТАМЕНТА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ» НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД ПОЛОЖЕНИЯМИ ПУНКТА 2 СТАТЬИ 1 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ТРЕТЕЙСКИХ СУДАХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ», ПУНКТА 1 СТАТЬИ 11 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЧАСТИ 8 СТАТЬИ 9 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О РАЗМЕЩЕНИИ ЗАКАЗОВ НА ПОСТАВКИ ТОВАРОВ, ВЫПОЛНЕНИЕ РАБОТ, ОКАЗАНИЕ УСЛУГ ДЛЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ НУЖД»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Л.О. Красавчиковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы»,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» оспаривает конституционность пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 2002 года № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации», пункта 1 статьи 11 ГК Российской Федерации, а также части 8 статьи 9 Федерального закона от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

Как следует из представленных материалов, решением Арбитражного третейского суда города Москвы от 9 августа 2013 года было удовлетворено требование государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» о расторжении договора, заключенного с ООО «Лидер» по результатам открытого аукциона в электронной форме в соответствии с требованиями Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» и содержащего условие о рассмотрении всех споров и разногласий, возникающих между сторонами, Арбитражным третейским судом города Москвы или Арбитражным судом города Москвы.

Определением Арбитражного суда Московской области от 2 декабря 2013 года, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, удовлетворено заявление государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение указанного решения Арбитражного третейского суда города Москвы о расторжении договора, заключенного с ООО «Лидер», а также о взыскании с последнего расходов по оплате третейского сбора (30 000 руб.) и государственной пошлины (2 000 руб.).

Однако Федеральный арбитражный суд Московского округа постановлением от 20 июня 2014 года по заявлению ООО «Лидер» отменил решение Арбитражного третейского суда города Москвы от 9 августа 2013 года, которым было удовлетворено требование государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» о расторжении договора, заключенного с ООО «Лидер».

В обоснование принятого постановления Федеральный арбитражный суд Московского округа, в частности, указал на то, что споры из контрактов, заключаемых в соответствии с Федеральным законом «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», не могут рассматриваться третейскими судами в силу специфики характера этих правоотношений и совокупности требований, предъявляемых к ним законом, а также ввиду несовместимости законодательных принципов третейского разбирательства и законодательных принципов размещения заказов, в связи с чем решение третейского суда, оформившее расторжение договора, заключенного на основании результатов размещения заказов путем проведения аукциона в электронной форме, согласно названному Федеральному закону принято третейским судом при отсутствии компетенции.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 2014 года в передаче кассационной жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» на постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20 июня 2014 года для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

Поскольку решение Арбитражного третейского суда города Москвы от 9 августа 2013 года было отменено, ООО «Лидер» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения того же суда от 2 декабря 2013 года о выдаче исполнительного листа, содержащего предписание о принудительном исполнении указанного решения третейского суда и взыскании с ООО «Лидер» расходов по оплате третейского сбора (30 000 руб.) и государственной пошлины (2 000 руб.). Определением Арбитражного суда Московской области от 3 декабря 2014 года производство по делу было приостановлено в связи с обращением государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» в Конституционный Суд Российской Федерации с данной жалобой.

По мнению заявителя, взаимосвязанные положения пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», пункта 1 статьи 11 ГК Российской Федерации и части 8 статьи 9 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не допускают рассмотрение третейскими судами споров, связанных с изменением, исполнением, расторжением и недействительностью государственных контрактов, а потому не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 4 (часть 2), 8 (часть 1), 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 45 (часть 2), 47 (часть 1), 55 и 118.

2. Гарантируя государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, Конституция Российской Федерации одновременно закрепляет право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2). К числу таких — общепризнанных в современном правовом обществе — способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обусловливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд — международный коммерческий арбитраж или внутренний третейский суд (постоянно действующий третейский суд или третейский суд, образованный сторонами для решения конкретных споров (ad hoc).

