Определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2015 № 2250-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Смирнова Александра Анатольевича на нарушение его конституционных прав статьей 1 Федерального закона „О приостановлении действия части второй статьи 43 Закона Российской Федерации „О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей“ в связи с Федеральным законом „О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов“, частью 9 статьи 8 Федерального закона „О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов“, а также частями первой и третьей статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 29 сентября 2015 г. № 2250-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА СМИРНОВА АЛЕКСАНДРА АНАТОЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 1 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ПРИОСТАНОВЛЕНИИ ДЕЙСТВИЯ ЧАСТИ ВТОРОЙ СТАТЬИ 43 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ „О ПЕНСИОННОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ ЛИЦ, ПРОХОДИВШИХ ВОЕННУЮ СЛУЖБУ, СЛУЖБУ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ, ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОТИВОПОЖАРНОЙ СЛУЖБЕ, ОРГАНАХ ПО КОНТРОЛЮ ЗА ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, УЧРЕЖДЕНИЯХ И ОРГАНАХ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ, И ИХ СЕМЕЙ“ В СВЯЗИ С ФЕДЕРАЛЬНЫМ ЗАКОНОМ „О ФЕДЕРАЛЬНОМ БЮДЖЕТЕ НА 2015 ГОД И НА ПЛАНОВЫЙ ПЕРИОД 2016 И 2017 ГОДОВ“, ЧАСТЬЮ 9 СТАТЬИ 8 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА „О ФЕДЕРАЛЬНОМ БЮДЖЕТЕ НА 2015 ГОД И НА ПЛАНОВЫЙ ПЕРИОД 2016 И 2017 ГОДОВ“, А ТАКЖЕ ЧАСТЯМИ ПЕРВОЙ И ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 67 ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.А. Смирнова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.А. Смирнов оспаривает конституционность следующих законоположений:

статьи 1 Федерального закона от 1 декабря 2014 года № 397-ФЗ «О приостановлении действия части второй статьи 43 Закона Российской Федерации „О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей“ в связи с Федеральным законом „О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов“ (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29 июня 2015 года № 173-ФЗ), которой до 1 января 2016 года приостанавливается действие части второй статьи 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 „О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей“;»

части 9 статьи 8 Федерального закона от 1 декабря 2014 года № 384-ФЗ «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов» (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 20 апреля 2015 года № 93-ФЗ), согласно которой размер денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсии в соответствии со статьей 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1, с 1 января 2015 года составляет 62,12 процента от размера указанного денежного довольствия;

частей первой и третьей статьи 67 ГПК Российской Федерации, устанавливающих критерии оценки доказательств.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 15 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку умаляют право пенсионеров из числа бывших военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов на повышение с 1 января 2015 года размера денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсии, на 2 процента, а также препятствуют его защите в рамках конституционного судопроизводства, позволяя судам произвольно отказывать в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности федерального закона, а также в оценке доказательств о неконституционности отдельных положений федерального закона.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

2.1. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, правил исчисления их размеров, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

Закрепление механизма исчисления пенсий и определение порядка индексации как одного из способов повышения их размеров также являются компетенцией законодателя, который вправе, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности, а также стабильности и гарантированности прав граждан.

Действуя в рамках предоставленных ему полномочий, федеральный законодатель в Законе Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» определил состав денежного довольствия, из которого исчисляются пенсии, назначаемые лицам, подпадающим под действие данного Закона (часть первая статьи 43), и основания пересмотра размера пенсий, в том числе обусловленные увеличением денежного довольствия соответствующих категорий военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы исходя из уровня увеличения денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсий (пункт «а» части первой статьи 49).

В связи с реформированием с 1 января 2012 года системы денежного довольствия военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел в законодательство о пенсионном обеспечении указанных лиц внесены положения, изменяющие как правила учета денежного довольствия для исчисления пенсий при установлении его ежегодного увеличения (с 54 процентов) на 2 процента начиная с 2013 года до достижения 100 процентов его размера, так и основания пересмотра размера пенсий с учетом указанного увеличения денежного довольствия (часть вторая статьи 43 и пункт «б» части первой статьи 49 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1).

Наряду с этим в части второй статьи 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 законодатель также предусмотрел возможность дополнительного увеличения денежного довольствия федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период с учетом уровня инфляции (потребительских цен).

В целях реализации данного правила Федеральным законом от 3 декабря 2012 года № 216-ФЗ «О федеральном бюджете на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов» было предусмотрено установление денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсии в соответствии со статьей 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1, с 1 января 2013 года в объеме 56 процентов, а с 1 октября 2013 года — 58,05 процента от размера указанного денежного довольствия (часть 9 статьи 10).

