Определение Конституционного Суда РФ от 11.10.2016 № 2025-О-Р

«Об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Шматкова Николая Карповича о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года № 29-П»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 11 октября 2016 г. № 2025-О-Р

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ХОДАТАЙСТВА ГРАЖДАНИНА ШМАТКОВА НИКОЛАЯ КАРПОВИЧА О РАЗЪЯСНЕНИИ ПОСТАНОВЛЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 19 НОЯБРЯ 2015 ГОДА № 29-П

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи Ю.Д. Рудкина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение ходатайства гражданина Н.К. Шматкова,

1. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 ноября 2015 года № 29-П, принятом в связи с жалобой гражданина Н.К. Шматкова, признал пункт 1 статьи 10 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2) и 53, в той мере, в какой содержащееся в нем положение во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями позволяло не включать в страховой стаж гражданина, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированного, период, в течение которого он был временно отстранен от должности (работы) в связи с решением органа, осуществляющего уголовное преследование, о применении к нему данной меры процессуального принуждения, и тем самым препятствовало восстановлению его пенсионных прав.

Согласно пункту 3 резолютивной части названного Постановления правоприменительные решения по делу Н.К. Шматкова, основанные на пункте 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в той мере, в какой содержащиеся в нем нормативные положения признаны Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, подлежали пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.

В связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации данного Постановления Н.К. Шматков обратился в Октябрьский районный суд города Новосибирска с иском о восстановлении пенсионных прав, заявляя требования о признании восстановленным его трудового и страхового стажа за период с 20 октября 2009 года по 2 ноября 2010 года (в течение данного периода органы службы занятости не обеспечили его трудоустройство на работу, равноценную осуществлявшейся до незаконного уголовного преследования); о признании его среднемесячного заработка за 2000 — 2001 годы для расчета пенсии установленным в размере 19 284,06 руб.; о возложении на Пенсионный фонд Российской Федерации обязанности включить в его трудовой и страховой стаж в тройном размере время содержания под стражей с 3 апреля 1998 года по 17 мая 1999 года и период отстранения от должности с 26 января 1995 года по 28 января 2004 года (дата ликвидации юридического лица, выступавшего работодателем), а также включить в его страховой стаж период с 29 января 2004 года по 2 ноября 2010 года и произвести перерасчет пенсии с 3 ноября 2010 года исходя из заработной платы по должности в международном акционерном коммерческом банке «Восток», установленной постановлением Центрального районного суда города Новосибирска от 15 марта 2012 года и проиндексированной по состоянию на 3 ноября 2010 года; о возложении на Министерство финансов Российской Федерации обязанности перечислить в Пенсионный фонд Российской Федерации для зачисления на индивидуальный лицевой счет Н.К. Шматкова денежные средства в порядке исполнения данной обязанности за страхователя в общей сумме 760 664 руб. (в том числе за период с 1 января 2002 года по 28 января 2004 года — в тройном размере, за период с 29 января 2004 года по 2 ноября 2010 года — в одинарном размере) с ее индексацией на день вынесения решения.

Решением Октябрьского районного суда города Новосибирска от 10 мая 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 2 августа 2016 года, исковые требования Н.К. Шматкова были удовлетворены частично: на Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Советском районе города Новосибирска была возложена обязанность включить в страховой стаж заявителя период отстранения от работы с 1 января 2002 года по 28 января 2004 года и произвести с 3 ноября 2010 года (дата назначения трудовой пенсии) перерасчет размера пенсии с учетом страховых взносов в сумме 64 884,71 руб., начисленных за этот период, а на Министерство финансов Российской Федерации — обязанность перечислить за счет казны Российской Федерации в Пенсионный фонд Российской Федерации на индивидуальный лицевой счет заявителя страховые взносы за период с 1 января 2002 года по 28 января 2004 года в названной сумме. В остальной части требования Н.К. Шматкова были оставлены без удовлетворения.

