Определение Конституционного Суда РФ от 09.07.2020 № 1640-О-Р

«Об отказе в удовлетворении ходатайства граждан Натальи Петровны Барановой, Александра Геннадьевича Круглова и Дамира Исламовича Сталина о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2020 года № 27-П»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи С.Д. Князева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение ходатайства граждан Н.П. Барановой, А.Г. Круглова и Д.И. Сталина,

1. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 4 июня 2020 года № 27-П по делу о проверке конституционности статьи 3.4 Закона Самарской области от 6 апреля 2005 года № 105-ГД «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия и обеспечении отдельных условий реализации прав граждан на проведение публичных мероприятий в Самарской области» в связи с жалобой граждан Н.П. Барановой, А.Г. Круглова и Д.И. Сталина признал данную статью не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 31, 55 (часть 3), 71 (пункты «в», «м»), 72 (пункт «б» части 1) и 76 (часть 2), постольку, поскольку в системе действующего правового регулирования установленный ею запрет собраний, митингов, шествий и демонстраций в местах, расположенных ближе 150 метров от военных объектов, зданий, занимаемых образовательными организациями, зданий и объектов, используемых для богослужений, проведения религиозных обрядов и церемоний, зданий, занимаемых организациями, в которых осуществляется оказание стационарной медицинской помощи, выходит за конституционные пределы законодательных полномочий субъектов Российской Федерации.

Вместе с тем в названном Постановлении Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что его принятие, по смыслу статей 4 (часть 2), 15 (часть 2), 19 (часть 1), 31 и 71 (пункт «в») Конституции Российской Федерации, не отменяет действия, в том числе на территории Самарской области, части 2.1 статьи 8 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», в соответствии с которой после определения органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации специально отведенных (приспособленных) мест публичные мероприятия проводятся, как правило, в таких местах.

Соответственно, проведение собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирований в других местах, даже если они не отнесены к тем, где федеральным законом или законом субъекта Российской Федерации запрещено проведение публичных мероприятий, должно быть обусловлено объективными причинами, свидетельствующими о невозможности организации конкретного публичного мероприятия в специально отведенных (приспособленных) местах (занятость указанных мест, недостаточность их предельной заполняемости заявленному числу участников публичного мероприятия, верифицируемая связь планируемого публичного мероприятия с конкретным местом и т.п.). Иначе реализация конституционно гарантированного права граждан на свободу мирных собраний будет сопряжена с незаконным отступлением от установленных федеральным законодателем правил проведения публичных мероприятий, определяющих пределы усмотрения их организаторов в вопросе выбора места таких мероприятий, имеющие своим предназначением обеспечение в указанной сфере разумного баланса частных и публичных интересов, вытекающего из статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

При этом в случае отказа органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления в согласовании проведения публичного мероприятия в месте, не включенном в установленном законом порядке в перечень единых мест, специально отведенных или приспособленных для коллективного обсуждения общественно значимых вопросов и выражения общественных настроений, а также для массового присутствия граждан в целях публичного выражения мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера, его организатору должна быть гарантирована возможность обращения за защитой своего права на свободу мирных собраний в суд, который обязан в максимально короткий срок до даты проведения планируемого публичного мероприятия объективно и всесторонне оценить обоснованность такого отказа (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июня 2019 года № 24-П).

Во вновь поданном в Конституционный Суд Российской Федерации обращении заявители ходатайствуют о разъяснении Постановления от 4 июня 2020 года № 27-П в части, касающейся конституционно-правового режима проведения собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирований вне специально отведенных (приспособленных) для публичных мероприятий мест. По их мнению, правоприменительная интерпретация данного режима может — в отсутствие в федеральном законе конкретных критериев, предъявляемых к территориальному расположению указанных специальных мест, — повлечь проведение публичных мероприятий исключительно на окраинах населенных пунктов, в промышленных зонах и иных труднодоступных местах, а также привести к необоснованному возложению на их организаторов обязанности доказывать органам публичной власти, включая суды, наличие уважительных причин для проведения собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирований вне специально отведенных (приспособленных) мест. В связи с этим они просят Конституционный Суд Российской Федерации уточнить, что:

наличие специально отведенных или приспособленных для проведения публичных мероприятий мест не препятствует их проведению в других пригодных для целей организуемого публичного мероприятия местах, если такое проведение не создает угрозы обрушения зданий и сооружений или иной угрозы безопасности участников соответствующего публичного мероприятия;

существо и конституционная значимость свободы мирных собраний предполагают необходимость расположения специально отведенных (приспособленных) для проведения публичных мероприятий мест в центральной части населенного пункта (городского округа, внутригородского района, квартала), находящейся на ближайшем расстоянии от органов государственной и (или) муниципальной власти.

