Определение Конституционного Суда РФ от 17.01.2012 № 175-О-О

«По жалобе гражданина Макаева Хамеда Халидовича на нарушение его конституционных прав пунктом 8 статьи 16 Закона Российской Федерации „О статусе судей в Российской Федерации“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 17 января 2012 г. № 175-О-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА МАКАЕВА ХАМЕДА ХАЛИДОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 8 СТАТЬИ 16 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «О СТАТУСЕ СУДЕЙ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи А.Н. Кокотова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Х.Х. Макаева,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Х.Х. Макаев оспаривает конституционность пункта 8 статьи 16 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации», в соответствии с которым при рассмотрении вопросов о возбуждении уголовного дела в отношении судьи либо о привлечении его в качестве обвиняемого по уголовному делу, о привлечении судьи к административной ответственности, о производстве в отношении судьи оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий суд либо квалификационная коллегия судей, установив, что производство указанных мероприятий или действий обусловлено позицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских полномочий, отказывают в даче согласия на производство указанных мероприятий или действий.

Как следует из представленных материалов, Первый заместитель Генерального прокурора Российской Федерации — Председатель Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации 8 июня 2009 года обратился в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации с представлением о даче согласия на возбуждение уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных частью второй статьи 169 и частью первой статьи 305 УК Российской Федерации, в отношении Х.Х. Макаева — судьи Арбитражного суда Республики Адыгея, пребывающего в отставке с 5 октября 2007 года. Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации решением от 18 августа 2009 года в удовлетворении представления отказала, указав, что имеющиеся данные свидетельствуют об отсутствии в действиях Х.Х. Макаева признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 305 УК Российской Федерации, а срок уголовного преследования за деяние, предусмотренное частью второй статьи 169 этого Кодекса, истек.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 10 ноября 2009 года решение Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации отменено по заявлению Первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации — Председателя Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации. Как отмечено в судебном решении, в силу пункта 8 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» квалификационная коллегия судей может отказать в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи, если будет установлено, что его уголовное преследование обусловлено позицией, занимаемой им при осуществлении судейских полномочий. По мнению суда, в нарушение установленного законом порядка Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации при рассмотрении представления не касалась вопроса о том, обусловлены ли действия органов уголовного преследования выраженным Х.Х. Макаевым при отправлении правосудия мнением или принятым им решением, а, превысив свои полномочия, указала на отсутствие убедительных доказательств, подтверждающих совершение им инкриминируемых деяний.

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определением от 19 января 2010 года оставила решение суда первой инстанции без изменения. Судья Верховного Суда Российской Федерации определением от 1 июня 2010 года отказал в передаче надзорных жалоб Х.Х. Макаева и Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации для рассмотрения в заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации. Первый заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации письмом от 11 августа 2010 года уведомил Х.Х. Макаева о том, что оснований для несогласия с данным определением судьи Верховного Суда Российской Федерации не имеется.

Таким образом, оспариваемая норма применена Верховным Судом Российской Федерации в деле заявителя в части закрепленного в ней полномочия квалификационной коллегии судей по рассмотрению вопроса о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи.

По мнению заявителя, пункт 8 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» не соответствует статьям 15, 17 - 19 и 122 Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, предполагает, что квалификационная коллегия судей отказывает в даче согласия на возбуждение в отношении судьи уголовного дела, только если возбуждение дела обусловлено позицией, занимаемой им при осуществлении судейских полномочий, в остальных же случаях квалификационная коллегия судей не вправе отказать в даче такого согласия, даже если отсутствуют законные основания для возбуждения уголовного дела.

2. В соответствии со статьей 122 Конституции Российской Федерации судьи неприкосновенны; судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 7 марта 1996 года № 6-П, судейская неприкосновенность является определенным исключением из принципа равенства всех перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) и по своему содержанию выходит за пределы личной неприкосновенности (статья 22 Конституции Российской Федерации); это обусловлено тем, что общество и государство, предъявляя к судье и его профессиональной деятельности высокие требования, вправе и обязаны обеспечить ему дополнительные гарантии надлежащего осуществления функции отправления правосудия.

