---
title: "\"Обзор практики применения судами положений главы 26 Уголовного кодекса Российской Федерации об экологических преступлениях\""
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/obzor-praktiki-primeneniya-sudami-polozheniy-2"
---
## "Обзор практики применения судами положений главы 26 Уголовного кодекса Российской Федерации об экологических преступлениях"
# "Обзор практики применения судами положений главы 26 Уголовного кодекса Российской Федерации об экологических преступлениях"
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.06.2022)
Утвержден
Президиумом Верховного Суда
Российской Федерации
24 июня 2022 г.
**ОБЗОР**
**ПРАКТИКИ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ПОЛОЖЕНИЙ ГЛАВЫ 26 УГОЛОВНОГО**
**КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ**
Гарантированное [статьей 42](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-42#p100163) Конституции Российской Федерации право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением, а также реализация положений, предусмотренных [частью 1 статьи 9](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100047), [частью 2 статьи 36](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100139), [статьей 58](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-58#p100216) Конституции Российской Федерации, обеспечивается в том числе путем правильного применения законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования. При этом применение мер уголовно-правового характера является крайним средством реагирования на общественно опасное поведение субъектов, посягающих на наиболее важные и охраняемые компоненты природной среды и (или) экологическую безопасность в целом.
Согласно данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, доля дел об экологических преступлениях ([глава 26, статьи 246](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-246#p101631) - [262](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-262#p101730) Уголовного кодекса РФ (далее также - УК РФ) в общей структуре уголовных дел, поступающих в суды, составила в 2019 г. 1,2%, в 2020 г. - 1,3%, в 2021 году - 1,3%.
За последние три года (с января 2019 г. по декабрь 2021 г.) за преступления, предусмотренные [статьями 246](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-246#p101631) - [262](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-262#p101730) УК РФ, было осуждено 17 431 лицо (по основной квалификации; 2019 г. - 6 189 лиц, 2020 г. - 5 299 лиц, 2021 г. - 5 943 лица). При этом число осужденных за эти преступления в 2021 г. увеличилось на 12,2% по сравнению с 2020 г., а по сравнению с 2019 г. сократилось на 4%.
За период с января 2019 г. по декабрь 2021 г. 49,2% от всех осужденных за экологические преступления составили лица (8 580), признанные виновными в незаконной рубке лесных насаждений ([статья 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43) УК РФ), в том числе в 2019 г. - 3 295 лиц, 2020 г. - 2 493 лица, 2021 г. - 2 792 лица.
За незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов по [статье 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041) УК РФ осуждено 6 868 лиц, или 39,4% (2019 г. - 2 237 лиц, 2020 г. - 2 228 лиц, 2021 г. - 2 403 лица).
За незаконную охоту по [статье 258](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258#p101701) УК РФ осуждено 906 лиц, или 5,2% (2019 г. - 338 лиц, 2020 г. - 255 лиц, 2021 г. - 313 лиц).
За незаконные добычу и оборот особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, по [статье 258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p1360) УК РФ осуждено 849 лиц, или 4,9% (2019 г. - 243 лица, 2020 г. - 240 лиц, 2021 г. - 366 лиц).
Доля судимости по иным статьям [главы 26](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-245#p101630) УК РФ незначительна.
Лицам, осужденным за экологические преступления, в большинстве случаев в период 2019 - 2021 гг. назначалось наказание, не связанное с лишением свободы: обязательные работы - 22,5%, штраф - 12,8%, исправительные работы - 5,8%. Лишение свободы условно назначено 47,5% осужденных. Лишение свободы с его реальным отбыванием назначено 5,7% осужденных.
В отношении 13 608 лиц уголовные дела были прекращены по нереабилитирующим основаниям. Из них 9 505 лиц были освобождены от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа.
Оправдательные приговоры постановлены судами за указанный период в отношении 26 лиц, обвинявшихся в совершении экологических преступлений (по основной квалификации). Еще в отношении 28 лиц уголовные дела были прекращены за отсутствием события или состава преступления либо в связи с непричастностью к преступлению.