Обращаясь в ряде своих решений (постановления от 4 апреля 2002 года № 8-П, от 17 марта 2009 года № 5-П и от 26 мая 2011 года № 10-П; определения от 26 октября 2000 года № 214-О, от 15 мая 2001 года № 204-О, от 20 февраля 2002 года № 54-О и от 4 июня 2007 года № 377-О-О) к анализу законоположений, определяющих правомочия третейского суда по рассмотрению споров, вытекающих из гражданских правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам:

в Российской Федерации право сторон гражданско-правового спора на его передачу в третейский суд основано на статье 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 8 (часть 1), согласно которой в Российской Федерации гарантируются свобода экономической деятельности и поддержка конкуренции, и статьей 34 (часть 1), закрепляющей право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности;

третейские суды, по смыслу статей 10, 11 (часть 1), 118 (часть 1) и 124 - 128 Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», не осуществляют государственную (судебную) власть и не входят в судебную систему Российской Федерации, состоящую из государственных судов. Это, однако, не означает, что Конституция Российской Федерации исключает тем самым возможность разрешения гражданско-правовых споров между частными лицами в процедуре третейского разбирательства посредством третейских судов, действующих в качестве институтов гражданского общества, наделенных публично значимыми функциями;

предоставление заинтересованным лицам права по своему усмотрению обратиться за разрешением спора в государственный суд (суд общей юрисдикции, арбитражный суд) в соответствии с его компетенцией, установленной законом, или избрать альтернативную форму защиты своих прав и обратиться в третейский суд — в контексте гарантий, закрепленных статьями 45 (часть 2) и 46 Конституции Российской Федерации, — само по себе не может рассматриваться как их нарушение, а, напротив, расширяет возможности разрешения споров в сфере гражданского оборота. Стороны спора, заключая соглашение о его передаче на рассмотрение третейского суда и реализуя тем самым свое право на свободу договора, добровольно соглашаются подчиниться правилам, установленным для конкретного третейского суда. В таких случаях право на судебную защиту, которая — по смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации — должна быть полной, эффективной и своевременной, обеспечивается возможностью обращения в предусмотренных законом случаях в государственный суд, в частности путем подачи заявления об отмене решения третейского суда либо о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Опираясь на приведенные правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 мая 2011 года № 10-П, указав на гражданско-правовой характер спора как критерий его возможного разрешения посредством третейского разбирательства и отметив наличие ограничения сферы компетенции третейских судов, связанное с природой гражданских правоотношений, которые, как следует из статей 8, 19, 34 и 35 Конституции Российской Федерации и конкретизирующей их положения статьи 1 «Основные начала гражданского законодательства» ГК Российской Федерации, основаны на признании равенства участников, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, пришел к выводу о том, что федеральный законодатель в рамках предоставленной ему дискреции (пункты «в», «о» статьи 71 Конституции Российской Федерации) вправе определять — исходя из необходимости обеспечения баланса частных и публичных интересов — перечень видов споров, которые могут быть переданы на рассмотрение третейского суда, в зависимости от их социальной значимости, конкретных условий развития гражданского оборота и социально-экономической системы в целом, укоренения правовых начал рыночного хозяйства, правовой культуры и других факторов и вносить в этот перечень изменения. Такие изменения, однако, не могут осуществляться путем произвольного снижения уже достигнутого уровня гарантированности права участников гражданского оборота на использование для защиты своих прав третейского разбирательства, без учета сложившегося правового регулирования, призванного обеспечивать стабильность и динамизм гражданского оборота и предсказуемость в использовании процессуальных возможностей для его участников.

3. Общие принципы определения категорий споров, которые могут рассматриваться третейским судом по соглашению сторон спора, формы государственного контроля за третейским разбирательством, а также права сторон и заинтересованных лиц по оспариванию результатов рассмотрения дела третейским судом регулируются Федеральным законом «О третейских судах в Российской Федерации».

Согласно названному Федеральному закону третейский суд разрешает споры на основании Конституции Российской Федерации, законов, иных нормативных правовых актов, действующих в Российской Федерации, и принимает решение в соответствии с условиями договора и с учетом обычаев делового оборота (статья 6); третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон (статья 18); решения третейского суда исполняются добровольно; они могут быть оспорены путем подачи заявления об отмене решения в компетентный суд, а также проверены в порядке рассмотрения заявления о принудительном исполнении решения; принудительное исполнение решения третейского суда осуществляется на основе исполнительного листа, выданного компетентным судом; к числу предусмотренных данным Федеральным законом оснований отмены решения и отказа в выдаче исполнительного листа относится установление судом, что спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом и (или) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права (статьи 40, 42, 44 - 46).