Аналогичное регулирование было установлено Федеральным законом от 2 декабря 2013 года № 349-ФЗ «О федеральном бюджете на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов», согласно части 9 статьи 9 которого указанное денежное довольствие, подлежащее учету при исчислении пенсии, с 1 января 2014 года составляло 60,05 процента, с 1 октября 2014 года — 62,12 процента. Тем самым в 2013 и 2014 годах были заданы опережающие темпы доведения величины денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсий военным пенсионерам, до ее максимального уровня.

Учитывая данное обстоятельство и исходя из имеющегося на эти цели объема финансовых средств, законодатель принял облеченное в форму специального федерального закона решение о приостановлении до 1 января 2016 года действия части второй статьи 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 (статья 1 Федерального закона от 1 декабря 2014 года № 397-ФЗ).

Одновременно с этим законодатель, принимая во внимание осуществление в период 2013 — 2014 годов правового регулирования по установлению величины денежного довольствия, подлежащего учету при исчислении пенсий, федеральным законом о федеральном бюджете и стремясь обеспечить его преемственность в условиях приостановления действия части второй статьи 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1, воспроизвел в части 9 статьи 8 Федерального закона «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов» (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 20 апреля 2015 года № 93-ФЗ) значение величины такого денежного довольствия, достигнутое в порядке ее опережающего доведения до максимального уровня, и предусмотрел, что с 1 января 2015 года размер денежного довольствия, учитываемого при исчислении пенсии в соответствии со статьей 43 названного Закона Российской Федерации, составляет 62,12 процента от размера указанного денежного довольствия.

Тем самым законодатель, по существу, заявил о своем намерении в целях компенсации возможных негативных последствий данного решения в течение 2015 года обеспечить дополнительное увеличение денежного довольствия, подлежащего учету при исчислении пенсий. Такое намерение было реализовано им в Федеральном законе от 20 апреля 2015 года № 93-ФЗ, изложившем в новой редакции статью 8 Федерального закона «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов», частью 10 которой было предусмотрено, что с 1 октября 2015 года размер такого денежного довольствия составит 66,78 процента.

Следовательно, основанное на оспариваемых заявителем положениях статьи 1 Федерального закона от 1 декабря 2014 года № 397-ФЗ и части 9 статьи 8 Федерального закона «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов» правовое регулирование установлено законодателем в пределах дискреционных полномочий, прямо предусмотренных пунктом 6 статьи 192 Бюджетного кодекса Российской Федерации, направлено на обеспечение баланса частных и публичных интересов, в том числе за счет последующего увеличения размера денежного довольствия, подлежащего учету при исчислении пенсий, а потому не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.

Разрешение же вопроса об оценке его целесообразности и экономической обоснованности в силу статьи 125 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, который решает исключительно вопросы права.

2.2. Одной из важнейших задач гражданского судопроизводства является правильное разрешение гражданских дел (статья 2 ГПК Российской Федерации). Суд в силу части второй статьи 12 и части второй статьи 56 ГПК Российской Федерации осуществляет общее руководство процессом, в том числе определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, а также выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, что является необходимым условием для достижения указанной цели.

Именно из принципа судейского руководства процессом, а также принципа самостоятельности судебной власти вытекает закрепленное в статье 67 ГПК Российской Федерации дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия. При этом доказательства по делу оцениваются судом не произвольно, а исходя из конституционного принципа подчинения судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившего свое развитие в пункте 1 статьи 3 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» и части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которым судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты и только на их основе разрешать гражданские дела. Гарантией же соблюдения судом указанных требований являются установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений судами вышестоящих инстанций и основания для их отмены или изменения.

Проверка же федеральных законов на соответствие Конституции Российской Федерации прямо отнесена положениями Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, и лицо, к которому закон, затрагивающий его права, применялся в конкретном деле, вправе реализовать свое конституционное право на судебную защиту, обратившись с соответствующей жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации.

Что касается права суда на обращение с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, то оно может быть реализовано в случаях, когда у него имеются сомнения или возникает неопределенность в вопросе о соответствии Конституции Российской Федерации подлежащего применению закона при рассмотрении конкретного дела. По смыслу статьи 120, часть 1, Конституции Российской Федерации, применяя закон в конкретном деле, суд общей юрисдикции, арбитражный суд должны убедиться в его конституционности. При рассмотрении дела в любой инстанции, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации закона, подлежащего применению в указанном деле, суд обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности данного закона (часть первая статьи 101 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Таким образом, оспариваемые заявителем положения частей первой и третьей статьи 67 ГПК Российской Федерации не содержат какой-либо неопределенности и не могут расцениваться как нарушающие указанные в жалобе конституционные права заявителя.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Смирнова Александра Анатольевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---