В целях выявления вопросов и трудностей при применении судами норм уголовного законодательства Верховным Судом Российской Федерации проведено изучение судебной практики по рассмотрению уголовных дел об экологических преступлениях, предусмотренных [главой 26](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-245#p101630) УК РФ.
Проведенное обобщение показало, что суды при рассмотрении дел указанной категории в основном правильно применяли положения уголовного закона во взаимосвязи с иными нормами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования, руководствуясь при этом разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда:
от 23 ноября 2010 г. [N 26](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-26-2010-2) "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов ([часть 2 статьи 253](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-253#p2449), [статьи 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041), [258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p1360) УК РФ)" (далее также - постановление Пленума от 23 ноября 2010 г. N 26);
от 18 октября 2012 г. [N 21](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-21-2012-3) "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" (далее также - постановление Пленума от 18 октября 2012 г. N 21).
Изучение судебной практики позволило выявить некоторые проблемы правоприменения при рассмотрении уголовных дел об экологических преступлениях, возникшие после внесения в уголовный закон ряда изменений.
В целях обеспечения единообразных подходов к рассмотрению уголовных дел указанной категории Верховным Судом Российской Федерации подготовлен Обзор судебной практики, содержащий следующие правовые позиции.
1. При рассмотрении уголовных дел об экологических преступлениях, предусмотренных [главой 26](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-245#p101630) Уголовного кодекса Российской Федерации, необходимо устанавливать, нарушение каких требований в области охраны окружающей среды и природопользования, содержащихся в соответствующих нормативных правовых актах, вменяется в вину подсудимому, с приведением их в приговоре со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть статьи, статья).
По приговору Исилькульского городского суда Омской области от 10 сентября 2021 г. Ю. осужден по [части 3 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101722) УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.
Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда 28 октября 2021 г. по апелляционному представлению государственного обвинителя приговор отменила, уголовное дело направила на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда, указав следующее.
В соответствии со [статьей 307](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-307#p102119) УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.
Согласно разъяснениям, содержащимся в [пункте 1](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-21-2012-3#p100005) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 г. N 21, при рассмотрении дел об экологических правонарушениях судам следует руководствоваться положениями гражданского, административного, уголовного и иного отраслевого законодательства, в том числе положениями [Земельного](https://bukva.ai/docs/kodeks-136-fz/statya-1), [Лесного](https://bukva.ai/docs/kodeks-200-fz/statya-1), [Водного](https://bukva.ai/docs/kodeks-74-fz/statya-1) кодексов Российской Федерации, Федерального [закона](https://bukva.ai/docs/zakon-7-fz-2002/statya-1) от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", другими законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и ее субъектов в области охраны окружающей среды и природопользования. Судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились их нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья).
Однако требования [статьи 307](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-307#p102119) УПК РФ при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не выполнены.
Органами предварительного следствия Ю. предъявлено обвинение в незаконной рубке лесных насаждений в нарушение [частей 4](https://bukva.ai/docs/kodeks-200-fz/statya-30#p100187), [5 статьи 30](https://bukva.ai/docs/kodeks-200-fz/statya-30#p95) Лесного кодекса РФ, [пунктов 4](https://bukva.ai/docs/prikaz-993-2020-minprirody-rossii#p100031), [9](https://bukva.ai/docs/prikaz-993-2020-minprirody-rossii#p100056) Правил заготовки древесины и особенностей заготовки древесины в лесничествах, указанных в статье 23 Лесного кодекса Российской Федерации, утвержденных приказом Минприроды России от 1 декабря 2020 г. N 993, в особо крупном размере ([часть 3 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101722) УК РФ).
В связи с тем, что особенностью [статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43) УК РФ является ее бланкетный характер, установление в действиях лица признаков состава преступления и его надлежащая квалификация возможны лишь с учетом положений нормативных правовых актов, конкретизирующих правила поведения в сфере лесопользования.