Н.К. Шматков, полагающий, что восстановление его нарушенных пенсионных прав в полном объеме обеспечено не было, просит разъяснить Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года № 29-П, ответив — исходя из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в данном Постановлении, — на вопросы о возможности зачета в страховой стаж периода, когда он не работал после ликвидации международного коммерческого банка «Восток», от работы в котором он был отстранен в связи с уголовным преследованием, и к нему применялась мера пресечения в виде подписки о невыезде, и периода после вступления в силу оправдательного приговора, когда он не мог осуществлять трудовую деятельность, в частности из-за непредоставления ему органами службы занятости работы, равноценной выполнявшейся до применения к нему незаконного уголовного преследования, в порядке реабилитации, а также о возможности возложения на Министерство финансов Российской Федерации обязанности по перечислению в Пенсионный фонд Российской Федерации страховых взносов за указанные периоды в порядке исполнения такой обязанности за страхователя.

2. По смыслу статьи 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», официальное разъяснение Конституционным Судом Российской Федерации вынесенного им решения дается только в рамках предмета этого решения и лишь по тем требующим дополнительного истолкования вопросам, которые были предметом рассмотрения в судебном заседании; ходатайство о разъяснении не подлежит удовлетворению, если поставленные в нем вопросы не требуют какого-либо дополнительного истолкования решения по существу или предполагают необходимость формулирования новых правовых позиций, не нашедших в нем отражения.

Исходя из того, что права Н.К. Шматкова затрагивались пунктом 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» постольку, поскольку в его страховой стаж не был засчитан период со дня вступления в силу Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» до ликвидации международного коммерческого акционерного банка «Восток» (с 1 января 2002 года по 28 января 2004 года), в течение которого он не работал в связи с отстранением от должности (работы), названная норма явилась предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по данному делу постольку, поскольку на ее основании после 1 января 2002 года решался вопрос о включении в страховой стаж гражданина, незаконно привлеченного к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированного, периодов, в течение которых он не работал в связи с отстранением от должности (работы), если такое отстранение явилось следствием решения органа, осуществлявшего в отношении этого гражданина уголовное преследование (абзац четвертый пункта 1.2 мотивировочной части Постановления от 19 ноября 2015 года № 29-П).

Признавая пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой содержащееся в нем нормативное положение во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями позволяло не включать в страховой стаж гражданина, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированного, период, в течение которого он был временно отстранен от должности (работы) в связи с решением органа, осуществляющего уголовное преследование, о применении к нему данной меры процессуального принуждения, и тем самым препятствовало восстановлению его пенсионных прав, Конституционный Суд Российской Федерации одновременно предусмотрел, что до внесения в законодательство вытекающих из данного Постановления изменений в страховой стаж реабилитированного лица должен включаться весь период отстранения его от должности (работы) по правилам, предусмотренным для периода содержания под стражей. При этом федеральному законодателю было дано поручение внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на создание правового механизма восстановления пенсионных прав реабилитированных лиц, т.е. гарантирующего им пенсионное обеспечение на тех условиях, которые применялись бы к ним в случае отсутствия незаконного или необоснованного уголовного преследования.

Как следует из представленных в Конституционный Суд Российской Федерации материалов, период отстранения Н.К. Шматкова от работы со дня вступления в силу Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» до момента ликвидации международного акционерного коммерческого банка «Восток» (с 1 января 2002 года по 28 января 2004 года) был включен в его страховой стаж и взносы за этот период перечислены в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Поставленный же в ходатайстве Н.К. Шматкова вопрос о возможности зачета в его страховой стаж периода, когда он, находясь под подпиской о невыезде, не работал после ликвидации международного акционерного коммерческого банка «Восток», от работы в котором был отстранен в связи с уголовным преследованием, и периода после вступления в законную силу оправдательного приговора, в течение которого он не был трудоустроен на равноценную работу органами службы занятости, не являлся предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19 ноября 2015 года № 29-П, равно как не исследовался Конституционным Судом Российской Федерации и вопрос о возложении на Министерство финансов Российской Федерации обязанности по перечислению в Пенсионный фонд Российской Федерации страховых взносов в порядке исполнения такой обязанности за страхователя за указанные периоды.

Соответственно, данное ходатайство не может быть принято Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью первой статьи 79 и статьей 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Шматкова Николая Карповича о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года № 29-П.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному ходатайству окончательно и обжалованию не подлежит.

---