Неприкосновенность судьи — не его личная привилегия, а особый процедурный механизм привлечения его к ответственности. Этот механизм не предполагает ограждение судьи от ответственности в случае совершения им преступления. Иное приводило бы к искажению конституционного смысла судейского иммунитета, а также к нарушению прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 1996 года № 6-П, от 19 февраля 2002 года № 5-П, от 28 февраля 2008 года № 3-П; определения от 16 декабря 2004 года № 394-О, от 7 февраля 2008 года № 157-О-О и др.).

К числу установленных в федеральном законодательстве гарантий неприкосновенности и независимости судей относится и оспариваемое заявителем законоположение.

Рассмотрение квалификационной коллегией судей вопроса о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи призвано определить, имеется ли связь между уголовным преследованием и профессиональной деятельностью судьи, включая его позицию при разрешении того или иного дела, и не является ли такое преследование попыткой оказать давление на судью с целью повлиять на выносимые им решения. Установив, что действия органов уголовного преследования обусловлены позицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских полномочий, квалификационная коллегия судей отказывает в даче согласия на возбуждение уголовного дела.

Придание решению квалификационной коллегии судей — одного из органов судейского сообщества, обеспечивающих реализацию законодательства о статусе судей и выражающих интересы судей как носителей судебной власти, — значения обязательного условия, без которого невозможно возбуждение уголовного дела в отношении судьи, не выходит за рамки необходимых и достаточных гарантий судейской неприкосновенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 1996 года № 6-П). Данная гарантия при решении вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении судьи и дальнейшем его расследовании дополняется иными гарантиями, в том числе установленными законом мерами прокурорского надзора и судебного контроля.

3. Оспариваемое заявителем законоположение в системе действующего правового регулирования и в единстве с приведенными правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации предполагает, что квалификационная коллегия судей, выясняя вопрос об обусловленности возбуждения уголовного дела в отношении судьи позицией, занимаемой им в процессе отправления правосудия, вправе и обязана оценить представленные следственным органом данные, необходимые для возбуждения уголовного дела, и правомерность вывода о наличии соответствующих оснований (статьи 140 и 146 УПК Российской Федерации). При этом она не вправе делать выводы (в том числе о виновности привлекаемого к уголовной ответственности лица), которые могут содержаться только в приговоре (статья 302 УПК Российской Федерации) или ином итоговом решении, постановляемом по результатам непосредственного исследования в ходе судебного разбирательства всех обстоятельств уголовного дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2004 года № 452-О и от 7 февраля 2008 года № 224-О-О).

Если по итогам проверки представленных следственным органом данных квалификационная коллегия судей придет к выводу о наличии оснований для возбуждения в отношении судьи уголовного дела, она в любом случае не вправе отказать в даче согласия на возбуждение дела.

Пункт 8 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» не исключает также выявление квалификационной коллегией судей обусловленности возбуждения уголовного дела в отношении судьи его позицией, занятой при осуществлении судейских полномочий, на основе проверки содержащихся в представлении следственного органа, иных документах и материалах данных об основаниях для возбуждения дела и отказа в таковом.

В ряде случаев уголовно наказуемые деяния непосредственно связаны с действиями и решениями, в которых выражается позиция судьи, занятая им при осуществлении судейских полномочий (это и вмененные заявителю преступления, предусмотренные частью второй статьи 169 и частью первой статьи 305 УК Российской Федерации). Применительно к названным деяниям обусловленность возбуждения уголовного дела в отношении судьи его законной позицией, занятой при осуществлении судейских полномочий, может выражаться в выявлении квалификационной коллегией судей по итогам проверки необходимых документов и материалов отсутствия достаточных данных, указывающих на признаки преступления, или истечения срока давности уголовного преследования.

4. Согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли нормативный правовой акт Конституции Российской Федерации.

Поскольку оспариваемое заявителем законоположение в системе действующего правового регулирования и в единстве с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации не содержит неопределенности и не может расцениваться как нарушающее в процессе правоприменения конституционные права и свободы граждан, его жалоба не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать жалобу гражданина Макаева Хамеда Халидовича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---