Между тем описательно-мотивировочная часть приговора ссылок на федеральные законы и подзаконные нормативные акты, нарушение которых допущено Ю. при рубке лесных насаждений, не содержит.
2. При отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте указания на нарушенные нормы соответствующих правовых актов, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке [статьи 237](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-237#p101762) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом.
По приговору Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 24 июля 2019 г. (оставленному без изменения судом апелляционной инстанции) Х. и Ш. осуждены каждый по [части 3 статьи 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2050) УК РФ к штрафу в размере 50 000 руб.
Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 16 января 2020 г. приговор и апелляционное постановление отменены, уголовное дело возвращено прокурору на основании [пункта 1 части 1 статьи 237](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-237#p1221) УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Положения [статьи 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041) УК РФ, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, имеют бланкетный характер. Отношения в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов урегулированы соответствующим отраслевым законодательством и основанными на нем подзаконными нормативными актами. Соответственно, нарушение положений данных нормативных правовых актов, рассматриваемых во взаимосвязи со [статьей 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041) УК РФ, и определяет уголовную противоправность действий виновных лиц (определения от 29 мая 2014 г. N 1273-О и от 25 октября 2018 г. N 2774-О).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в [пунктах 1](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-26-2010-2#p100009), [3](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-26-2010-2#p100047) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 г. N 26, судам для обеспечения правильного применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в каждом случае необходимо устанавливать и отражать в приговоре, в чем конкретно выразились незаконная добыча (вылов) или способ вылова водных биологических ресурсов, с указанием нормы федерального закона, других нормативных правовых актов, регулирующих осуществление рыболовства, которые были нарушены в результате совершения преступления.
Как следует из обвинительного акта, Х. и Ш. вменялось то, что они группой лиц по предварительному сговору на самоходном транспортном плавающем средстве - лодке "Казанка 6М" с лодочным мотором марки "Ветерок 8", находясь на участке реки Волги, который является местом нереста видов рыб, обитающих в нем, установили запрещенное орудие лова - рыболовецкую сеть длиной 90 м, высотой 1,5 м, с размером ячейки 55 x 55 мм. Затем они совместно, по предварительному сговору осуществили незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов (рыб), извлекли из воды ранее установленную ими сеть вместе с попавшей в нее рыбой: лещ - 4 экземпляра, карась серебряный - 2 экземпляра, густера - 1 экземпляр, берш - 1 экземпляр, причинив водным биологическим ресурсам Российской Федерации ущерб на общую сумму 7000 руб.
В описательно-мотивировочной части приговора указаны аналогичные обстоятельства совершения преступления Х. и Ш., которые признаны судом доказанными.
Согласно разъяснениям, содержащимся в [пункте 1](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-21-2012-3#p100005) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 г. N 21, судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья). При отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте таких данных, восполнить которые в судебном заседании не представляется возможным, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке [статьи 237](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-237#p101762) УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Однако в обвинительном акте и приговоре отсутствуют указания на нормы федерального закона и других нормативных правовых актов, регулирующих осуществление рыболовства, которые были нарушены Х. и Ш., что послужило основанием для возвращения уголовного дела прокурору.
3. Для квалификации действий лица по [статье 258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p1360) Уголовного кодекса Российской Федерации необходимо установить, что незаконные добыча и оборот совершены в отношении тех диких животных и водных биологических ресурсов, их частей и производных, которые включены в [Перечень](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-978-2013#p100008) особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226.1 и 258.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 31 октября 2013 г. N 978).
При совершении наряду с такими действиями незаконной добычи водных биологических ресурсов, не входящих в указанный перечень, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных [статьями 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041) и [258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p1360) Уголовного кодекса Российской Федерации.
По приговору Икрянинского районного суда Астраханской области от 2 сентября 2021 г. К., Л. и А. осуждены по [части 3 статьи 258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p2617), [части 3 статьи 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2050) УК РФ, на основании [части 3 статьи 69](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-69#p102414) УК РФ каждый к 5 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет.
