Определение Верховного Суда РФ от 21.01.2003 № 19-Г03-1

<Об оставлении без изменения решения Ставропольского краевого суда от 15 ноября 2002 года, которым отказано в удовлетворении заявления об отмене решения окружной избирательной комиссии Ставропольского одномандатного избирательного округа № 55 о результатах выборов депутата ГД ФС РФ третьего созыва>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 21 января 2003 г. № 19-Г03-1

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

    председательствующего                            Кнышева В.П.,
    судей                                        Корчашкиной Т.Е.,

                                               Зелепукина А.Н.

рассмотрела в судебном заседании от 21 января 2003 г. дело по заявлению Траспова Александра Михайловича об отмене решения окружной избирательной комиссии Ставропольского одномандатного избирательного округа № 55 о результатах выборов депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации третьего созыва, признании результатов выборов депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации третьего созыва по Ставропольскому одномандатному избирательному округу № 55 недействительными, по кассационной жалобе Траспова Александра Михайловича на решение Ставропольского краевого суда от 15 ноября 2002 г., которым в удовлетворении заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корчашкиной Т.Е., объяснения Траспова А.М., представителя ЦИК РФ Галушко И.В. (довер. № 05-16/187 от 21.01.2003), представителя Ивер В.М — Борисовой Е.П. (довер. № 218-055 от 07.10.2002), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

19 декабря 1999 г. по Ставропольскому одномандатному избирательному округу № 55 состоялись выборы депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации третьего созыва. Депутатом по названному избирательному округу избран Ивер В.М.

Траспов А.М. обратился в суд с заявлением об отмене решения указанной окружной избирательной комиссии о результатах выборов депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации третьего созыва, признании результатов выборов депутата названного уровня недействительными, назначении повторных выборов депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, ссылаясь на то, что постановлениями окружной избирательной комиссии ему было отказано в регистрации кандидатом в депутаты указанного уровня. Поскольку впоследствии эти постановления решениями судов были признаны недействительными, считает, что его избирательные права нарушены тем, что он не смог осуществить конституционное право быть избранным в органы государственной власти, а избиратели — выразить свое волеизъявление, что существенно повлияло на результаты выборов.

Решением Ставропольского краевого суда от 15 сентября 2000 г., оставленным без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2000 г., в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 31 июля 2002 г. вышеуказанные судебные постановления были отменены и дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Уточнив свои требования, Траспов А.М., кроме того, указал, что Конституционным Судом Российской Федерации 15 января 2002 года принято Постановление о признании не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 3 (части 1, 2 и 3), 32 (части 1 и 2) и 46 (части 1 и 2) содержащиеся в п. 3 ст. 64 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и п. 3 ст. 92 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» положения, которые при незаконном отказе в регистрации кандидата ограничивают полномочия суда по отмене итогов голосования, результатов выборов и выявлению адекватности отражения реальной воли избирателей, подменяя такое выявление формальным определением достоверности результатов волеизъявления избирателей, принявших участие в голосовании, чем умаляются и ограничиваются избирательные права и право граждан на судебную защиту, и в силу п. 3, 6 ст. 77 ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Поэтому, по его мнению, итоги названных выборов по указанному избирательному округу должны быть признаны недействительными.

Определением Ставропольского краевого суда от 27 сентября 2002 г. производство по делу по заявлению Траспова А.М. в части назначения повторных выборов депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по Ставропольскому одномандатному избирательному округу № 55 производством прекращено в связи с отказом от заявленных требований в указанной части.

Решением Ставропольского краевого суда от 15 ноября 2002 г. в удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе Траспова А.М. поставлен вопрос об отмене решения суда в связи с неправильным применением и толкованием норм материального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для ее удовлетворения.

Судом установлено, что Постановлением окружной избирательной комиссии от 6 октября 1999 г. Траспову А.М. отказано в регистрации кандидатом в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по основаниям нарушения избирательного законодательства. Это Постановление решением Ставропольского краевого суда от 19 октября 1999 г. признано незаконным с момента принятия. Затем Постановлением той же избирательной комиссии от 22 октября 1999 г. Траспову А.М. вновь отказано в регистрации кандидатом в депутаты названного уровня.

19 декабря 1999 г. состоялись выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. В соответствии с протоколом № 1 от 19 декабря 1999 года о результатах выборов по Ставропольскому избирательному одномандатному округу № 55 избранным депутатом признан Ивер В.М., за него подано наибольшее число голосов избирателей — 52335, которое значительно превышает число голосов, поданных против всех кандидатов — 23975, и число недействительных бюллетеней — 6293, а всего число избирателей, принявших участие в выборах, составило 290440 человек, то есть 59,13% от списочного состава зарегистрированных избирателей (л.д. 34 — 35). Судом также установлено, что в соответствии с протоколами территориальных избирательных комиссий результаты и итоги выборов признаны действительными и в дальнейшем никем не обжаловались и не опротестовывались.

Решением Ставропольского краевого суда от 4 июля 2000 г. Постановление избирательной комиссии от 22 октября 1999 г. об отказе в регистрации Траспова А.М. кандидатом в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации признано недействительным.