2. По смыслу статьи 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» официальное разъяснение Конституционным Судом Российской Федерации вынесенного им решения дается лишь по тем требующим дополнительного истолкования вопросам, которые были предметом рассмотрения в заседании Конституционного Суда Российской Федерации и нашли свое отражение в этом решении; ходатайство о даче разъяснения не подлежит удовлетворению, если поставленные в нем вопросы не требуют какого-либо дополнительного истолкования принятого решения по существу либо предполагают необходимость формулирования новых правовых позиций, не нашедших в нем отражения, а равно если они связаны с несогласием заявителя с толкованием решения Конституционного Суда Российской Федерации правоприменительными органами, включая судебные, при разрешении конкретного дела.

Из пункта 4.3 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2020 года № 27-П следует, что определение органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации специально отведенных (приспособленных) мест не препятствует проведению публичных мероприятий в иных местах, не запрещенных законом. В то же время, поскольку в соответствии с частью 2.1 статьи 8 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» после определения специально отведенных (приспособленных) для проведения публичных мероприятий мест такие мероприятия могут проводиться, как правило, в специально отведенных (приспособленных) местах, их организация вне указанных мест предполагает обусловленность объективными причинами, свидетельствующими о невозможности организации конкретного публичного мероприятия в специально отведенных (приспособленных) местах.

Принимая во внимание, что подобного рода причины нельзя определить исчерпывающим образом, их примерный перечень, приведенный в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2020 года № 27-П (занятость указанных мест, недостаточность их предельной заполняемости заявленному числу участников публичного мероприятия, верифицируемая связь планируемого публичного мероприятия с конкретным местом и т.д.), не исключает отнесения к ним и других обстоятельств, в особенности вызываемых намерением организаторов использовать такие формы публичного мероприятия, как шествие, демонстрация или пикетирование (пункты 4 - 6 статьи 2 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»).

Если же между организатором публичного мероприятия и компетентным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или местного самоуправления возникают те или иные разногласия относительно объективной целесообразности организации публичного мероприятия в указанном в уведомлении о его проведении месте, не включенном в установленном порядке в число специально отведенных (приспособленных) мест, послужившие основанием для отказа в согласовании проведения соответствующего публичного мероприятия в заявленном месте, то организатор не лишен возможности оспорить соответствующее решение в суде, который обязан своевременно и беспристрастно оценить его правомерность; при этом, вопреки утверждениям заявителей, бремя доказывания законности отказа в согласовании проведения публичного мероприятия и наличия необходимых оснований для такого отказа будет лежать на издавшем его органе (часть 2 статьи 62, части 4 и 11 статьи 226 КАС Российской Федерации).

Что касается расположения специально отведенных (приспособленных) для проведения публичных мероприятий мест, то при определении таких мест и установлении порядка их использования, как следует из части 1.2 статьи 8 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», должны обеспечиваться возможность достижения целей публичных мероприятий, транспортная доступность специально отведенных мест, возможность использования организаторами и участниками публичных мероприятий объектов инфраструктуры, соблюдение санитарных норм и правил, безопасность организаторов и участников публичных мероприятий, других лиц. Несмотря на то что данный Федеральный закон не содержит других формальных требований (критериев), предъявляемых к специально отведенным для проведения публичных мероприятий местам (численность таких мест в субъектах Российской Федерации, минимально допустимые нормы их предельной заполняемости и т.д.), в силу конституционных принципов правового государства и верховенства закона и основанной на них правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 14 февраля 2013 года № 4-П, это не освобождает субъекты Российской Федерации от обязанности обеспечивать при определении специально отведенных мест благоприятные возможности для организации и проведения публичных мероприятий в каждом городском округе, муниципальном районе или другом муниципальном образовании.

Как следствие, граждане не лишены возможности оспорить в суде любые принимаемые органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации по данному вопросу решения (действия, бездействие), в том числе по мотивам того, что территориальная дислокация (расположение) специально отведенных мест — даже с учетом присущих современным информационным технологиям возможностей — не согласуется с конституционной природой публичных мероприятий как открытых, мирных, доступных каждому, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акций и (или) не позволяет реализовать цели таких акций, состоящие в свободном выражении и формировании мнений, а также выдвижении требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или в информировании депутатом законодательного (представительного) органа государственной власти, депутатом представительного органа муниципального образования избирателей о своей деятельности при встрече с ними.

Таким образом, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2020 года № 27-П не содержит каких-либо неясностей в вопросах, обозначенных гражданами Н.П. Барановой, А.Г. Кругловым и Д.И. Сталиным в ходатайстве о его разъяснении, а потому данное ходатайство не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью четвертой статьи 71, частью первой статьи 79 и статьей 83 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в удовлетворении ходатайства граждан Натальи Петровны Барановой, Александра Геннадьевича Круглова и Дамира Исламовича Сталина о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2020 года № 27-П.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному ходатайству окончательно и обжалованию не подлежит.

---