К., Л. и А. признаны виновными в незаконной добыче рыбы осетровых видов: русский осетр - 4 экземпляра, белуга - 1 экземпляр, стерлядь - 5 экземпляров, совершенной группой лиц по предварительному сговору с причинением федеральным рыбным запасам Российской Федерации материального ущерба на общую сумму 781 581 руб. Кроме того, они совершили незаконную добычу водных биологических ресурсов с использованием запрещенного орудия лова, самоходного транспортного плавающего средства, на миграционных путях к местам нереста рыбы частиковых пород, причинив материальный ущерб рыбным запасам на общую сумму 203 520 руб.
Обосновывая квалификацию действий осужденных по [части 3 статьи 258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p2617) УК РФ, суд правильно указал, что незаконно выловленная рыба осетровых пород входит в [Перечень](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-978-2013#p100008) особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226.1 и 258.1 УК РФ, утвержденный постановлением Правительства РФ от 31 октября 2013 г. N 978, является объектом государственной охраны согласно требованиям Модельного закона "О сохранении осетровых рыб, их воспроизводстве, рациональном использовании и регулировании оборота продукции из них", принятого постановлением от 17 апреля 2001 г. N 23-16 на 23 пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи государств - участников СНГ.
4. Уголовная ответственность за незаконную рубку группой лиц по [пункту "а" части 2 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101717) Уголовного кодекса Российской Федерации наступает вне зависимости от того, совершена ли она в значительном размере.
По приговору Шилкинского районного суда Забайкальского края 28 сентября 2020 г. Л. и Т. признаны виновными в незаконной рубке, а равно повреждении до степени прекращения роста лесных насаждений группой лиц и осуждены по [пункту "а" части 2 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101717) УК РФ.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 19 января 2021 г. приговор в отношении Л. и Т. отменен.
Восьмым кассационным судом общей юрисдикции от 31 августа 2021 г. по кассационному представлению прокурора апелляционное определение отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда по следующим основаниям.
Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность вынесенного в отношении Л. и Т. приговора, отменил решение, указав на то, что судом при вынесении приговора не указан обязательный признак состава преступления, предусмотренного [статьей 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43) УК РФ, - совершение деяния в значительном размере, отграничивающий уголовно наказуемую незаконную рубку лесных насаждений от незаконной рубки лесных насаждений, за которую предусмотрена административная ответственность ([статья 8.28](https://bukva.ai/docs/kodeks-195-fz/statya-8-28#p853) Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации).
Между тем суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что в соответствии с разъяснением, содержащимся в [пункте 18](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-21-2012-3#p100043) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 г. N 21, уголовная ответственность за незаконную рубку группой лиц ([пункт "а" части 2 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101717) УК РФ) наступает вне зависимости от того, совершена ли она в значительном размере.
Данное обстоятельство, имеющее существенное значение для правильного разрешения дела, не учтено судом апелляционной инстанции при принятии решения, в связи с чем апелляционное определение не может быть признано законным и обоснованным.
5. Закон не содержит запрета на освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа подозреваемых, обвиняемых в совершении экологических преступлений при соблюдении предусмотренных [статьей 76.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-76-2#p1906) Уголовного кодекса Российской Федерации условий, с учетом всех обстоятельств дела и данных об их личности.
Постановлением мирового судьи судебного участка N 8 Восточного округа г. Белгорода от 2 декабря 2021 г. прекращено уголовное дело с назначением судебного штрафа в размере 25 000 руб. в отношении И., который обвинялся в совершении преступления, предусмотренного [пунктами "б"](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2044), ["в" части 1 статьи 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2045) УК РФ, а именно в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов с применением самоходного транспортного плавающего средства, запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, в местах нереста.
Принимая указанное решение, суд первой инстанции учел, что И. впервые привлекается к уголовной ответственности, обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, возместил причиненный преступлением ущерб в полном объеме (в размере 7400 руб.) добровольно.
При этом суд исходил из степени общественной опасности содеянного, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности обвиняемого, который по месту жительства и работы характеризуется положительно.