Таким образом, на момент проведения выборов Траспов А.М. не был включен в избирательные бюллетени в качестве кандидата в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления Траспова А.М., суд первой инстанции правомерно исходил из того, что вышеприведенные результаты голосования на основании ст. 58 Федерального закона от 19 июля 1997 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и ст. 79 Федерального закона № 121-ФЗ от 24 июня 1999 года «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» предоставляли право окружной избирательной комиссии принять решение о признании выборов состоявшимися и определить их итоги. То обстоятельство, что Траспов А.М. не был включен в избирательный бюллетень, само по себе не могло являться основанием для признания итогов выборов недействительными.

Признавая факт нарушения избирательного права Траспова А.М. по участию в названных выборах в качестве кандидата, суд правильно указал на то, что защита избирательного права Траспова А.М. не должна осуществляться в отрыве от реализации активного избирательного права граждан, принявших участие в голосовании.

При этом суд учел не только упомянутое выше Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2002 г. № 1-П. Суд правильно исходил из того, что восстановление нарушенного пассивного избирательного права гражданина должно осуществляться с соблюдением принципа соразмерности (пропорциональности), сущность которого раскрыта Конституционным Судом в других его постановлениях. Принцип соразмерности предполагает восстановление не только пассивного избирательного права кандидата, но и соблюдение активного избирательного права граждан, прав других кандидатов и избранного по данному округу депутата Государственной Думы. Иначе, в случае признания выборов недействительными, по существу происходит привлечение их к конституционно-правовой ответственности без вины, что недопустимо в принципе.

Так, в своем Постановлении от 11.06.2002 Конституционный Суд РФ (абзац 2 пункта 4.3 констатирующей части) указал, что отмена итогов голосования, результатов выборов связана с обнаружением таких существенных нарушений избирательного процесса, вследствие которых не были обеспечены надлежащие условия для подлинно свободного волеизъявления избирателей, и которые тем самым привели к неадекватному отражению действительной воли избирателей в итогах голосования. При этом суд, решая вопрос об отмене итогов голосования, результатов выборов, в силу статей 3 (части 1, 2 и 3), 32 (части 1 и 2) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации не вправе ограничиваться формальным определением достоверности результатов волеизъявления избирателей, принявших участие в голосовании, а должен установить, что обнаруженные существенные нарушения в ходе выборов привели к искажению воли избирателей или воспрепятствовали ее адекватному отражению в итогах голосования, результатов выборов. В противном случае не обеспечивается эффективная судебная защита избирательных прав граждан и реализация конституционного принципа свободных и равных выборов.

Из материалов дела усматривается, что суд тщательно исследовал представленные доказательства и пришел к выводу о том, что существенных нарушений избирательного процесса, которые бы привели к искажению воли избирателей или воспрепятствовали бы ее адекватному отражению в итогах голосования, не установлено: отсутствовали жалобы избирателей, замечания наблюдателей, в том числе международных, на незаконное отстранение Траспова А.М. от участия в выборах в качестве кандидата.

По смыслу п. 6 ст. 51 ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» воля избирателей может быть выражена голосованием не только за или против отдельных кандидатов, но в форме голосования против всех внесенных в избирательный бюллетень кандидатов. Такое волеизъявление означает в условиях свободных выборов не безразличное, а негативное отношение избирателей ко всем зарегистрированным и внесенным в избирательный бюллетень кандидатам.

Анализируя результаты голосования, суд первой инстанции учел вышеназванные положения Федерального закона и правовую позицию, сформулированную Конституционным Судом (п. 3 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 июня 1998 г. № 17-П), о том, что выборы, как способ выявления воли народа и самоуправления, от его имени осуществляющих публичную власть, основаны на приоритете воли большинства избирателей, принявших участие в голосовании.

В данном случае, настаивая на признании итогов выборов недействительными, заявитель указывает, что таким образом будет компенсировано его нарушенное избирательное право.

С таким доводом согласиться нельзя, поскольку итоги (результаты) выборов могут быть признаны недействительными только по основаниям, установленным законом. Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» в редакции, действовавшей на момент возникновения указанных правоотношений и на день рассмотрения данного дела, не предусматривал в качестве основания для признания итогов выборов недействительными наличие лишь одного обстоятельства о незаконном отказе в регистрации кандидата. Пункты 3 и 6 ст. 77 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», вступившего в законную силу 25 июня 2002 г., также установили, что названное решение может быть принято, если перечисленные в названных пунктах нарушения (и в том числе незаконный отказ в регистрации кандидата) не позволяют выявить действительную волю избирателей.

В рассматриваемом же случае вышеприведенные итоги голосования, проведенного с соблюдением установленного законом порядка, свидетельствовали о выраженной воле избирателей и являлись достаточным основанием для принятия избирательной комиссией решения о признании выборов состоявшимися и для определения их итогов.

Отмена итогов голосования в данном случае не может служить компенсацией заявителю его нарушенного пассивного избирательного права.

Требований о возмещении компенсации, носящей материальный или моральный характер (за исключением требований о назначении повторных выборов, от которых заявитель отказался), Трасповым А.М. не заявлялось.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 304, 305 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

решение Ставропольского краевого суда от 15 ноября 2002 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Траспова Александра Михайловича — без удовлетворения.

---