Возможность разрешения гражданско-правовых споров посредством третейского разбирательства закреплена в гражданском законодательстве. Согласно пункту 1 статьи 11 ГК Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд. Соответственно, в силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, возникающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

3.1. В соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд является разновидностью договора купли-продажи, регулируемого главой 30 «Купля-продажа» ГК Российской Федерации. В связи с тем что такой договор поставки имеет ряд особенностей, Гражданский кодекс Российской Федерации выделяет его из общего ряда договоров купли-продажи в самостоятельный вид хозяйственного договора посредством установления ряда специальных норм, объединенных в параграфе 4 «Поставка товаров для государственных или муниципальных нужд» главы 30 ГК Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 525 ГК Российской Федерации определено, что поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки. Причем согласно пункту 2 статьи 525 ГК Российской Федерации к отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522 ГК Российской Федерации), если иное не предусмотрено нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 527 ГК Российской Федерации государственный или муниципальный контракт заключается на основе заказа на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, размещаемого в порядке, предусмотренном законодательством о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд.

3.2. Федеральный закон «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» (утратил силу с 1 января 2014 года в связи с принятием Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд») был принят в целях регулирования отношений, связанных с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг как для государственных и муниципальных нужд, так и для нужд бюджетных учреждений (статья 1).

Кроме государственных заказчиков, которыми выступают, соответственно, государственные органы (в том числе органы государственной власти), органы управления государственными внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов при размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг за счет бюджетных средств и внебюджетных источников финансирования (статья 4), в круг субъектов, участвующих в гражданском обороте и выступающих заказчиками в области закупок товаров, выполнения работ и оказания услуг входят также бюджетные учреждения, государственные или муниципальные автономные учреждения, государственные корпорации, государственные компании, фонды и автономные некоммерческие организации и государственные унитарные предприятия.

Указанные организации, обладая специальной правоспособностью, участвуют в гражданском обороте в пределах, определенных законом, собственником и в соответствии с целями своей деятельности. С 1 января 2012 года для таких учреждений и организаций (за исключением бюджетных учреждений, фондов и автономных некоммерческих организаций) были установлены единые правила закупок товаров, работ, услуг, регламентированные Федеральным законом от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», определяющим, что закупки данными юридическими лицами осуществляются путем проведения открытых торгов в форме конкурса или аукциона, в том числе открытого аукциона в электронной форме, и иными способами, установленными ими в положениях о закупке.

Что касается, в частности, бюджетных учреждений, то, как разъяснило Министерство экономического развития Российской Федерации в письме от 4 октября 2011 года № Д28-418, все закупки товаров, работ, услуг, осуществляемые бюджетным учреждением для государственных нужд за счет средств соответствующего бюджета, включая средства, получаемые по утвержденной смете, и за счет внебюджетных источников финансирования, включая средства от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности, которые косвенно являются составными частями доходов бюджета, должны осуществляться в соответствии с процедурами Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ.

Так, в силу части 1 статьи 3 и части 1 статьи 9 названного Федерального закона потребности в товарах, работах, услугах соответствующих бюджетных учреждений обеспечиваются федеральными бюджетными учреждениями, бюджетными учреждениями субъектов Российской Федерации (независимо от источников финансового обеспечения) посредством заключения гражданско-правовых договоров бюджетного учреждения на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг, под которым в целях этого Федерального закона понимается договор, заключаемый от имени бюджетного учреждения.