6. При назначении наказания за совершение преступления, предусмотренного [главой 26](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-245#p101630) Уголовного кодекса Российской Федерации, суду в соответствии со [статьями 6](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-6#p100023) и [60](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-60#p100265) Уголовного кодекса Российской Федерации наряду с другими обстоятельствами дела надлежит учитывать характер и степень общественной опасности деяния, которые определяются в том числе размером причиненного экологического вреда.
Апелляционным определением Астраханского областного суда от 8 апреля 2021 г. изменен приговор Володарского районного суда Астраханской области от 4 февраля 2021 г. в отношении Р. и С., осужденных по [части 3 статьи 258.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258-1#p2617) УК РФ каждый к 5 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года.
Р. и С. признаны виновными в незаконных приобретении, хранении, перевозке особо ценных водных биологических ресурсов и их частей, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и охраняемым международными договорами Российской Федерации, а именно рыбы осетровых пород общим весом 69,5 кг, совершенных группой лиц по предварительному сговору.
Судом апелляционной инстанции приговор изменен, исключено указание суда на применение при назначении наказания Р. и С. положений [статьи 73](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-73#p100346) УК РФ и возложении на них обязанностей, назначенное каждому из осужденных наказание с применением [статьи 64](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-64#p100301) УК РФ смягчено до 2 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Судебная коллегия по уголовным делам Астраханского областного суда указала в своем решении, что, формально сославшись в приговоре на характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд первой инстанции не принял во внимание то, что данное деяние, посягающее на общественные отношения в сфере охраны природы, защиты водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и охраняемым международными договорами Российской Федерации, повлекло изъятие их из естественной среды обитания во время миграции к местам нереста частиковых видов рыб и особо ценных осетровых видов рыб с причинением экологического ущерба водным биологическим ресурсам на сумму более 2 000 000 руб., добытые незаконным путем особи рыб не являются объектами аквакультуры, а относятся к особям, выросшим и добытым в естественной среде обитания, вылов рыбы осуществлен при помощи самоловной крючковой снасти, запрещенной для спортивного и любительского рыболовства, являющейся способом массового истребления водных биологических ресурсов.
7. При рассмотрении дел об экологических преступлениях, предусмотренных [статьями 256](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-256#p2041), [258](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258#p101701), [260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43), [261](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-261#p237) Уголовного кодекса Российской Федерации, судам при определении размера ущерба следует руководствоваться утвержденными Правительством Российской Федерации таксами и методиками, действующими на момент совершения преступления.
Изменения нормативных правовых актов в части определения размера ущерба, улучшающие положение лица, совершившего экологическое преступление, имеют обратную силу и подлежат применению в отношении его в соответствии с положениями [статьи 10](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-10#p100035) Уголовного кодекса Российской Федерации.
По приговору Читинского районного суда Забайкальского края от 1 февраля 2021 г. Р., Ц. и другие осуждены за незаконную рубку лесных насаждений в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.
Апелляционным определением Забайкальского краевого суда от 8 июля 2021 г. приговор изменен по следующим основаниям.
Размер ущерба, причиненного в результате незаконной рубки в июле - августе 2019 г., судом первой инстанции определен правильно, расчет произведен в соответствии с действующим законодательством, исходя из требований, установленных Правительством Российской Федерации.
Вместе с тем размер ущерба, причиненного незаконной рубкой в период с мая по июль 2018 г., суд установил, основываясь на действовавшем во время совершения преступления [постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-273-2007) Правительства Российской Федерации от 8 мая 2007 г. N 273, согласно которому расчет ущерба производился с учетом ставки платы за древесину средней крупности, в отношении вывозки древесины на расстояние до 10 км. Рассчитанная сумма ущерба составила 4 890 343 руб. 5 коп.
Однако согласно [постановлению](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1730-2018) Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2018 г. N 1730 при расчете ущерба объем древесины определяется по сортиментным таблицам, применяемым в субъекте Российской Федерации, по первому разряду высот в коре. Диаметр ствола деревьев измеряется на высоте 1,3 м, в случае отсутствия ствола дерева - по диаметру пня срубленного дерева. При этом учитывается расстояние места незаконной рубки, на что указано в ведомости пересчета. С учетом данных положений ущерб составляет 3 260 070 руб., что улучшает положение осужденных.
Принимая во внимание, что [статья 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43) УК РФ является бланкетной, поскольку при определении ущерба, причиненного лесным насаждениям, отсылает к утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методикам, следует в силу [статьи 10](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-10#p100035) УК РФ применять подзаконный нормативный акт, улучшающий положение лица, совершившего преступление.
На основании изложенного судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда с учетом положений [статьи 10](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-10#p100035) УК РФ изменила приговор, применив к преступлению, совершенному осужденными с мая по июль 2018 г., расчет ущерба, произведенного в соответствии с [постановлением](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1730-2018) Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2018 г. N 1730, и уменьшила сумму ущерба до 3 260 070 руб.
8. Присужденные судом суммы компенсации по гражданским искам о возмещении вреда, причиненного преступлением окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты соответствующих уровней на основании [статьи 46](https://bukva.ai/docs/kodeks-145-fz/statya-1#p4804) Бюджетного кодекса Российской Федерации.
По приговору Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 29 января 2020 г. К. признан виновным в незаконной рубке лесных насаждений, совершенной в особо крупном размере, и осужден по [части 3 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101722) УК РФ.
Постановлено взыскать с осужденного в пользу Российской Федерации в лице Республиканского агентства лесного хозяйства сумму ущерба, причиненного лесному фонду Российской Федерации, в размере 462 434 руб.
Суд апелляционной инстанции изменил приговор в части гражданского иска по следующим основаниям.
Разрешая гражданский иск и принимая решение о взыскании причиненного ущерба в пользу Республиканского агентства лесного хозяйства, суд не принял во внимание, что платежи по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, в соответствии с [пунктом 22 статьи 46](https://bukva.ai/docs/kodeks-145-fz/statya-46#p6385) Бюджетного кодекса РФ подлежат зачислению в бюджет муниципального образования по месту причинения вреда окружающей среде. Кроме того, согласно постановлению Правительства Республики Бурятия от 25 января 2007 г. N 13 "Об утверждении Положения о Республиканском агентстве лесного хозяйства" в полномочия Республиканского агентства лесного хозяйства не входит получение денежных средств в счет возмещения ущерба за незаконную рубку лесных насаждений.
На основании изложенного апелляционным определением Верховного Суда Республики Бурятия приговор в части гражданского иска изменен, постановлено указать на взыскание с К. в счет возмещения материального ущерба суммы в размере 462 434 руб. в бюджет муниципального образования Прибайкальский район Республики Бурятия.
9. В соответствии с [пунктом 2 части 1 статьи 309](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-309#p102143) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части приговора надлежит решить вопрос о судьбе вещественных доказательств. При этом судам помимо требований Уголовного [кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-1) Российской Федерации и Уголовно-процессуального [кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-1) Российской Федерации следует учитывать положения отраслевого законодательства.
Так, исходя из взаимосвязанных положений [пункта 4 части 3 статьи 81](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-81#p104712) УПК РФ, [части 1 статьи 99.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-200-fz/statya-99-1#p588) Лесного кодекса РФ, [подпункта 5.5](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-432-2008#p100161) Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом (утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июня 2008 г. N 432), [Положения](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-848-2012#p4) о порядке передачи на реализацию предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено, и их уничтожения (утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 23 августа 2012 г. N 848) древесина, являющаяся предметом преступления, предусмотренного [статьей 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p43) УК РФ, подлежит передаче в территориальные органы Федерального агентства по управлению государственным имуществом для ее реализации в целях обращения вырученных средств в доход государства.
По приговору Игринского районного суда Удмуртской Республики от 7 декабря 2020 г. М. осужден по [пункту "г" части 2 статьи 260](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-260#p101720) УК РФ. Постановлено вещественное доказательство - бревна в количестве 21 штуки - передать для реализации в целях обращения в доход государства в Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Удмуртской Республике и Кировской области.