Подобное регулирование, установленное федеральным законодателем, в частности, для бюджетных учреждений, обусловлено особенностями данного типа государственных и муниципальных учреждений, закрепленных в том числе Федеральным законом от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (статья 9.2). Так, бюджетным учреждением признается некоммерческая организация, созданная Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий соответственно органов государственной власти (государственных органов) или органов местного самоуправления в сферах науки, образования, здравоохранения, культуры, социальной защиты, занятости населения, физической культуры и спорта, а также в иных сферах (пункт 1); бюджетное учреждение осуществляет свою деятельность в соответствии с предметом и целями деятельности, определенными в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами, муниципальными правовыми актами и уставом (пункт 2); для бюджетного учреждения Закон предусматривает и регламентирует формирование, утверждение и исполнение государственных (муниципальных) заданий, реализуемых за счет субсидий из государственного бюджета на выполнение государственного задания (пункт 6); бюджетному учреждению запрещено отказываться от выполнения государственного (муниципального) задания.

Вместе с тем деятельность бюджетных учреждений не ограничивается указанными заданиями. Согласно пункту 4 статьи 9.2 Федерального закона «О некоммерческих организациях» бюджетное учреждение вправе сверх установленного государственного (муниципального) задания, а также в случаях, определенных федеральными законами, в пределах установленного государственного (муниципального) задания выполнять работы, оказывать услуги, относящиеся к его основным видам деятельности, предусмотренным его учредительным документом, в сферах, указанных в пункте 1 данной статьи; бюджетное учреждение вправе осуществлять иные виды деятельности, не являющиеся основными видами деятельности, лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых оно создано, и соответствующие указанным целям, при условии, что такая деятельность указана в его учредительных документах.

В связи с введением в действие Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» с 1 января 2014 года бюджетные учреждения осуществляют закупки за счет субсидий, предоставленных из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, и иных средств в соответствии с требованиями данного Федерального закона, а при определенных условиях — согласно положениям Федерального закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

4. Нарушение своих прав, закрепленных статьями 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 45 (часть 2), 47 (часть 1) и 55 Конституции Российской Федерации, государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы» усматривает в применении в его деле положений пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», пункта 1 статьи 11 ГК Российской Федерации, а также части 8 статьи 9 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», согласно которой расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда или в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. На данные положения, в числе прочих, арбитражный суд сослался при отмене решения третейского суда, которым были удовлетворены исковые требования заявителя о расторжении договора на оказание услуг по техническому обслуживанию зданий, сооружений, инженерного оборудования, вентиляционных систем и систем кондиционирования воздуха в объеме, установленном в техническом задании согласно приложению к договору, являющемуся его неотъемлемой частью.

Между тем вывод о том, что спор заявителя в данном случае не может быть предметом третейского разбирательства, сделан арбитражным судом в результате исследования и оценки юридических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения вопроса о нарушении третейским судом основополагающих принципов российского права с учетом оценки фактических обстоятельств, свидетельствующих, по мнению суда, о наличии существенной публично-правовой специфики характера спорных правоотношений. При этом сама возможность отмены арбитражным судом решения третейского суда, основания которой предусмотрены статьей 42 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» и статьей 233 АПК Российской Федерации, также не может рассматриваться как нарушающая конституционное право заявителя на судебную защиту, поскольку, как уже отмечалось, третейское разбирательство является одной из альтернативных форм защиты гражданских прав, третейский суд не относится к органам осуществления правосудия (статья 118, часть 2 Конституции Российской Федерации) и, соответственно, отмена решения третейского суда не препятствует его участникам впоследствии обратиться за защитой нарушенных прав или законных интересов вновь в третейский суд либо по подведомственности в суд общей или арбитражной юрисдикции (статья 43 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», часть третья статьи 422 ГПК Российской Федерации и часть 3 статьи 234 АПК Российской Федерации).

Таким образом, оспариваемые законоположения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителя.

Проверка же законности и обоснованности правоприменительных решений, состоявшихся в деле с участием заявителя, в том числе в части квалификации судами различных инстанций правовой природы требования о расторжении договора, заключенного по результатам открытого аукциона в электронной форме в соответствии с требованиями Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», как вытекающего из публично-правовых отношений, исключающей возможность рассмотрения этого спора третейскими судами, а также в части установления данной возможности при наличии содержащейся в договоре альтернативной оговорки о рассмотрении всех споров и разногласий, возникающих между сторонами, третейским либо государственным судом, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 15 имени О.М. Филатова Департамента здравоохранения города Москвы», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---