При решении вопроса о судьбе данного вещественного доказательства суд первой инстанции указал следующее.
Согласно [пункту 5.5](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-432-2008#p100161) Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июня 2008 г. N 432, Федеральное агентство по управлению государственным имуществом организует в установленном порядке реализацию, в том числе выступает продавцом, имущества (предметов), являющегося вещественным доказательством, хранение которого до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено.
Кроме того, в соответствии с [Положением](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-848-2012#p4) о реализации или уничтожении предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднительно, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 23 августа 2012 г. N 848 (в ред. постановления Правительства Российской Федерации от 31 августа 2017 г. N 1062), вещественное доказательство по делу - незаконно срубленная древесина - подлежит передаче для реализации в целях обращения в доход государства в территориальные органы Федерального агентства по управлению государственным имуществом.
10. Орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому (осужденному), приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств, могут быть конфискованы на основании [пункта "г" части 1 статьи 104.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-104-1#p103218) Уголовного кодекса Российской Федерации.
По приговору Коченевского районного суда Новосибирской области от 30 января 2019 г. Д. и Т. осуждены каждый по [части 2 статьи 258](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-258#p2457) УК РФ.
Согласно приговору суда Д. и Т. осуждены за незаконную охоту, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с применением механического транспортного средства, с причинением особо крупного ущерба.
Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд постановил охотничий карабин "ВЕПРЬ-12" калибра 12 и 3 магазина емкостью 8 патронов 12 калибра возвратить Т., охотничье ружье "МР-43Е" калибра 12 возвратить Д., автомобиль марки "УАЗ Патриот" оставить по принадлежности собственнику Т.
В апелляционном порядке приговор не обжаловался.
В кассационной жалобе представитель потерпевшего - Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области, указывая, что в нарушение уголовно-процессуального закона суд принял незаконное решение в части определения судьбы вещественных доказательств: охотничьего карабина, охотничьего ружья и автомобиля, которые подлежат конфискации как орудия преступления, просил приговор изменить в этой части.
Президиум Новосибирского областного суда 22 мая 2019 г. удовлетворил кассационную жалобу частично, приговор в отношении Д. и Т. в части решения судьбы вещественных доказательств: охотничьего карабина, охотничьего ружья и автомобиля марки "УАЗ Патриот" - отменил, направил материалы уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.
Принимая решение, суд кассационной инстанции указал следующее.
Согласно разъяснениям, содержащимся в [пункте 29](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-21-2012-3#p100068) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 г. N 21, орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, в том числе транспортные средства, с помощью которых совершались незаконная охота или незаконная рубка лесных насаждений, приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств, могут быть конфискованы на основании [пункта "г" части 1 статьи 104.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-104-1#p103218) УК РФ.
Согласно указанной [норме](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-104-1#p103218) уголовного закона, конфискации подлежат орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому.
В соответствии с [пунктом 1 части 1](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-81#p105054), [пунктом 1 части 3 статьи 81](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-81#p105055) УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления.
Орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.
Между тем судом данные требования закона нарушены.
Судом установлено, что Д. и Т., не имея соответствующего разрешения на добычу охотничьих животных, вступили в предварительный сговор, направленный на незаконную охоту с причинением особо крупного ущерба, с применением механического транспортного средства - автомобиля "УАЗ Патриот", на котором велся поиск и преследование косули, затем каждый произвел два прицельных выстрела в косулю - Т. из охотничьего ружья марки "ВЕПРЬ-12 Молот" калибра 12/76, а Д. из охотничьего ружья "МР-43Е" калибра 12/70. Затем при помощи автомобиля была осуществлена транспортировка туши косули в г. Новосибирск.
Однако суд принял решение не о конфискации, а о возвращении вещественных доказательств: охотничьего карабина "ВЕПРЬ-12" калибра 12 и автомобиля марки "УАЗ Патриот" - Т., охотничьего ружья "МР-43Е" калибра 12/70 - Д. Мотивы принятого решения суд в приговоре не привел.
---